МедиаПрофи - mediaprofi.org

Москва 06:29 GMT +3 Понедельник 26-02-2018
USD 56.7608
EUR 69.6341
+14˚C (днем +17˚C, ночью +10˚C)
Ветрено, переменная облачность

Гендиректор Сергей Архипов уволился, проработав всего неделю

Архипов сообщил, что покидает РМГ, во вторник вечером на своей странице в Facebook. Один из основателей группы, продавший свою долю в 2007 г., он вернулся в нее всего неделей ранее – после отставки другого основателя, гендиректора и совладельца РМГ Сергея Кожевникова, возражавшего против продажи компании ФГУП «Госконцерт».

Эту сделку предложил президенту Владимиру Путину основатель фонда «Федерация» Владимир Киселев. Он хочет создать на базе активов РМГ патриотический медиахолдинг, цель которого – создавать российских суперзвезд, чтобы «под рукой были идеологически правильно настроенные кумиры миллионов». Сам он собирается быть продюсером этого холдинга.

Архипов вчера на запросы не отвечал. Он объяснил газете «Коммерсантъ», что уходит из-за давления со стороны «Госконцерта»: ему позвонил гендиректор ФГУПа Сергей Бунин и передал пожелание Киселева снять с эфира радиостанций РМГ песни артистов, которые выступили против сделки (Филипп Киркоров, Стас Михайлов, Григорий Лепс, Игорь Крутой, Анна Нетребко и др. опасались, что сделка сделает невозможным сотрудничество с радиостанциями РМГ «для большей части представителей музыкальной индустрии»).

Бунин это отрицает: он заявил «Ведомостям», что таких указаний не давал, а единственное желание «Госконцерта» в отношении РМГ – чтобы на станциях начали появляться новые артисты.

Кто будет новым руководителем РМГ, пока непонятно. Основной акционер группы (78%) – «ИФД Капиталъ» Леонида Федуна и Вагита Алекперова не получил заявления Архипова об увольнении и «в любом случае ему придется отработать положенный по закону срок», сказано в сообщении ИФД. Архипов говорил, что его на должность гендиректора позвал лично Федун.

Киселев в интервью «Эху Москвы» заявил, что «гендиректора не должно быть, должен быть коллегиальный орган, чтобы убрать эту коррупционную составляющую». Кожевников, отказавшийся продавать свою долю в РМГ дешевле, чем Архипов в 2007 г. (менее $12 млн за 22% против $47 млн за 19%), был снят с поста гендиректора «в связи с потерей доверия» – «ИФД Капиталъ» обвинил его в использовании служебного положения и средств РМГ в личных интересах.

Для России коллегиальная форма управления – большая редкость, говорит гендиректор «Экопси консалтинга» Павел Безручко. Есть компании, где роль гендиректора номинальная и решения принимает совет директоров или другой коллегиальный орган, но в России чаще бывает так: компании хотят внедрить коллегиальность, но не готовы к этому – не доросли еще, объясняет он: «Для модели коллегиального принятия решений нужны продвинутые люди, а не демагоги». Для России, по словам Безручко, привычнее модель, когда во главе стоит один начальник, операционный управляющий. Единственный позитивный пример, когда такое управление было внедрено в России и который смог вспомнить Безручко, – производственная компания Upeco (бренды «Раптор», Forester и др.).

Обычно, если конфликт выходит на публичный уровень, бизнес серьезно страдает, поскольку «деньги любят тишину», говорит Безручко. Но стороны, уже принявшие для себя внутреннее решение идти до конца, редко считаются с такими издержками, добавляет он.

Рекламодатели пока не очень озабочены ситуацией в РМГ, говорит сотрудник крупного рекламного холдинга: радиостанции работают, как прежде, с аудиторией ничего пока не произошло. Рекламодатели прежде всего смотрят на данные TNS по аудитории, соглашается сотрудник крупного радиохолдинга, они начнут снимать или уменьшать бюджеты, только если эфирная политика новых акционеров приведет к серьезному оттоку слушателей.

Представитель РМГ Ася Лаврина сказала «Ведомостям», что рекламодатели пока не обращались в РМГ с просьбой объяснить, что происходит в компании. Представитель «ИФД Капиталъ» не стал комментировать эту тему. А Бунин сообщил, что рекламодатели пока не настолько волнуются, чтобы это как-то отразилось на бизнесе РМГ. «Будем работать с ними абсолютно нормально и дальше», – уверен он.

