Радик Батыршин, Председатель МТРК «Мир»: «Для меня телевидение — это когда ты выходишь после эфира, пожимаешь руки всей команде и говоришь: «Ну, всё, передачка сложилась!»

Про таких людей говорят «человек-оркестр». Работая руководителем международной телерадиокомпании, он всегда находит время, чтобы принять участие в написании текстов и монтаже телепрограмм и чтобы провести лекцию студентам университета. При этом он всегда в отличной форме и никогда не забывает про одно из главных хобби в своей жизни – спорт. Он брал интервью у президентов разных стран и много раз работал в «горячих точках». Речь идёт о Председателе межгосударственной телерадиокомпании «Мир» Радике Батыршине. О успехе в жизни и профессии с ним побеседовал наш корреспондент Артем Рябов

Радик Ирикович, скажите, пожалуйста, что такое успех, по-Вашему мнению, и чем его можно определить?

Успех — это когда ты счастлив на работе.

Считаете ли Вы, что к успеху нужно стремиться с ранних лет жизни и как это происходило в Вашей жизни?

Я считаю, что да. Мой тренер по лёгкой атлетике, Валерий Фёдорович Павлов, любил повторять фразу, которую, наверное, я до сих пор держу как основной закон жизни «Мы – советские «легкОтлеты» с дистанции не сходим!» (говорил он в таком старом стиле, именно с ударением на второй слог). В его словах заложен принципиальный посыл: чтобы не происходило - нужно добежать, быть первым. Это заложено именно в тех видах спорта, которые называют циклическими. Безжалостность к себе, восприятие себя не только как субъекта, и как объекта приложения собственных сил и воли — это и есть, собственно говоря, попытка выйти на успех.

Я знаю, что Вы родились в Уфе. Как повлияла на Вас та среда, в которой Вы росли?

Я бы сказал, что в моём детстве, которое прошло не в самом фешенебельном районе города Уфы, я вырос на улице Высоковольтной в середине 80-х, каждая минута на улице была связана либо с дракой, либо с опасностью драки. И каждый из нас должен был отстоять свои честь и достоинство, в прямом смысле слова, кулаками. Это была жестокая школа, но это была школа. Школа, которая воспитывала, прежде всего, уважение не только к себе, но и к другим, к чужому человеческому достоинству. Я никому из современных детей не пожелал бы расти именно так. Но ещё в этой «уличной жизни» была простая развилка: либо ты идёшь в спорт и учёбу, либо ты опускаешься всё ниже по пути уличного бойца, плавно переходя в класс бандитов. Поэтому я выбрал путь спорта и мне повезло. Я выбрал очень технологичный вид лёгкой атлетики – бег с барьерами. Он требует не только выносливости, но и уважения к спорту как к искусству. Собственно говоря, данный вид спорта и сделал меня способным к любому кропотливому и тщательному труду.

Почему Вы решили поступать на филологический факультет?

Если говорить о филфаке Башкирского госуниверситета имени 40-летия Октября, куда я поступил в 17 лет, то это был выбор от отчаянья. Дело в том, что я все старшие классы школы мечтал быть офицером, как мой отец. Но, к сожалению, я не прошёл военно-медицинскую комиссию и впоследствии выбор был сделан, что называется на жаргоне, «от балды». Я вообще никуда не хотел поступать, а мама меня уговорила и сказала: «Поступи, чтобы не было стыдно перед родственниками». А у татар это имеет значение. Повезло, что кроме специальности русский язык и литература, которая составляла основу нашего обучения, было ещё отделение журналистики, то есть я одновременно учился и как филолог, и как журналист. Я проходил журналистскую практику и пионерскую в качестве пионервожатого, а потом, педагогическую в качестве преподавателя русского языка и литературы, а также фольклорную и диалектологическую. Изучал старославянский язык, латынь - всё то, что должен знать квалифицированный славист. Но одновременно с этим изучал и основы журналистики. В будущем, когда я выбрал журналистику, как свой основной род деятельности, это дало мне конкурентное преимущество по сравнению с коллегами, которые закончили журфаки или, как сейчас, - факультеты медиа. Не буду лукавить, они уделяют не такое сильное внимание базовым филологическим гуманитарным дисциплинам, как это делают на филфаке и историческом факультете.

