Леся Рябцева: «Я очень амбициозный стартапер»

Леся Рябцева Леся Рябцева

В 2015 году сразу несколько журналистов приняли решение или были вынуждены оставить прежнее место работы. В рамках проекта «Журналисты: Кто ушел и обещал увернуться» Елена Серветтаз выяснила, как сложилась профессиональная жизнь Леси Рябцевой, Константина Гольденцвайга и Алексея Ковалева. До конца 2015 года Леся Рябцева работала помощником главного редактора «Эхо Москвы» и заместителем редактора сайта радиостанции. После ухода с «Эха» и интервью ТК НТВ в российской прессе за Рябцевой окончательно утвердилось звание «королевы скандала», а главному редактору пришлось извиняться перед коллегами за бывшую сотрудницу.

 

 RFI: Чем стала заниматься Леся Рябцева после того, как оставила пост помощницы главного редактора радиостанции «Эхо Москвы» Алексея Венедиктова?

Заявление я написала в начале декабря-конце ноября, соответственно, весь декабрь я сдавала дела, и весь январь я не работаю на «Эхе» — вот уже два месяца. С тех пор я на «Эхе» ни в каком виде и формате не появляюсь, хотя должна была — мы договаривались, что у меня останутся спецпроекты. Но в какой-то момент я поняла, что я не могу и не хочу работать с этим коллективом, не хочу работать с Венедиктовым, я устала. Я поняла, что наконец накопила некий запас и знаний, и опыта, и желаний делать что-то свое. Например, все то, что я не смогла реализовать на сайте «Эха», я сейчас реализовываю на своей площадке.

Как раз в марте я буду запускать свою площадку — то самое СМИ, о котором я говорила. Это будет некая стартовая, тренировочная история, на которой я отработаю свои аналитические умения, в том числе по контенту, форматам, пиару и так далее. На ней отработаю, а потом в планах создать более крупное, более серьезное СМИ уже с инвестором. Это, что называется, зачин на год. Сейчас за февраль мы отрисовываем до конца дизайн, у меня уже есть крупные инфопартнеры, но я пока не анонсирую, не распространяюсь, потому что есть некие договоренности, которые надо соблюдать.

 Параллельно с этой медийной площадкой мы продолжаем заниматься пиаром — со мной несколько ребят ушло, которые не захотели работать на «Эхе», несмотря на то, что это престижно и есть постоянный заработок, в отличие от работы со мной. По сути, я стартапер, но я очень амбициозный и идейный стартапер, и все мои ребята ушли, собственно, за этим же — за самораскрытием, желанием быть самим собой. Мне кажется, это было мне намного важнее, когда я увольнялась, и, если честно, я бы очень хотела уволиться без скандала, но не вышло.

 Сколько человек ушли с тобой с «Эха Москвы»?

 Со мной ушли три человека, плюс еще два работают на фрилансе, то есть они остались на проектах Венедиктова на «Эхе» и «Дилетанте» (Дилетант» — это ежемесячный исторический журнал, проект Алексея Венедиктова, гл. ред. Виталий Дымарский — прим. RFI), но они параллельно сотрудничают со мной как авторы, как редакторы. Мы сами вели соцсети «Эха» и «Дилетанта». Мальчик, который за это отвечал, мой пакетолог, главный диджитальщик, ушел со мной, он мой главный партнер. Ушла девочка шеф-редактор-корректор, и ушла моя помощница, с которой вела часть проектов «Эха» и «Дилетанта». Плюс, как я уже сказала, два автора на фрилансе остались наполовину со мной.

 Ты говорила, что когда будешь работать на своих проектах, люди с «Эха», если захотят, пусть присоединяются.

 Я не думаю, что на «Эхе» остались те люди, которые хотят со мной работать или с которыми я захочу работать, хотя там есть еще два человека, которые периодически со мной общаются и пытаются пробрасывать удочку, чтобы сравнить условия, где лучше работать. Такие варианты я сразу отмела, я им сразу сказала — если вы не ушли со мной, то не надо выбирать между мной и «Эхом». Просто есть определенные принципиальные вопросы и моменты, которые мою команду не устраивали в предыдущем месте работы. Соответственно, ребята, которые знали об этих условиях, и они их устраивали, остались. Если честно, я бы не хотела с ними работать. Они просятся, пишут мне «расскажи, какие у тебя есть проекты — и социальные, и волонтерские», но я не хочу с ними работать.