РМГ – один из крупнейших радиохолдингов России после Европейской медиагруппы и ВКПМ. Основной актив РМГ – радиостанция «Русское радио» (2-е место по аудитории в Москве и 4-е в России, по данным TNS за октябрь 2014 г. – март 2015 г.). Также в РМГ входят радиостанции «Хит FM», Maximum, DFM, Monte Carlo и неэфирный музыкальный телеканал Ru.TV. Оборот РМГ в прошлом году составил 2,4 млрд руб., а «Русское радио» принесло группе 50% прибыли.

Елена Горелова, Анастасия Голицына
Ведомости
Фото Е. Разумный / Ведомости

Новый директор «Русской медиагруппы» хочет зарабатывать не только на рекламе, но и на концертах

В «Русской медиагруппе» (РМГ) могут появиться продюсерский центр, музыкальный лейбл и служба заказа артистов, рассказал «Ведомостям» Роман Саркисов, недавно назначенный исполняющим обязанности гендиректора РМГ. Сейчас РМГ зарабатывает в основном на рекламе, но ее объем на радиостанциях практически невозможно увеличить без угрозы потери части слушателей. Новые бизнес-структуры позволят, по словам Саркисова, монетизировать весь потенциал холдинга: РМГ сможет оказывать услуги по продвижению новых артистов на радиостанциях и получать взамен часть доходов от их концертной деятельности.

Саркисов обещает, что взаимоотношения РМГ с артистами будут «белыми и прозрачными». «Я собираюсь закрыть все вопросы, связанные с протекционизмом, политикой двойных стандартов и вкусовщиной. Мы сделаем открытые худсоветы, на которые сможет прийти в качестве наблюдателя любой артист и продюсер», - говорит он.

В этом году в разделе эфирного радиовещания ежегодного "Рейтинга молодых медиаменеджеров России", составленном агентством Odgers Berndtson совместно с PwC и Mediascope оказались сразу 3 представителя Русской Медиагруппы.

Сергей Бунин – об истории развала и возрождения «Госконцерта» и покупке Русской медиагруппы

В октябре прошлого года основатель фонда «Федерация» Владимир Киселев предложил президенту Владимиру Путину создать в России патриотический медиахолдинг, который мог бы стать «инкубатором отечественных звезд». России нужны собственные идеологически правильно настроенные кумиры миллионов, объяснил он. Реализовываться эта идея начала в этом году, а ее первым этапом стала договоренность о приобретении госкомпанией – ФГУП «Госконцерт» – одного из крупнейших российских радиохолдингов – Русской медиагруппы (РМГ). ФАС уже одобрила эту сделку, стоимость которой может составить 6–7 млрд руб.
РМГ станет частью патриотического холдинга, который не только займется радио, ключевым бизнесом РМГ, но и собирается, по словам гендиректора «Госконцерта» Сергея Бунина, навести порядок на концертном рынке России.
– Хочу начать с самого очевидного вопроса. Почему «Госконцерт» решил купить Русскую медиагруппу (РМГ)?
– Мы занимаемся музыкальным бизнесом – организацией концертов, тем, что у музыкантов и радийщиков называется «офлайн». И разговоры с представителями музыкальных радиостанций и телевидения показывали, что им очень интересен этот офлайн и им хочется в эту сторону развиваться. Это очень интересное дополнение к эфиру, так как позволяет расширять возможности пиара, маркетинга, влияния, а также популяризировать свою радиостанцию или телеканал. Мы подумали: раз им интересен офлайн, то почему бы нам не заинтересоваться эфиром – радио и телеканалами?

Вместо того чтобы наших артистов постоянно продвигать в эфиры радиостанций и телеканалов, нам стало интересно самим этим заняться. Я считаю, что это поможет нам решить некоторые задачи с нашими мероприятиями. Например, когда мы проводим концерт в честь Дня России на Красной площади, артисты, конечно, понимают, что это важно, но не очень охотно идут туда выступать бесплатно. Их можно понять, это их работа и их время. И когда нам нужно провести хорошее мероприятие и мы хотим, чтобы оно не пострадало из-за усеченного бюджета, мы пытаемся договариваться с артистами каким-то образом, что-то им взамен предложить. Чем артиста можно купить, кроме денег? Конечно, эфиром на радио или ТВ.

– То есть это своего рода бартер?

