Отобранными для анализа обратной связи и последующей реакции журналистов оказались 18 текстов из газеты «Коммерсант», интернет-издания «Медуза» (внесена Минюстом в реестр иностранных агентов), интернет-журнала «Холод» и медиа The Bell. Чтение тысячи комментариев читателей – занятие более сложное, чем может показаться на первый взгляд. Под постами в пабликах СМИ «ВКонтакте» и на Facebook собирается разношерстная и наполовину анонимная аудитория вперемешку с ботами, которые успешнее и быстрее атакуют крупные издания.

По большей части обратная связь в соцсетях носит эмоциональный характер и нередко сводится к обсуждению не журналистского материала, а самого инфоповода. А иногда и первой строки из текста или вовсе фотографии, сопровождающей пост. Ангажированность комментаторов замечают и журналисты.

АЛЕКСАНДР ЧЕРНЫХ, корреспондент «Коммерсанта»:

«Я изначально предубежден, что люди пишут на эмоциях, видят только черное и белое, не хотят поразмышлять. Когда это живой человек, я могу попробовать ему что-то объяснить, но это редко. Если я «выстрадал» текст, могу ответить, вспылив».

Игнорирование обратной связи журналисты объясняют обилием «ботовой» активности, спама, из-за чего комментарии живых людей теряются, а желания выискивать их среди сотен «ботовых» откликов нет. Стремление прислушаться к аудитории несмотря ни на что – не самая популярная реакция, но все же существует в журналистской среде. 

ИРИНА ПАНКРАТОВА, корреспондент The Bell:

«Я читаю все комментарии к своим материалам, даже специально гуглю и мониторю репосты и перепечатки и читаю, что написали под ними. Раньше я раздражалась на некоторые, особенно на те, по которым видно, что человек прочитал только заголовок и комментирует одно это предложение. Сейчас я уже не раздражаюсь ни на что. Считаю, что любая реакция – это фидбэк аудитории, который надо учесть. Если человек прочитал только заголовок, в этом есть часть и моей вины тоже. Аудиторию нужно уважать и быть внимательным к ее запросу, а комментарии – это способ разговора с ней. Я стараюсь на комментарии отвечать, если есть что ответить».

МНЕНИЕ ПРОТИВ ФАКТОВ

Подход аудитории к журналистским текстам в России отличается от ситуации, например, в США. Американские исследователи Стефани Крафт, Тим Вос и Дэвид Вольфганг констатировали желание аудитории получать беспристрастную информацию на примере текста публичного редактора The New York Times Артура Брисбена. Журналист написал колонку, в которой задался вопросом, должны ли корреспонденты газеты оспаривать факты, изложенные их ньюсмейкерами, передавая их цитаты. 

Артур Брисбен уточняет, что обозреватели, в отличие от журналистов, имеют свободу называть ложью то, что к ней относят: «Мой вопрос к читателям: должны ли репортеры делать то же самое?» – спрашивал комментаторов редактор. В итоге американские исследователи сошлись на том, что от журналистов аудитория хочет получать беспристрастную информацию.