МедиаПрофи - mediaprofi.org

Москва 03:06 GMT +3 Понедельник 18-06-2018
USD 62.685
EUR 72.533
+14˚C (днем +17˚C, ночью +10˚C)
Ветрено, переменная облачность

«Я могу с ходу пошутить 25 смешных шуток про горло». Интервью заместителя главного редактора «Эха Москвы» Татьяны Фельгенгауэр

Евгений Фельдман для «Медузы» Евгений Фельдман для «Медузы»

В понедельник, 6 ноября, заместитель главного редактора радиостанции «Эхо Москвы» Татьяна Фельгенгауэр вернулась в эфир на один день — сейчас она проходит реабилитацию после покушения.

 

23 октября 48-летний Борис Гриц ударил Фельгенгауэр ножом в шею в гостевой комнате радиостанции. Он заявил, что журналистка, используя телепатию, «сексуально изводила» его. Фельгенгауэр прооперировали в НИИ Склифосовского и выписали 3 ноября. Журналист «Медузы» Евгений Берг поговорил с Татьяной Фельгенгауэр о том, как она живет после нападения.

 

— Как ваше самочувствие?

— Две недели прошло, чувствую я себя нормально, вроде все заживает хорошо и правильно. Я в контакте с хирургом, сегодня [7 ноября] к нему ездила, он сказал, что все в порядке. Мне еще долго предстоит ездить в больницу и выздоравливать, потому что ранения были очень серьезными.

 

— Какие именно?

— У меня две серьезные раны на шее, в том числе была задета яремная вена, — все серьезно, в общем. Поэтому я так много раз говорила и говорю спасибо хирургам, которые меня спасли, это настоящее чудо — с такими ранениями остаться живой. У меня был порез на лице, еще зашивали палец, потому что я, видимо, отбивалась [и задела лезвие ножа]. Хирурги потрудились на славу, работы у них было много. Сейчас потихоньку заживает, надо набраться терпения и соблюдать рекомендации врачей — покой, минимальные нагрузки на ту зону, где была операция.

 

— Врачи ругались, что вы 6 ноября вышли в эфир «Эха Москвы»?

— (Смеется.) Вы знаете, они обратили внимание, что я приехала на работу, но я оправдалась тем, что мне нужно было предупредить своих слушателей — чтобы до Нового года меня не ждали. Я постаралась покороче, буквально на 25 минут. И это в том числе психотерапевтическая вещь. Для меня было важно вернуться в мою родную редакцию, в эфир, зайти в комнату, где меня пытались убить, понять, страшно мне или нет. Я была рада, что в понедельник все прошло как-то спокойно. Я была рада увидеть коллег, побыть в эфире. Это как в одном фильме было: «Не скажу, что это подвиг, но что-то героическое в этом есть».

 

— Какие ощущения были, когда вы зашли в комнату, где на вас напали?

— Знаете, не могу сказать, что была паника. Я зашла, посмотрела. Там передвинули мебель. Я не испытала ничего такого, давление или температура не подскакивали. У меня как-то ровно прошло, и поэтому я собой очень горжусь. Я еще в целях сохранения здоровья стараюсь не читать новости, интернет, не открывать твиттер. Ну если только чуть-чуть. В основном читаю фейсбук, у меня закрытый аккаунт, стараюсь отвечать на сообщения, которых очень много. Я понимаю, что мне предстоит и психологическая реабилитация, потому что знать, что кто-то воткнул тебе нож в горло, попытался его перерезать, — это серьезная травма для психики, и нельзя делать вид, что ничего не случилось.

 

— Насколько хорошо вы помните события 23 октября?

— Помню, что я сидела; кто-то схватил меня за шею. Я помню этот удар в горло. Это очень больно. Видимо, дальше была борьба, это помню не очень хорошо. Мне удалось убежать, а человека повалили на пол. Дальше я была занята тем, чтобы остаться живой. Основательно насмотревшись медицинских сериалов, я помнила, что надо очень крепко пережать место, откуда идет кровь, — я двумя руками сжимала шею, моя коллега Ида Шарапова повела меня вниз. Ко мне подошла женщина с предложением помочь — я потом уже через фейсбук узнала, что это Наталья Уварова из театра [«Эрмитаж», который расположен в том же здании]. Я сказала ей крепко зажимать мне шею и не давать терять сознание. Очень сложно было говорить, я в этот момент захлебывалась собственной кровью, был глубокий порез.

Довольно быстро, кажется, приехала скорая, врач наложил повязку, и повезли. Я не теряла сознание, потому что мне это почему-то казалось очень важным. Ну и адреналин, наверное, сделал свое дело. В Склифе меня встретил хирург, мой прекрасный Карен Рубенович Джаграев, которому я теперь обязана, по-моему, всем и которого я нежно люблю. Привезли в операционную. Дальше я уже знаю по рассказам от других людей. В себя пришла в отделении шоковой терапии, трое суток я там провела, а потом [до выписки 3 ноября] — в обычной палате.