– Да, это бартер. В общем-то он всегда существовал, особенно если речь идет о крупных событиях и их трансляции на центральных телеканалах. Но одно дело – пытаться продвинуть артистов в чужой эфир: всегда сложно договориться, и ты не всегда можешь быть на 100% уверен, что сможешь выполнить эти договоренности. Другое дело – предложить артисту собственный эфир, которым мы можем распоряжаться.

– А кто был инициатором этой сделки?

– Взаимодействие с РМГ началось как раз тогда, когда мы придумали некий проект, который объединил бы и РМГ, и музыкальные телеканалы. Ну т. е., по сути, все музыкальные телеканалы России. Это не значит, конечно, что их надо теперь скопом все скупать и централизованно ими управлять. Речь шла о том, что необходимо их объединить под общей идеей.

– Вы имеете в виду идею создания патриотического холдинга?

– Да, именно ее. Когда начался процесс обсуждения идеи создания патриотического холдинга, ни о каких покупках вообще не шла речь. Но в процессе, видимо, зашел разговор, и мы узнали, что «ИФД Капиталъ» не против продать свою долю в РМГ. Все-таки «ИФД Капиталъ» – инвестиционная компания, и она рано или поздно продает свои активы.

– А все-таки, кто конкретно все это придумал? И про патриотический холдинг, и про покупку РМГ?

– Идея витала в воздухе.

– Нет, так не бывает. Все равно кто-то становится драйвером процесса.

– Давайте будем говорить, что это совместная идея – моя и Владимира Киселева, с которым мы давно работаем вместе.

– Какое отношение Киселев имеет к этой сделке? Рассказывают, что именно он согласовывал ее в госструктурах и у президента. А при этом никакой должности или доли в «Госконцерте» у него нет.

– Киселев – продюсер, он очень заинтересован, чтобы у нас получился хороший проект. В данном случае он также выступает как продюсер этой идеи. Он занимается этим проектом, потому что ему интересно создать в нашей стране такую ситуацию, когда российские артисты все-таки выступают за интересы своей страны и поддерживают ее. Но это не значит, что мы теперь все будем [шагать под] «Марш славянки», а радиоэфир будет состоять из гимна, Людмилы Зыкиной и Надежды Бабкиной.

Меня очень удивляет поверхностное понимание ситуации некоторыми комментаторами, а также музыкантами, которые публично выступили против этой сделки. Никто не собирается заставлять музыкантов петь славу президенту. Артисту достаточно поучаствовать в том или ином мероприятии, посвященном, например, государственному празднику. Поклонники очень внимательно относятся к тому, что исходит от артиста. Поэтому сам факт его участия очень важен. И в этом будет проявление его патриотизма, а не в том, что он поет патриотические песни.

– Что будет из себя представлять патриотический холдинг, какие там будут активы, какие партнеры? Говорят, что идут переговоры о покупке активов у Bridge Media и ЮТВ.

– Я слово «холдинг» в данной ситуации понимаю как проект, а не как юридическое лицо. Переговоры ведутся со всеми, кто указан в письме, и даже с большим количеством участников рынка. Это переговоры о том, каким образом все эти компании и их станции и телеканалы могут поучаствовать в нашем проекте. Возможно, кто-то захочет продаться, а кто-то – стать партнером. Но мне пока не известно, чтобы кто-то из тех, с кем ведутся переговоры, кроме РМГ, хотел продать свои активы. Автор идеи письма и идеи холдинга – Киселев.

– В письме Киселева Путину указывалось, что частью патриотического холдинга могут стать телеканалы, зарегистрированные на ООО «Кремль медиа». Два года назад эту компанию учредили вы, но сейчас она принадлежит Екатерине Буниной. Это ваша родственница?

– Это я комментировать не хочу. А сама организация изначально создавалась как агентство для проведения мероприятий. На нее зарегистрированы пять СМИ. Но сейчас я к этой компании отношения не имею.

– Расскажите про финансирование сделки. Действительно ли вы берете кредит у ВТБ?

– ВТБ – это один из банков, с которым мы ведем переговоры. По крайней мере, это банк, который провел оценку РМГ в 6–7 млрд руб., и мы понимаем, на что можем рассчитывать. Пока нам ничего не дали.

– Была информация, что ВТБ готов дать не больше 2,5 млрд руб.

– Но нам же этого не хватит. Так что мы обращаемся и к другим банкам.

– Еще вы запрашивали субсидию у Минфина?