То есть, филологическое образование дало Вам фору в профессиональном плане?

Это, безусловно, - фундамент гуманитарного воспитания.

Чувствовали ли Вы в себе с детства лидерский потенциал или он был раскрыт несколько позже?

С одной стороны да, с другой стороны не забывайте о том, что я всё-таки вырос в советское время, школой жизни у нас был комсомол. Я всегда был очень активным по комсомольской линии: был комсоргом, членом комитета комсомола университета, был членом областного штаба студенческих отрядов, который был отделом обкома ВЛКСМ. Именно комсомол, тогда в начале Перестройки, был базой для всех инноваций. Нам разрешили создавать научно-технические центры молодёжи, из которых выросли многие миллиардеры и даже те, кто теперь эмигрировал из нашей страны, например, Михаил Борисович Ходорковский. Были ещё жилищно-строительные комплексы, где ребята после учёбы и работы сами себе строили квартиры, буквально своими руками. Поэтому скорее лидерские качества формировал комсомол. В принципе если ты хотел чего-то добиться, то комсомол был потрясающим социальным лифтом.

Получается, Вы всегда в себе ощущали лидерский потенциал?

Дело в том, что я занимался всё-таки индивидуальным видом спорта. Вспомню ещё одно правило Валерия Федоровича Павлова - в беге рвёт ленточку только первый. И для журналистов и для легкоатлетов имеет значение только одно место – это первое. То есть второе, третье мы не рассматриваем.

То есть определяющую роль в формировании вашего лидерского потенциала сыграл спорт?

Да, конечно. Я не люблю быть вторым. Это не означает, что я буду «ломать челюсть» кому-то ради того, чтобы занять первое место. Нет. Если говорить о нашей профессии, ты должен быть безусловным творческим лидером. Ты должен уметь тоже самое, что и все, только немножко лучше и немножко быстрее. Это должно быть безусловное творческое лидерство, но никак не лидерство, которое определяется должностью.

Насколько, по вашему мнению, большое влияние оказывают отдельные личности в судьбе человека? Например, вы не раз в нашей с Вами беседе вспоминали своего тренера

Мой тренер. Потом у меня был потрясающий учитель журналистики Мирослав Владимирович Сорокин, заведующий отделом промышленности газеты «Вечерняя Уфа». Потом он перешёл в госкомитет по телевидению и радиовещанию по Башкирской АССР (прим. ред. республиканское отделение Гостелерадио СССР) и мои первые шаги на телевидении получились благодаря ему. Он тот человек, который поставил мне «перо» в профессии. Потом была огромная роль главного редактора «Независимой газеты» Виталия Третьякова, когда уже в Москве мне пришлось быть в этой великолепной первой команде «Независимой газеты». Дальше, безусловно, роль Олега Добродеева (прим. ред. ныне генеральный директор ВГТРК) как моего друга, учителя на НТВ. Потому что всё-таки я пришёл на НТВ с опытом телевидения, но провинциального. Многих могу перечислить. Когда я учился в аспирантуре мой научный - руководитель Александр Яковлевич Юровский сыграл колоссальную роль в формировании меня как медиа исследователя. Каждый раз был человек, на которого хотелось равняться, который был недостижимой морально-этической и профессиональной планкой.

Вопрос к Вам, как к профессиональному филологу. Как много Вы читали в детстве?