 Давай поговорим о социальных и волонтерских проектах. Они начались еще до того, как ты ушла с «Эха», правильно?

 Конечно, было «Чувствительно» (с Митей Алешковским, — прим. RFI.), потом я делала вместе с Мэйлом (mail.ru) и «Эхом» «Добро на радио», потом меня «Комсомольская правда» позвала сделать у них на сайте волонтерский проект, но он еще в процессе. Потом с мэрией (Москвы) у меня были форумные истории, конференции — мы делали «Гражданский форум». Одна из секций, которую я организовывала, была посвящена онлайн-государству, общению населения и власти через интернет и онлайн-услугам. А вторая секция была с Вадимом Ковалевым — про волонтерство и социально-корпоративную ответственность. Соответственно, в эту социалку я больше и хочу уходить, мне это интересно. Есть какие-то очень мутные проекты. Есть Татьяна Бачинская, у которой была задумка собрать пиарщиков, медийщиков и журналистов вместе с социальщиками и как-то попробовать поработать между собой, научить писать пресс-релизы, в конце концов, и научить журналистов брать социальные темы интереснее. У них партнером был «Русский репортер», соответственно, я хотела перезапустить такую площадку, мне самой это было интересно.

 По-моему, прекрасный проект «Такие Дела» делают Андрей Лошак и Митя Алешковский, тебе не кажется?

Я не спорю с тобой, я знаю все эти площадки, мы это обсуждали. Помнишь, была еще Олеся (Олеся Герасименко, автор образовательного проекта «Школа гражданской журналистики», — прим. RFI) из «Коммерсанта»?

Вся эта тусовка сделала журналистские курсы про социалку, но там мало людей как раз со стороны социалки и благотворительности. Это помогает журналистам писать на нужные и важные темы, но благотворителям эти курсы не очень помогают. Соответственно, нам хотелось помогать фондам. Есть, например, теплица у Мэйла (mail.ru) , которая помогает социальным проектам развивать и бесплатно рисовать логотипы, сайты и так далее. Соответственно, мы хотели сделать то же самое, но больше по контентной истории и пиару.

Михаил Симонов тоже хотел поучаствовать в такой медийной площадке, теплице, которая помогла бы именно благотворительной части нормально двигать свои темы, потому что у тех же самых фондов контент есть, например, а финансов нет. Или, например, как у Ксюши Давидсон — ретритный комплекс «Шередарь» в Подмосковье: у них есть финансы, есть хороший контент, есть места, но у них нет, например, ресурсов для пиара — они просто не знают, как это делать. Они обратились ко мне. Либо сейчас запускается сайт Dislife — раньше это был сайт для инвалидов, сейчас его делают для более широкой аудитории. Опять же у них нет крупных финансовых возможностей, но хоть какие-то есть. Но со стороны не медийной, а благотворительной им никто никогда не помогал, чтобы правильно двигать в массы свои идеи. Соответственно, это еще одна история, которой я как-то параллельно занимаюсь, но не очень усиленно, потому что все сейчас отдыхали из-за новогодних праздников.

То есть эти проекты ты оставляешь, а с марта ты будешь главным редактором в СМИ, о котором ты говорила, главным вдохновителем, автором или кем-то еще?

Это из серии — я выработала правило «течение Лесизма». Был Тимур Новиков, и у него была своя тусовка, был Уорхол, и у него была фабрика, соответственно, я в какой-то момент стала маячком, мемом хождения против массы, какого-то такого образа, что можно быть независимым, медийным и свободным. Соответственно, вокруг себя я собрала таких же людей. С какой-то точки зрения получается, что я определяю концепцию этого издания, площадки — я подбираю людей, ищу авторов, партнеров, продюсирую и так далее, то есть это все закреплено на мне. Но в более широком смысле я понимаю, что ищу себе подобных, и получается, что это больше горизонтальная история. То есть я нашла девочку-мальчика транссексуала, и она будет одним из авторов. Потом я нашла представителя ЛГБТ-сообщества, я нашла ребят, погруженных в историческую тему.