– Да, но нам не дали. Мы думали, что раз мы ФГУП, то сможем получить субсидию от государства. Но нет. Минфин объяснил, что не существует схемы, по которой он может законно выделить нам средства.

– Если вам удастся получить кредит, кто будет обслуживать долг – РМГ?

– РМГ – это действующий бизнес, который зарабатывает деньги. Так как мы берем средства на покупку РМГ, то логично, чтобы деятельность РМГ позволяла нам отдавать то, что мы взяли на эту сделку. Не вижу тут ничего странного.

– Некоторые артисты выступили против покупки РМГ «Госконцертом», написали письмо президенту Владимиру Путину. Как вы думаете, почему они решили поддержать Сергея Кожевникова – гендиректора и сооснователя РМГ, который протестует против этой сделки?

– Я могу только догадываться. Мы пока не дали ни одного повода считать, что мы были как-то непрозрачны или нечисты в этой сделке. Или использовали какие-то неправедные методы. А против нас выступают люди, непонятно как заинтересованные [в этом] и непонятно какие цели преследующие. В результате выяснилось, что, например, Иосиф Кобзон это письмо не подписывал. А Зураб Церетели сказал мне, что подписал, так как увидел под письмом фамилии уважаемых людей, в том числе Кобзона, и решил поддержать хорошую идею. Также мне рассказывали, что из группы «Любэ» никто не подписывал письмо.

Мне не страшно рассказывать о нашей сделке, разговаривать с журналистами, потому что у нас нет скелетов в шкафу. Я за каждое свое слово готов ответить. Но отвечать за всю Одессу или за всех артистов я не хочу.
Мне самому интересно, что получили люди, которые подписали письмо. Что им такого пообещали? Как они теперь с нами собираются выстраивать отношения? Ведь, по сути, они заявили, что не хотят с нами сотрудничать. Логично было бы, прежде чем подписывать письмо, спросить у нас, что будет после сделки. Мне очень странно, что артисты сделали выводы, не узнав вторую точку зрения. Хотя бы из любопытства. Когда [Михаил] Гуцериев хотел купить РМГ, разве кто-то возмутился из артистов? Нет, никто.

И вернусь к теме патриотизма. Хотелось бы понять, почему артисты, подписавшие письмо, отказались ехать в Крым? У них есть причина чего-то бояться, например, санкций? Почему тогда они пишут письмо президенту с просьбой поддержать их проблему после того, как сами отказали своей стране в поддержке? Если они, например, не считают Крым частью России, значит, не согласны с действиями президента. Зачем же они тогда просят у него поддержки? Но все это не помешало многим артистам выступить на годовщине вхождения Крыма в состав России на Красной площади. Конечно, там везде ФСО, не страшно. Когда мы ездили в Крым еще до референдума, где были [Филипп] Киркоров, Тимати, где [Виктор] Дробыш? Зато фамилии и Киркорова, и Тимати дружно красуются под письмом президенту против нашей сделки. А ведь они еще недавно заявляли, что там, где есть один, другого ни за что не будет. Что это, двойные стандарты?

– А у вас есть какой-то пул артистов, которые вас поддерживают?

– Некоторые артисты высказались за нас, и не только артисты – я слышал высказывание Дианы Гурцкая как члена Общественной палаты, об этом говорили Олег Газманов, Вика Цыганова. Безусловно, нас поддерживают те артисты, которые входят в продюсерский центр Владимира Киселева: «Земляне», «Бойкот», «Русские», «Санкт-Петербург».

– Что изменится в РМГ после сделки с «Госконцертом»?

– Мы не собираемся, прикрываясь патриотизмом, гробить РМГ. Эфир радиостанций будет наполнен [в том числе] теми же артистами, что и сейчас. Никто не отменял РМГ как бизнес, и единственное наше желание – чтобы эта компания процветала. Именно поэтому я поддержал назначение Сергея Архипова на должность гендиректора: это тот человек, который хорошо разбирается в этом бизнесе. Сейчас, по многим оценкам, РМГ недобирает в своей капитализации и эффективности. Архипов, я уверен, тот человек, который может дать компании, по крайней мере, правильный импульс.

Понятно, что любой продюсер будет поддерживать своих артистов, если у него есть свои радиостанции – глупо этого не делать. Вопрос в том, где грань разумного. Я давно знаю Киселева, он не безумец, который поставит 24 часа в сутки песни своей жены и детей. У него детей столько нет. (Смеется.) Он же не будет убивать эфир, чтобы «Русское радио» вместе со всем холдингом благополучно ушло на дно.