Если говорить о книгах, я читал их запоем. Тем более не забывайте о том, что в то время книги, как и всё и в Советском Союзе, были дефицитом. Мы записывались в библиотеки, то есть в абонемент. Книги не выдавали на дом, особенно дефицитные, например, было невозможно получить Дюма, Жюль Верна. Ты записывался, через пару недель приходил в библиотеку и читал взахлёб. Если, дай Бог, тебе кто-нибудь одолжил эту книжку, то это было чтение на всю ночь. Естественно, книга формирует ещё и твоё владение языком. Потому что русский язык – это основной инструмент журналиста, независимо в какой области медиа он работает: телевидение, радио, интернет или печать. И здесь же речевой аппарат, как область мозга, формируется путём многократного повторения. Чем больше ты читаешь - тем богаче твой морфемный язык. Например, я провожу морфемный анализ многих работ, которые мне сдают: смотрю какое количество оригинальных слов и словосочетаний использовано на одной странице текста. По ним понятен потенциал кандидатов, которые претендуют на ту или иную должность в нашей профессии. Если он скуден, то с этим уже ничего невозможно сделать. Это, стало быть, на том этапе, если я беру человека на работу «за деньги» (улыбается). Потому что, если вспомнить Эллочку Людоедочку из «12 стульев», то с её словесным арсеналом успеха в журналистике добиться невозможно.

Как Вы пришли в медиаиндустрию? С чего начался Ваш путь?

В медиа индустрию я пришёл как фотограф в городскую газету, точнее, как фотокорреспондент благо у меня уже в течение двух лет был соответствующий навык. Фотокамера была моим постоянным спутником. А потом, когда выяснилось, что гонорары за фотографию те же самые (3 рубля), что и за подпись под фотографией, а всё-таки несколько предложений написать гораздо легче, чем сделать само фото. По крайней мере, не нужно носить с собой тяжеленный кофр с 30 кг оборудования: камерой, оптикой, светом, штативом, вспышкой, удлинителем и.т.д. Много чего нужно газетному фотографу. Требовалось много света, потому что у нас в Советском Союзе была низкочувствительная плёнка, то есть даже в таких условиях, в которых мы с вами сидим, мне пришлось бы работать на открытой диафрагме без всякой глубины резкости. К тому же в фотографии всё-таки рисуешь светом и это очень легко коррелируется с телевидением, потому что основа - в светописи как искусства рисования портрета человека или объекта через световую партитуру.

Что для Вас означает телевидение?

Для меня телевидение — это когда ты выходишь после эфира и пожимаешь руки всей команде и говоришь: «Ну, всё, передачка сложилась!».

Радик Ирикович, давайте поговорим о таком важном сегодня аспекте как «softskills». Расскажите, пожалуйста, о месте «softskills» в Вашей жизни.

А что Вы понимаете под «softskills»?

Определённый набор навыков… (тут продолжает Радик Батыршин)

Журналистика вообще это ремесло, это же не творческая профессия. То есть, конечно же, в «Основах организации советской печати» профессора Прохорова, у которого я учился, было написано, что журналистика имеет творческо-производственный характер. Но я бы перевёл немного – производственно-творческий характер. На самом деле, это достаточно большой набор навыков большая часть из них имеет моторную часть - если вы не пишете вслепую на клавиатуре, стало быть, вы будете писать медленнее в 3 раза чем ваши коллеги, а если будете писать медленнее, значит у вас просто мозг работает медленнее. Я всегда говорю, чтобы заметка была более успешной нужно просто перед этим опубликовать ещё 200 заметок. Вот и всё. В принципе вся профессия она вот. Это любая работа: операторская, журналистская, редакторская, работа ведущего в кадре, работа продюсеров в той или иной области, например, в организации процесса съёмки. Это всё навык. Критерий успеха этих навыков - это безусловно безжалостность к себе и понимание ответственности перед членами твоей команды. Потому что работа в любой области медиаиндустрии — это работа командная, где от каждого человека, даже от самого низкооплачиваемого администратора, зависит успех работы всей огромной команды.

Я знаю, что у Вас за плечами много журналистских командировок, в так называемые, «горячие точки». Расскажите о том, как закаляется характер в таких условиях работы.

Если говорить о работе на войне – она достаточно была простой, потому что, чтобы ты не передал из горячей точки - оно всё равно идёт в газете на первую полосу или там на радио если с этого открывается выпуск. То есть, эта работа с точки зрения квалификации журналиста – очень примитивная. Какую бы информацию ты не передал - она будет опубликована. Главная проблема в другом, журналист - это просто враг. Потому что, для любой из сторон конфликта он - свидетель. Те люди, которые убивают друг друга под флагом какой-то идеи, очень не хотят видеть свидетеля своих преступлений. Поэтому первая угроза, с которой сталкивается журналист на войне – это то, что тебя хотят убить. И нужно обладать определённым набором навыков, чтобы уговорить тебя убить не сегодня, а попозже. Если сегодня - то попозже, если не сегодня - то завтра…

И таким образом выбраться из экстремальной ситуации во время командировки?