Рано или поздно в каждой сфере появляется человек, который чужд этой сфере. Была Ася Казанцева, которая начала заниматься поп-наукой, внутри научной сферы она считалась изгоем. Соответственно, я ищу таких же свободных, интересных, самодостаточных, независимых людей, которые сами по себе настоящие, при этом они толковые, у них есть свое мнение. Соответственно, таких людей я собираю вокруг себя. Это не значит, что я центровая, это просто значит, что я их пытаюсь собрать в кучу. Я, скорее, работаю как пластилин, чтобы склеить их между собой.

Авторы будут получать деньги за свои тексты деньги? Или они все-таки будут как блогеры — у них это будет просто одной из площадок?

Они в любом случае свободны делать все, что хотят. У нас с ними есть договоренность, что у них будут свои авторские колонки, а как они себя будут называть, если честно, мне все равно. Я никого не привязываю к себе, эти люди свободны, они не будут считаться журналистами Леси Рябцевой, просто авторы, которых я стараюсь искать по всему миру. Просто одной из их площадок будет моя площадка, где они могут говорить то, что им хочется сказать. Конечно, у контента есть некая определенная направленность, но, тем не менее, она разносторонняя. То есть, например, одного мальчика волнует, что в школе его окружают идиоты, грубо говоря. А другая девушка — девочка по вызову. То есть у каждого свои проблемы, но все они про одно — про внутреннюю свободу и желание самовыразиться, быть собой, быть настоящим в какой-то мере. Соответственно, на мою площадку можно прийти и это сделать, сказать.

Когда ты уходишь со стабильной зарплаты, и в какой-то момент тебе нужно платить за квартиру, по счетам, ты смогла как-то компенсировать недостачу до зарплаты? После того, как ты ушла с «Эха», ты можешь начала уже зарабатывать на своих проектах или пока еще нет?

Еще нет. На самом деле, это дико страшно. Самая главная причина, по которой я уходила, потому что я считала себя шлюхой — я делала то, что я не хочу, и получала за это деньги. В какой-то момент мне стало от себя противно. С другой стороны, я понимала, что мне нужно на что-то жить и зарабатывать, и я накопила некую сумму, на которую я смогла бы сама жить три месяца и продолжать платить своей команде. Был некоторый разрыв, с которым мне помогли мои близкие. Но мне просто повезло, что у меня такая ситуация, что я, грубо говоря, могу не идти на рынок продавать морковку, чтобы выжить. У меня, несомненно, более комфортная среда в окружении, но этот разрыв закроется только с запуском площадки. Когда мы анонсировали площадку, у нас уже были первые рекламодатели и спонсоры — анонс предполагает, что на мою площадку зайдет более 100 тысяч человек, потому что анонсировать это будут разные издания, и есть инфопартнеры. С другой стороны, не очень спокойно, конечно, потому что я понимаю, что надо запуститься, и только потом появятся деньги.

Ты говоришь, что делала на «Эхе» не то, что хотела, и чувствовала себя так, как чувствовала, но ведь у тебя были проекты, которые тебе были приятны. Тебя же не заставляли говорить то, что ты не думаешь. У тебя же была свобода. Сравнение со «шлюхой» в данном случае — очень сильное, тебе не кажется?

Я объясню. Я делала то, что хотела в рамках тех проектов, которые я хотела и сама начинала. Но то, что они были связаны с именами и брендом, которые стали несколько противоречивы для меня, и когда у меня самой исчез кредит доверия, преданность «Эху» и Венедиктову, и когда несколько поменялись наши отношения, тогда я поняла, что в рамках этого я не могу продолжать делать те проекты, которые очень люблю. Мне было очень тяжело расставаться и с ведущими, и с эфиром, продюсированием, «Дилетантом».

Ты не представляешь, сколько я всего потеряла, со мной люди перестали общаться, и, конечно, мне от этого грустно. Но просто негативный фон всего этого перекрыл то удовольствие, которое я получала от работы. Грубо говоря, я могла работать сутки, получать кайф, а потом прийти в редакцию, и мне в спину бы плюнули. В какой-то момент количество и качество этих плевков стало перевешивать.

Елена Серветтаз

http://ru.rfi.fr/ 

 

 

Оцените материал
(0 голосов)
Авторизуйтесь, чтобы получить возможность оставлять комментарии.