– Тем не менее Кожевников явно не в восторге от этой сделки. Сейчас он пытается сам выкупить долю в РМГ своих партнеров – «ИФД Капиталъ».

– Я думаю, что предложение Кожевникова точно не было сделано до того, как он начал против нас информационную войну. Он пытается информационно на эту сделку повлиять. Он затеял кампанию против своих же акционеров.

У нас нет задачи взять и изменить то, что звучит в эфире с точки зрения слов. А музыку сделать более качественной – это достойная задача. В России много артистов, особенно молодых, которые просто не могут появиться в эфире, в том числе «Русского радио». Известным артистам с их ресурсами несложно нанять достойного композитора, чтобы получить достойный хит. Пускай вкладывают деньги в это. А конкурировать с молодыми тем, что они договорились с неким продюсерским центром и «Русским радио» просто никого не пускать в эфир, пока не выполнены определенные обязательства, мне кажется стыдно.
– То есть вы хотите сказать, что сейчас на радиостанции РМГ можно попасть только за деньги?

– Нет, не только. Но, к сожалению, там эта практика достаточно распространена. Это многие знают.

– Готовы ли вы работать с Кожевниковым, если он останется миноритарием РМГ?

– Мы никогда не называли условием сделки уход Кожевникова. Если он как профессионал был бы готов свой профессионализм дальше вкладывать в развитие РМГ, мы бы были плохими акционерами, если бы этим не воспользовались. Но я не вижу, чтобы ему было интересно остаться с нами – пока он хочет просто не допустить нас в компанию.

– Если созданием патриотического холдинга занимается Киселев, какие задачи у вас?

– Мы, как «Госконцерт», являемся частью этого процесса. «Госконцерт» – это бренд, но сейчас это всего лишь бренд. Тот советский «Госконцерт» – это была могущественная организация, которая когда-то контролировала и осуществляла цензуру в области гастрольно-концертной деятельности. Без «Госконцерта» никто не мог ни уехать на гастроли, ни приехать сюда.

Но времена изменились, и о какой-либо цензуре и контроле речи больше нет. Мы работаем на рынке, на котором существует множество продюсерских компаний. Но никакого порядка в концертной деятельности сейчас нет. Порядка нет даже на примитивном уровне – как решаются санитарные, пожарные вопросы при организации концертов, как продаются билеты, кто решает, можно ли проводить концерт в конкретном помещении. Сейчас все происходит хаотично. Из-за этого в свое время «Госконцерт» и развалили – чтобы все могли делать, что они хотят. Киселев, кстати, и разваливал «Госконцерт». (Смеется.)

«Госконцерт» развалили, потому что он был символом цензуры и тотальной централизации всех процессов. А получилась другая крайность – полная анархия.

Так вот у меня, как гендиректора «Госконцерта», есть большое желание упорядочить в стране организацию концертов. И с точки зрения бытовых вопросов, и с точки зрения договоренностей с артистами. Например, мы много работаем с зарубежными музыкантами, и чем более они великие, тем менее сговорчивые. Они навязывают свои условия, а если продюсерский центр не имеет большого опыта или влияния в этой среде, то, как правило, он вынужден соглашаться на эти условия только ради того, чтобы этого артиста привезти. Экономика опережает здравый смысл, безопасность и комфорт зрителей. Поэтому иногда зрители получают на концертах ситуации, когда артисты начинают произносить антироссийские лозунги или пропаганду нетрадиционных отношений. А бывают и такие ситуации, когда крупный артист привозит с собой на концерт артиста менее известного и позволяет ему выступать, тогда как зритель заплатил деньги совсем за другое.

Например, Мадонна как-то приезжала в Россию и со сцены озвучивала политические лозунги и к тому же пела под фонограмму. Это было неуважительно по отношению к зрителям, но, видимо, по контракту она могла себе позволить это сделать.

Я хочу, чтобы таких ситуаций не было. И дело не в том, чтобы запретить артисту что-то делать на сцене. Но он должен заранее предупреждать промоутера о своих действиях – все эти вопросы должны заранее быть прописаны в контрактах. А промоутер, в свою очередь, должен предупреждать об этом зрителей.

– А какова может быть роль «Госконцерта» в этих процессах? Вы хотите стать государственным регулятором концертной деятельности в стране?