Да, как-нибудь растянуть удовольствие по убиванию тебя на следующий день и т.д. Поэтому принцип очень простой – ни одна заметка не стоит человеческой жизни. И второе, безусловно, нужно понимать, что кроме того, что тебя попытаются убить, тебя попытаются использовать в пропагандистской войне с двух сторон, потому что всегда за пулями, танками и артиллерией идёт война пропагандистская, и очень важно с одной стороны получить информацию, а с другой стороны, - не стать орудием в этой пропагандистской войне. Поэтому я не вижу ничего героического в работе военных журналистов, кроме риска. Это правда риск, достаточно высокий, серьёзный риск. К сожалению, мне пришлось хоронить многих из моих коллег, друзей, знакомых за последние несколько десятков лет. К своему опыту я отношусь крайне спокойно и без всякого пафоса. Гораздо более сложный опыт был, скажем, когда похитили наших коллег террористы, и пришлось вести переговоры по их освобождению, к сожалению, безуспешные. Я могу сказать, что уровень ответственности, морального дискомфорта и душевного разрыва внутри себя он гораздо более высокий. Когда ты фрилансер, идёшь там с магнитофоном, спутниковым телефоном, видеокамерой, «VHSкой», «Сонькой» — это ты работаешь на свой страх и риск. Причём скажу честно, что с 1992 и 1993 гг. это стало хорошо оплачиваться, конечно, не российскими СМИ, а западными. Мы работали ради журналистского имени в одних редакциях, а деньги зарабатывали в других. Вот эта история другая, когда ты разговариваешь с человеком, ты знаешь, что его двоюродный брат похищал твоих коллег, а он тебе смотрит в глаза и говорит, что ничего об этом не знает. Потом ты разговариваешь с родственниками тех людей, которых твоя компания послала в командировку и так 3 месяца каждый день.

Как закаляется характер в условиях работы на войне?

Когда ты в день увидел пару десятков смертей - для тебя не существует ни клубов, ни дискотек, ни погонять по улицам на мотоцикле, потому что для тебя это абсолютно не взрослая история. Тебе кажется всё это каким-то не серьезным. Психологический опыт того, когда твоих коллег украли и угрожают убить, это, пожалуй, была такая реперная точка в моей карьере. Я в полной мере осознал ответственность за тех людей, которые тебе подчиняются.

Вы рассказывали, что стали взрослее после работы в таких условиях. Вы осознали это, непосредственно, находясь в командировках или по прошествии определённого времени?

Нет, ты взрослым становишься, когда ты начинаешь готовиться к командировке, когда ты достаточно жёстко планируешь своё пребывание, маршрут, основное и резервное места проживания, пути входа и выхода из зоны конфликта. Получается, это такое продюсирование собственного выживания. Это достаточно многоплановая подготовительная работа, в которой ты моделируешь те или иные варианты развития ситуации, в которой ты будешь действовать.

Радик Ирикович, перейдём к другой теме. Скажите пожалуйста, как преуспеть в профессиональном плане и развитии личностных качеств, если есть стремление стать профессионалом в своей области и руководителем?

Быть безжалостным к себе. С одной стороны, не надо загонять себя ниже плинтуса в плане самооценки, но нужно быть безжалостным перфекционистом по отношению к себе. И, конечно, проверять всё и за всеми. При абсолютно правильном делегировании полномочий нужно проверять всё и за всеми, на каждом этапе понимать, что менеджмент — это планирование, реализация и контроль. Нужно не упускать ни одной из трёх этих составляющих при конечном формировании команды, которой ты делегируешь полномочия.

Перейдём непосредственно от Вашей персоны к самой телерадиокомпании «Мир». До этого Вы работали в других крупных телерадиокомпаниях. В чём, на Ваш взгляд, заключается особенность управления такой компанией? Каковы реалии МТРК «Мир»?