 

— Много людей приходило?

— Хотели прийти, конечно, все. Но у меня была очень тяжелая операция, я потеряла много крови, и совершенно не было сил, так что я ограничила список посещений родными и близкими.

 

— Но написали письмо всем остальным.

— Написала еще в реанимации. Когда ко мне пустили родственников, они рассказали, что все совершенно сходят с ума, ужас и кошмар. Я была с трубкой, не говорила, говорили родственники, а я им писала бумажечки. Они передали большую записку от друзей и коллег. Я написала им ответ, а на другой стороне — письмо всем, кто за меня беспокоится. И, мне кажется, все немножко успокоились.

 

— Вы еще пошутили, мол, «дышать через трубочку даже прикольно».

— Будем откровенны: если не шутить, будет прям совсем тяжко. Поэтому у меня сейчас режим иронии и самоиронии выведен на максимум. И поверьте, я могу с ходу пошутить 25 смешных шуток про горло.

 

— Можно хотя бы парочку?

— Ну, из популярных: когда кто-нибудь спрашивает, когда мы встретимся и пойдем гулять, я обычно отвечаю, что у меня дел по горло! Или из диалога с подругой, которая пожаловалась, что у ее мужа болит горло: я спросила, как болит — колет или режет?

 

— Довольно смешно!

— Мне кажется, что в этой ситуации нормально [так шутить]!

 

— Следователи к вам приходили в больнице?

— Следователь пришел, когда перевели в обычную палату, я попросила перенести допрос на более позднее время. Вот на этой неделе пойду, заодно узнаю, что из того, что я вам рассказала [про покушение], можно было рассказывать.

 

— Когда вы узнали про нападавшего — Бориса Грица?

— В больнице. До того как я себе поставила запрет на чтение новостей, я упросила найти какую-нибудь газету. И там была заметка, я прочитала, что меня пытался убить человек по имени Борис Гриц. И мне это имя ни о чем не говорит. Я не знаю этого человека и даже не помню, чтобы на меня кто-то в соцсетях выходил с таким именем.

 

Подозреваемого в нападении на Татьяну Фельгенгауэр Бориса Грица арестовал Пресненский суд Москвы, 24 октября 2017 года
Михаил Воскресенский / Sputnik / Scanpix / LETA

 

— Вы, конечно, знаете, что он заявил, будто состоял с вами в телепатическом контакте с 2012 года, а вы его «сексуально изводили».

— Слушайте, можно косить под сумасшедшего сколько угодно, но, поверьте, рука, которая била меня ножом, была очень уверенной и твердой. Человек прекрасно знал, куда меня бить.

 

— Вы думаете, он притворяется?

— Я не думаю, что он сумасшедший. Думаю, он притворяется.

 

— А какие у него могли быть мотивы, по-вашему?

— Вообще никаких предположений.

 

— Вы даже гипотетически об этом не думали?

— Нет, и не собираюсь копаться в этом сейчас. Мне выздоравливать нужно, а не думать, почему какой-то человек так тщательно спланировал покушение на меня.

 

— За судом над Грицем будете следить?

— У меня есть адвокат Сергей Бадамшин, которому я безмерно доверяю; все, что нужно и важно, он мне рассказывает. В суд я точно схожу, потому что надо дать показания. Дневать и ночевать я там не собираюсь.

 

— Вам вообще есть дело, что будет с этим человеком дальше?

— Мне бы хотелось, чтобы его наказали, потому что покушение на убийство — серьезное преступление, а этот человек однозначно пришел меня убивать.

 

— Поквитаться вам не хочется?

— Нет. Знаете, если вы ждете, что я скажу: «Ах, как жаль, что нет смертной казни, мне бы хотелось, чтобы его расстреляли», — нет, я этого не скажу.

 

— С трудом представляю, какие у меня были бы ощущения после покушения, — но, думаю, я по крайней мере был бы очень зол.

— Нет, я не могу сказать, что я злюсь или что-то такое; возможно, это какие-то правильные защитные механизмы, потому что негативные эмоции мне сейчас совершенно точно не нужны. Никакой особой кровожадности во мне нет. Мне не хочется, чтобы с ним произошли какие-то несчастья, не надо. Пусть его по-честному судят, с соблюдением состязательности сторон. Мне бы просто не хотелось, чтобы кто-то сказал: «Ой, ну это какой-то сумасшедший». Мне кажется, повторю, что он не сумасшедший, а человек, который очень тщательно спланировал покушение.

Над делом работают следователи, со стороны моего адвоката никаких претензий к ним нет, поэтому пусть работают, а мне нужно выздороветь.

 

— Покушение на вас сотрудники разных изданий назвали атакой на журналистику. Были и те, кто посчитал это частной историей. Вы считаете покушение на вас атакой на журналистику?