– Нет, регулятор – это не совсем правильно. Мы могли бы стать крупным агентством, которое оказывает услуги как продюсерам, так и артистам. У нас очень большой опыт в организации концертов, и мы знаем, как сделать так, чтобы все участники процесса чувствовали себя комфортно. Уже сейчас мы занимаемся вопросами снижения сроков прохождения таможни на ввоз оборудования артистов, проблемами с оформлением виз иностранцам. Мы пытаемся найти возможность ускорения этих процессов.

Это все технические вопросы, и решение каждого из них может привести к сокращению времени организации концерта и затрат, потому что все вынуждены делать это понятно каким способом. Это же все в итоге ложится на плечи потребителя, потому что все эти затраты в итоге закладываются в цену билета.

Есть еще такая история. Вот у нас сейчас строятся стадионы к чемпионату мира по футболу. Пройдет чемпионат, и чем потом эти стадионы загружать? Они не будут использоваться и превратятся в так называемых «белых слонов».

– То, что сейчас происходит в Сочи?

– Да. У нас есть идеи, как эти стадионы загрузить. И это можно делать не только концертами, это слишком узко. Там могут проходить шоу-программы. Это может быть и цирк, и автошоу – любое зрелищное мероприятие. Ведь спортом стадионы невозможно загрузить полностью. Но шоу могут быть в том числе и спортивные. Например, девушки же ходят посмотреть не на игру Дэвида Бекхэма, а на него самого. Но тренер не всегда может сделать из спортсмена медийную персону, это уже наша задача. И в итоге эти стадионы смогут приносить прибыль, а не создавать убытки.

– А как все это вяжется с темой влияния на артистов – чтобы они на сцене только пели, а не пропагандировали? Особенно если артистов везут другие продюсеры?

– Это делается с помощью контрактов. Если мы станем концертным агентством, то другие продюсеры будут к нам обращаться. Они будут знать, что мы сможем снять с них те или иные организационные проблемы. Такая служба «одного окна».

Если продюсеры согласятся работать с нами и, например, через нас вести переговоры с артистами, то мы за это предоставляем им некие возможности. А мы сами заключаем контракт с артистом как агент, и уже сами прописываем в контракте определенные условия. Это может избавить наш рынок от невыгодных контрактов и от сюрпризов, которые иногда происходят на сцене.

– Как давно вы работаете в «Госконцерте», чем вы до этого занимались?

– У нас давно была идея создать некий орган, который будет координировать концертную деятельность в стране, – некое агентство. Потом возникла идея, что создать такое агентство можно на базе «Госконцерта». Идея возникла у меня и Киселева, а приказ о моем назначении подписал [министр культуры Владимир] Мединский.

Раньше я работал в продюсерском центре массовых мероприятий, который организовывал различные зрелищные мероприятия, в том числе для фонда «Федерация».

– А Киселев какое-то участие принимал в «уговаривании» Мединского создать агентство на базе «Госконцерта»? У него же есть административный ресурс.

– По-моему, он никого не уговаривал. К тому же когда есть здравая идея и понимание позитивного результата, то и админресурс не нужен.

– Что вы обнаружили в «Госконцерте», когда стали его гендиректором? Эта компания не может похвастаться хорошими показателями бизнеса.

– Я обнаружил там определенное запустение. Раньше «Госконцерт» занимался в основном мероприятиями в области классической музыки, но они были совсем скромного уровня. Там почти не было проектов, и все оказалось очень печально с точки зрения хозяйственной деятельности. Я стал разбираться в том, откуда возникли проблемы и как их решать.

Во-первых, я сразу столкнулся с тем, что, несмотря на то, что мы вроде государственная компания, никаких госзаказов мы получить не можем – ФГУПу это не положено по статусу. А как можно заработать? Например, поучаствовать в различных тендерах. Начали пробовать, но быстро выяснилось, что это тоже невозможно, так как у «Госконцерта» отрицательный баланс.

Можно участвовать в тендере. Отлично! Начинаем пытаться участвовать в тендерах, а нам говорят, что с отрицательным балансом это делать нельзя. То есть получается замкнутый круг. Мне говорят – оплатите долги. А как – из своего кармана? И вот весь прошлый год мне необходимо было, с одной стороны, «Госконцерт» выводить в статус действующей компании. Или хотя бы участвующей в чем-то. С другой стороны, у нас совершенно нерешаемая, с точки зрения Министерства культуры, проблема с финансами.