Это не национальный телеканал, а международная компания, вот и всё. У нас 10 абсолютно равноправных учредителей и их уровень в управлении компании не зависит от уровня финансирования и от размера страны. У всех одинаковое количество голосов. Это первое. Второе, - действия учредителей, руководство которых находится в разных отношениях друг с другом и иногда в рамках замороженного конфликта, а иногда и «горячего». Здесь необходим баланс. Поэтому мы выработали принципиальный подход к работе наших журналистов – «журналистика фактов». Второе - это закрытая журналистская позиция, то есть у нас невозможен авторский комментарий тех или иных событий, хотя конечно считается, что публицистические жанры журналистики, такие как комментарий, колонка в газете, очерк - это всегда высший класс в журналистике, потому что он уже является не информационным, не аналитическим, а близким к художественной литературе. Увы, для нас эти жанры закрыты. Это баланс и стерильное отношение к фактам, которые мы используем. Всё-таки, мы компания, которая создана в рамках СНГ в 1992, а СНГ был создан как механизм развода бывших братских республик. И сейчас мы находимся на этапе, когда уже полноценные независимые суверенные государства формируют те или иные степени интеграции на постсоветском пространстве, например, Евразийский экономический союз, Союзное государство России и Беларуси, ОДКБ, Шанхайская организация сотрудничества и др. Это разно форматные организации и почему они, собственно, формируют определённые степени интеграции? Потому что, сотрудничество всегда интересно тогда, когда оно выгодно. Выяснилось, что «Мир» — это та самая площадка, которая формирует вот это единое информационное пространство, которое, странно, но оно вообще ещё существует. Хотя, казалось бы, много чего было понаворочано с развалом Советского Союза и трагического, и кровавого. Я очень рад тому, что руководителям стран СНГ, последних 25 лет, удалось сохранить «Мир». И, конечно же, здесь показательно, что мои работодатели в лице руководителей государств, потому что меня назначает Совет глав правительств участников СНГ, понимают, что участие в этом информационном союзе, какой представляет собой телерадиокомпания «Мир», - им выгодно. И, исходя из своих национальных интересов, они реализуют политику в отношении телерадиокомпании «Мир».

Как Вам представляется совмещение работы руководителя крупной телерадиокомпании и творческое самовыражение?

Я, как журналист, достаточно много пишу. Да, моего имени нет в титрах, но это не значит, что я не работаю редактором или продюсером, или не занимаюсь монтажом. Приходится брать в руки «перо» или другие инструменты телевизионщика и это здорово, потому что когда потом то, что ты написал выходит в эфир, и ты понимаешь, что «передачка то сложилась»! (улыбается).

Что, по-Вашему мнению, ждёт российский медиарынок и как он будет развиваться?

Российская медиаиндустрия — это самая динамично развивающаяся несырьевая отрасль российской экономики. Несмотря на все кризисы, падение рынка рекламы, переливания рекламных бюджетов из одного вида транспорта медиа в другой, наша отрасль будет развиваться. Я убеждён в том, что сейчас в России, если говорить о телевидении, делают уж точно лучшее телевидение в Европе и одно из самых лучших телевидений в мире, потому что если Вы посмотрите любую из телерадиокомпаний, на которые в 90-х мы смотрели как на богов, понимали какой космос разделяет нас, вышедших из советской системы Гостелерадио, и этих людей из мировых компаний. Теперь мы смотрим на них иногда даже с несколько ироничным скепсисом, потому что такого объема оригинальных телепрограмм каждый день не может себе позволить ни один европейский канал. Ни один! А если говорить об объёмах и масштабах производства, например, моя альма-матер «ВГТРК» – это крупнейший европейский телерадиовещательный холдинг, который превосходит тот же «BBC» в несколько раз. Поэтому медиаотрасль будет развиваться, а телевидение как место, где рекламодатель имеет самый дешёвый контакт, всё равно будет главным драйвером роста, но транспорт по доставке телевизионных программ будет меняться от эфирного телевидения к телевидению на мобильных устройствах, чем мы все руководители каналов занимаемся. Проблема в том, что пока наш измеритель в России «Mediascope» не создал эту панель измерений, но я знаю, что работа идёт и ещё год, может быть два, и мы будем понимать вес мобильной аудитории. Потому что раньше мы стремились к панели измерения на «desktope», но сейчас это уже никому не нужно. Потом, конечно же, отрасль двигается от эфирного способа просмотра телепрограмм к просмотру по схеме VOD– «videoondemand». Безусловно, будет OTT смотрение, причём с отложенным просмотром, предпросмотром, платным просмотром и т.д. Собственно говоря виды сервисов по доставке того или иного контента к потребителю, минуя линейное телерадиовещание, будут развиваться. Но я категорически убеждён в том, что основная масса потребителей не будет заниматься формированием собственной телерадиопрограммы в своём гаджете, потому что зритель - ленив, по крайней мере, в основной своей массе.