— Я под этим углом вообще не рассматриваю всю эту историю. Простите мне мой эгоизм, но есть я — и есть человек, который пришел меня убить. Это к вопросам о мотивах — я не хочу об этом думать. Мне нужно, чтобы у меня температура была нормальной, а не о судьбе журналистики думать. У меня сейчас просто другие приоритеты.

 

— Вы чувствуете, что покушение вас каким-либо образом изменило?

— Никто не может выйти из такой истории прежним, это слишком серьезная травма для психики. Мне еще предстоит с этим ужиться, я пока вообще не понимаю масштабов этой травмы. Я не случайно сказала про приоритеты — прямо сейчас я хочу заниматься своим физическим здоровьем. Параллельно я буду со своим врачом разбираться со своим психическим здоровьем. И, видимо, в процессе работы я начну понимать, как я изменилась — и изменилась ли.

Сейчас я просто ужасно рада, что жива. Рада, что мы говорим с вами по телефону, а в это время мне пришло минимум 15 сообщений. Я рада, что периодически смотрю в окошко и там начинает идти то дождь, то снег. Меня радуют очень простые вещи: мой доктор сегодня разрешил помыть мне шею, это очень круто, поверьте! Да, наверное, месяц назад я бы этому не радовалась, а сейчас радуюсь… И хорошо, и здорово, правильно.

Как я была рада видеть коллег или [журналистку «Эха Москвы»] Иру Меркулову, которая была рядом, когда меня забирала машина скорой. Я помню, какими глазами она смотрела на меня тогда, истекающую кровью, а сейчас мы опять видим друг друга, и это совершенно непередаваемое счастье.

 

Источник: Евгений Берг, meduza.io

Оцените материал
(0 голосов)
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии.

Новости

Дни рождения

  • Сегодня
  • Завтра
  • На неделю
18 июня Александр Яковенко

ведущий программы «Сегодня»

18 июня Максим Галкин

телеведущий, артист эстрады

В этот период нет дней рождений.
18 июня Александр Яковенко

ведущий программы «Сегодня»

18 июня Максим Галкин

телеведущий, артист эстрады

20 июня Евгений Дубовский

генеральный директор радиостанции «Европа плюс» (г. Омск)

20 июня Екатерина Андроникова

руководитель cтудии художественных программ телеканала "Культура", член Академии Российского телевидения

20 июня Николай Дроздов

автор и ведущий программы «В мире животных», член Академии Российского телевидения

20 июня Петр Толстой

ведущий программы «Воскресное «Время» на «Первом канале»

21 июня Анна Шнайдер

ведущая программы «Сегодня» (НТВ)

21 июня Елена Ижендеева

генеральный директор ГТРК «Чувашия»

21 июня Анатолий Максимов

заместитель гендиректора ЗАО «Дирекция кино», члена Академии российского телевидения

21 июня Андрей Архангельский

журналист, редактор отдела культуры журнала «Огонёк»

21 июня Кирилл Легат

продюсер, член президиума Национальной ассоциации телерадиовещателей

22 июня Юлия Быстрицкая

генеральный директор телеканала «ТВ Центр»», член Академии российского телевидения

22 июня Василий Богатырев

заместитель гендиректора-директор дирекции продаж НТВ

22 июня Дмитрий Брагин

Вице-президент "Ростелекома"

22 июня Александр Соломатин

директор ГТРК «Тамбов»

22 июня Отар Кушанашвили

журналист

23 июня Александр Любимов

генеральный директор РБК-ТВ, член Академии российского телевидения

23 июня Борис Саксонов

главный оператор Главной редакции спортивных программ «Первого канала», член Академии российского телевидения

23 июня Тихон Дзядко

журналист

24 июня Сергей Мирошниченко

художественный руководитель студии «Остров», член Академии российского телевидения

24 июня Сергей Никольский

комментатор и ведущий канала «Спорт»

24 июня Ульяна Триска

директор по маркетингу и PR «Европейской Медиа Группы» в Санкт-Петербурге

24 июня Николай Никифоров

министр связи и массовых коммуникаций РФ 

24 июня Елена Перова

певица, экс-солистка группы «Лицей», актриса, телеведущая

25 июня Асланбек Керашев

генеральный директор ГТРК «Волгоград-ТРВ», член Академии российского телевидения

25 июня Гарри Саркисов

главный редактор программы «Деловая Москва» на «ТВ Центр»

Мы в соц. сетях

Наша страница в Facebook Наша группа вКонтакте Наш микроблог в Twitter Наш канал на YouTube Наш блог в ЖЖ Яндекс.Метрика
© МедиаПрофи. Все права защищены.

Войти или Зарегистрироваться

Зарегистрированы в социальных сетях?

Используйте свой аккаунт в социальной сети для входа на сайт. Вы можете войти используя свой аккаунт Facebook, вКонтакте или Twitter!

Войти