Новости

Дни рождения

  • Сегодня
  • Завтра
  • На неделю
22 сентября Иннокентий Иванов

автор и ведущий программы «Сфера» канала «Культура», обозреватель ТРК «Петербург»

22 сентября Елена Крылова

директор ГТРК «Самара»

22 сентября Александр Будберг

журналист, член правления Института современного развития

22 сентября Карина Орлова

журналист радиостанции «Эхо Москвы»

22 сентября Майя Пешкова

журналист радиостанции «Эхо Москвы»

23 сентября Эдвард Радзинский

драматург и телеведущий «Первого канала»

23 сентября София Шеварднадзе

ведущая программы «Актуальное Интервью», телеканал «Russia Today»

23 сентября Илья Федоровцев

ведущий информационной программы "Сегодня" на НТВ

22 сентября Иннокентий Иванов

автор и ведущий программы «Сфера» канала «Культура», обозреватель ТРК «Петербург»

22 сентября Елена Крылова

директор ГТРК «Самара»

22 сентября Александр Будберг

журналист, член правления Института современного развития

22 сентября Карина Орлова

журналист радиостанции «Эхо Москвы»

22 сентября Майя Пешкова

журналист радиостанции «Эхо Москвы»

23 сентября Эдвард Радзинский

драматург и телеведущий «Первого канала»

23 сентября София Шеварднадзе

ведущая программы «Актуальное Интервью», телеканал «Russia Today»

23 сентября Илья Федоровцев

ведущий информационной программы "Сегодня" на НТВ

24 сентября Ольга Андреева

генеральный директор «Зеленой студии» («Красный квадрат»)

24 сентября Наталия Ильина

программный директор телерадиокомпании «Петербург» (г. Санкт-Петербург)

24 сентября Владимир Шведченко

директор ГТРК «Дальневосточная» (г. Хабаровск)

24 сентября Александр Горелик

директор Информационного центра ООН в Москве в 1999-2015 гг.

24 сентября Александр Климов

журналист радиостанции «Эхо Москвы»

25 сентября Рамис Давлетбаев

директор ГТРК «Башкортостан» (г. Уфа)

25 сентября Сергей Титинков

директор дирекции кинопоказа «Первого канала»

25 сентября Елена Костюченко

специальный корреспондент отдела информации «Новой газеты»

26 сентября Юрий Вишня

директор ТРЦ «Восточный экспресс» (г. Челябинск)

26 сентября Евгений Желтоухов

гендиректор телекомпании «Телеконтур» (г. Салават)

26 сентября Ольга Тепляшина

ведущая и журналист программы «Новости ТВК» «ТВК — 6 канала» (г. Красноярск)

26 сентября Михаил Ткачев

директор ГТРК «Калмыкия», автор и ведущий программы «Вести-Приволжье. События недели»

26 сентября Андрей Бабицкий

журналист

27 сентября Сергей Ким

гендиректор ТРК «Афонтово» (г. Красноярск)

27 сентября Александр Митрошенков

президент «Трансконтинентальной МедиаКомпании», вице-президент Академии российского телевидения

27 сентября Сергей Одинцов

гендиректор телерадиокомпании «Европа-Плюс-Владимир»

27 сентября Надежда Михалкова

актриса, телеведущая

27 сентября Сергей Шолохов

телеведущий, кинокритик, ген. директор продюсерского центра «Петербург — Культура»

28 сентября Светлана Дегтева

звукорежиссер высшей категории ГТРК «Культура»

28 сентября Сергей Скворцов

президент группы компаний «Феникс-Фильм»

28 сентября Андрей Гриц

звукорежиссер дирекции новых программ и специальных проектов телеканала «Россия»

28 сентября Мария Комарова

член совета директоров ЮВТ-холдинга, член Общественной палаты РФ. Гл.редактор радиостанции «Коммерсантъ FM» в июле 2013-2014 гг.

29 сентября Константин Выборнов

директор информационного телевизионного агентства «ИТА Новости»

29 сентября Дмитрий Крылов

автор и ведущий программы «Непутевые заметки» «Первого канала»

29 сентября Александр Макаров

генеральный директор "Триколор ТВ"