А если говорить о тенденциях глобального медиарынка?

Безусловно, мы сейчас имеем дело с абсолютным приоритетом для национальных рынков и это приоритет зрителей к отечественному продукту. Если, там, телекомпания НТВ начинала с того, что показывала голливудские блокбастеры класса А и между ними было аж два выпуска новостей каждый вечер, и это был успех. То сейчас, если посмотреть топ премьер на любом из российских телеканалов, мы увидим, что 99% того, что выигрывает в ежегодной гонке рейтингов – это продукты, созданные в Российской Федерации. Да, это может быть продукт на основе приобретённого формата, но это ничего не значит, потому что всё равно речь идёт о продукте, созданном для российской аудитории и российскими продюсерами. Люди хотят смотреть продукт, который произведён для них и в их стране. Это первое. Вторая тенденция – это технологическая революция. В нашей стране и в странах СНГ мы кое-как перешли на цифровое вещание, и за этим стоят ещё 2 вызова. Сейчас мы, телекомпания «Мир», работаем в формате HD, то есть, как и большинство наших коллег. За этим стоит формат 4К и так дальше. Одновременно будет идти и революция в области звука для телевещания. Одновременно проблема – нет общеевропейского консенсуса в области радио: непонятно каким будет формат вещания. Понятно, что FM изживает себя, но какой будет взамен: DRM или DRM+? Так внутри российской академии радио мы ещё не пришли к консенсусу. Безусловно, если говорить о рекламной индустрии, то будет отход от долей и пунктов рейтинга. Я думаю, что постепенно все придут к количеству измерений телезрителей или радиослушателей пользователей того или иного сервиса, но при условии, если дальше мы уйдём от анархии в измерении пользователей интернета самими интернет-сайтами и интернет порталами, потому что у меня есть глубокий скепсис к цифрам, которые дают отечественные поисковые системы. И этот скепсис разделяют рекламодатели, поэтому нужен «футбольный арбитр» который есть у нас на телевидении и которому могли бы доверять. К сожалению, перетекание рекламных бюджетов из телевидения, радио и печати к онлайн СМИ, в том числе, связаны с тем, что получается поле то одно, а там ещё бегают пару десятков разных арбитров, которые насчитывают разный счёт.

Согласитесь ли Вы с мнением, что сегодня некоторые проблемы уровня квалификации работников медиаиндустрии? Если да, то какими путями можно решить эту проблему?

Я такие вещи не комментирую, для меня все коллеги святы и прекрасны!

Хорошо, тогда поговорим о Вашей преподавательской деятельности. Вы являетесь профессором факультета коммуникаций, медиа и дизайна Высшей школы экономики.

Если говорить о моей работе в «Вышке», то я счастлив, что 15 лет назад ректор Высшей школы экономики Ярослав Иванович Кузьминов пригласил меня в этот университет и дал мне реализоваться в качестве создателя этой специальности, как «медиаменеджер» в Вышке. Потому что, я одновременно как работодатель и научный работник примерно понимаю, что нужно медиаиндустрии, какой уровень квалификации. А правильность этого подхода показывает то, что выпускники моих первых выпусков, они все теперь уже «звёзды»: как профессиональные журналисты, так и профессиональные менеджеры.

