Создатель «Программы максимум» и «Центрального телевидения» рассказал АНТОНУ ЖЕЛНОВУ о телевидении нулевых, ранней профессионализации и реинкарнации «Намедни»

– Ваш последний проект на НТВ – «Центральное телевидение». Это такая трансформация «Намедни», где вы начинали?

– Когда я задумывал «Центральное телевидение» и сформулировал это определение – информационное шоу,– я помню, как очень многие поморщились и сказали: какое, на хер, шоу? Потом уже пришло это понимание мультимедийности, дискретности происходящего, ставшее принципом верстки. Ну, когда ты сидишь за своим компьютером и у тебя открыты статья об Ассанже, рецензия на фильм «Древо жизни», недосмотренный скетч из «Большой разницы» и что-нибудь абсолютно трэшевое, твое личное. Это все живет вместе. Вопрос, зачем люди пошли на митинг в морозы, никак неотделим от вопроса, в чем они пошли. Фейсбук-рейтинг – то, над чем смеялись, подшучивали, – тоже важно, это часть жизни.

К 2020 году 75,9% всех расходов на интернет-рекламу будет приходиться на мобильную рекламу нативных форматов

КРИЗИС ЖАНРА?

Радиоточки исчезли вместе с советской эпохой, как ее рудимент. На смену пришли цифровые технологии и соответствующая аппаратура. Теперь не услышать «Театр у микрофона», «С добрым утром», « Радионяня», «Клуб знаменитых капитанов», «Красный, желтый, зеленый» из каждого окна. В эфире любой FM-станции есть утреннее шоу, есть заявки слушателей — заказ песни по смс или телефону. А где же теперь настоящая радиожурналистика, которая чтит законы жанра, которая любит и знает русский язык?.. Она ютится по разным, в основном, малопопулярным радиостанциям, мы ведь все слушаем музыку. На музыкальных станциях только сейчас начали появляться разговорные передачи, заранее подготовленные сюжеты. Но все это вторично, и такие процессы уже были в международном медиа пространстве. Например, на западе радио играет огромную роль в доставке информации. Это касается и новостей и talk-формата. Западное общество в большей степени разбито по группам интересов. У нашего человека после работы нет другой мысли кроме как расслабиться. Социальная пассивность вообще корень многих бед российского общества. Чем больше гражданин будет вовлечен в жизнь общества, тем больше информация будет важна для него, значит радио, наряду с Интернетом и телевидением, будет его первым помощником, и будут развиваться различные форматы. Пока это только мечты.

О том, как изменить телеканал, как подготовить и провести ребрендинг, какие неожиданности ждут топ-менеджмент, «МП» рассказал Вячеслав Луговых, генеральный директор телеканала A-ONE.

Нет повода для беспокойства?

Необходимость ребрендинга была обусловлена множеством факторов, как экономических, так и социо-культурных, хотя внешне могло показаться, что особых поводов для волнений и беспокойства не было. A-ONE - телеканал с яркой биографией. За первые четыре года своей жизни он стал законодателем альтернативной музыкальной моды и открыл зрителям большое количество имен, сформировав вокруг себя совершенно определенную аудиторию, преданную по духу и стабильную по количеству… Но, увы, плохо монетизируемую в силу всё той же её (аудитории) специфичности. Все последующие попытки расширить её за счёт внутриформатных трансформаций ожидаемого результата не принесли. Экономика регулярно вмешивалась в творческий процесс, причем, с каждым годом всё жестче и жестче. В ходе анализа «оперативной» обстановки стало понятно, что мнимая стабильность на фоне активизации конкурентной среды завтра станет шагом назад.

В октябре новым руководителем телеканала "ТВ Центр" была назначена заместитель генерального директора ВГТРК Юлия Быстрицкая. В конце декабря стало известно о первых переменах на канале под ее началом: с "ТВ Центра" уволили ведущую Ольгу Бакушинскую, а ее социальное ток-шоу "PRO жизнь" закрыли. Это увольнение стало первым, о котором узнали СМИ (благодаря ЖЖ журналистки), однако далеко не первым внутри ТВЦ. В интервью "Ленте.ру" Ольга Бакушинская рассказала о том, как новое руководство зачищает канал под своих людей, как ТВЦ вслед за ВГТРК берет курс на полную лояльность государству и почему российская журналистика находится в безнадежном положении.