Я выступаю за достаточно мощный гуманитарный фундамент для тех, кто собирается стать журналистом. Журналист - это человек, который безупречно владеет русским литературным языком, человек, который имеет очень высокие компетенции в области истории и связанных с историей общественных наук. А все остальные навыки, «softskills», о которых Вы говорили, всё-таки приобретаются в процессе непосредственной работы. Поэтому здесь у меня иногда бывает дискуссия с коллегами по поводу пропорции специальных и общегуманитарных дисциплин.

Каким Вам представляется современное поколение студентов? Чем оно отличается от прошлых поколений?

Они - просто клёвые, и они лучше нас. Они - свободные, любознательные, знают, - что хотят. По крайней мере, они уж точно не такие закомплексованные, какими были мы в советских университетах. Мне дико нравится каждое поколение студентов, с которым мне приходилось учить-. Поймите, чем дальше мы уходим от Советского Союза, тем более свободные люди поступают в наши университеты. Свобода же она находится в голове, а не в Кремле или в Белом доме.

Чтобы Вы пожелали нашим читателям?

Много рейтингов, больше просмотров, и чтобы «заметка сложилась»!

PYHOPyYwUE8

Беседовал: Артём Рябов

Фото: Дарья Журавлева, МТРК «Мир»

Оцените материал
(0 голосов)
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии.

Новости

Дни рождения

  • Сегодня
  • Завтра
  • На неделю
26 августа Александр Колпаков

обозреватель НТВ

26 августа Павел Корчагин

директор телевизионной продюсерской компании «Студия «2В», вице-президент Академии российского телевидения

26 августа Александра Барщевская

заместитель директора Дирекции информационных программ «ТВ Центр»

27 августа Людмила Шестёркина

 Декан факультета журналистики, заведующий кафедрой «Средства массовой информации», профессор Южно-Уральского государственного университета, организатор студенческого телеканала "ЮУрГУ-ТВ".

26 августа Александр Колпаков

обозреватель НТВ

26 августа Павел Корчагин

директор телевизионной продюсерской компании «Студия «2В», вице-президент Академии российского телевидения

26 августа Александра Барщевская

заместитель директора Дирекции информационных программ «ТВ Центр»

27 августа Людмила Шестёркина

 Декан факультета журналистики, заведующий кафедрой «Средства массовой информации», профессор Южно-Уральского государственного университета, организатор студенческого телеканала "ЮУрГУ-ТВ".

28 августа Андрей Румянцев

специальный корреспондент программы «Вести» («Россия»)

28 августа Анна Кагарлицкая

теле- и кинопродюсер

28 августа Евгений Ксензенко

корреспондент НТВ

28 августа Михаил Матюшкин

генеральный директор ГТРК «Владимир»

28 августа Инна Искратова

программный директор радиостанции «Европа-Плюс Санкт-Петербург»

29 августа Василий Григорьев

телепродюсер

29 августа Юлия Мучник

ведущая субботней аналитической программы «Час пик-Суббота» телеканала «ТВ-2» (Томск), член Академии российского телевидения

29 августа Иван Засурский

заведующий кафедрой новых медиа и теорий коммуникации факультета журналистики МГУ им М.В. Ломоносова

30 августа Тимур Кизяков

автор и ведущий программы «Пока все дома» на «Первом канале», член Академии российского телевидения

30 августа Максим Бойко

член Совета директоров  группы компаний "Видео Интернэшнл"

30 августа Станислав Похлебаев

генеральный директор телекомпании «ТВС» (Челябинск)

30 августа Виолетта Гоф

Исполнительный продюссер, телеканал "Где и кто"

30 августа Константин Зарембо

Президент радиокомпании «Радио Сибирь», президент Национального фестиваля аудиорекламы «Сибирский децибел»

31 августа Александра Белявская

заместитель генерального продюсера телекомпании «Авторское телевидение», член Академии российского телевидения

31 августа Галина Каманина

генеральный директор ГТРК «Чита»

02 сентября Владимир Бабаков

технический директор канала «СТС-Невинномысск»

02 сентября Сергей Никитин

директор телекомпании «СТС-49 канал» (г. Новосибирск)

02 сентября Елена Проклова

актриса театра и кино, телеведущая, заслуженная артистка России