– И как вы стали выкручиваться из этой ситуации?
– Мы начали думать про заемные деньги на те или иные проекты. Отчасти эти проблемы может решить и покупка РМГ, ведь мы будем в «Госконцерте» иметь действующий прибыльный актив.

Также продюсерский центр, в котором я уже не работаю, старается привлекать «Госконцерт» на свои мероприятия. Чтобы людей заново знакомить с этим брендом.

– Если ситуация настолько непростая, получается, что в 2014 и 2015 гг. «Госконцерт» так же убыточен, как и прежде?

– Ну, как минимум, сейчас у компании нет новых долгов. О выручке и прибыли, правда, пока речи нет. Но мы занимаемся тем, чтобы то, что мы за год сделали, принесло свои дивиденды в будущем – например, активно договариваемся о будущих проектах. Если мы просто сработаем в ноль, я назову это своей личной победой. А в 2015 г., я надеюсь, мы уже выйдем в плюс.

– Но ведь в прежние годы, до 2013 г., у «Госконцерта» была приличная выручка и даже прибыль. Как получилось, что компания осталась без средств?

– Лопнул банк, в котором у «Госконцерта» был существенный вклад. Это был «Русич центр банк», у которого в 2011 г. была отозвана лицензия. Вернуть нам ничего не удалось – Агентство по страхованию вкладов (АСВ) до сих пор осуществляет в этом банке внешнее управление.

– Минкультуры планирует акционировать «Госконцерт». Будете ли вы или ваши партнеры участвовать в его приватизации?

– Мы обращались в Минкультуры и Росимущество с просьбой притормозить процесс акционирования «Госконцерта». Не хватало нам еще заниматься и этим вопросом. Если министерство откажет, будем думать, что с этим делать. Пока, честно говоря, не до этого.

– Можете ли вы оценить концертный рынок России с точки зрения его объема? Была оценка IFPI – около $18 млн.

– Концертный рынок очень серый, и государство очень много недополучает с него в виде налогов. Я даже не берусь его оценить – расхождение может быть в тысячи процентов. А оценка IFPI – это скорее всего то, что прошло по официальным документам. Но я знаю, как эти документы заполняются. (Смеется.) На это точно нельзя ориентироваться.

Концертный рынок зависит от многих факторов. Вот сейчас кризисный год, а у иностранных артистов кризиса нет – они сколько стоили, столько и стоят. И они не идут ни на какие уступки по цене. Соответственно, когда ты платишь в 2 раза больше из-за роста курса, то тебе приходится повышать цены на билеты. Сейчас билет на «Металлику» на дальней трибуне стоит 9000 руб., а поближе – от 20 000 руб.

Так что оценивать рынок сейчас бессмысленно, пока нет каких-то ориентиров и прозрачности. Это примерно как оценивать рынок авторских отчислений. (Смеется.) Пока организации по коллективному управлению правами – Российское авторское общество (РАО), Всероссийская организация интеллектуальной собственности (ВОИС) и Российский союз правообладателей (РСП) – собирают деньги со всех, включая тех, кто не состоит в этих организациях, и держат деньги на счетах, пока кто-то их у них не попросит.

– Насколько я понимаю, одна из основных проблем с этими структурами – в отсутствии нормальной отчетности.

– Да, именно так. Или в наличии такой отчетности, в которой ничего не видно. Кроме того, есть какой-то срок, после которого эти средства уже востребовать нельзя. Они могут использоваться на уставные нужды. А почему бы не пустить их на социальные нужды? Ведь это почти налог.

Я считаю, что должна быть какая-то структура – и это не «Госконцерт», – которая находилась бы между организациями по коллективному управлению правами и государством. Должен быть какой-то совещательный орган и куда артисты могут прийти.

– Ну вот сейчас создается Федеральная служба по интеллектуальной собственности, которую возглавит Григорий Ивлиев. Может, она и станет таким органом?

– А вы знаете, что одним из кандидатов на этот пост был гендиректор РАО Сергей Федотов? Если его даже рассматривали как кандидата, то это означает, что у РАО на эту службу может быть некое влияние.
А по сути, я считаю, что частная компания не может управлять деньгами всех граждан. Выплаты – это в том числе и налоги: автор получил авторские и заплатил с них налоги. А если он ничего не получил? Я вот, например, знаю, что РАО платит немалые отчисления авторам с неизвестными фамилиями, которые почему-то все живут в южных регионах России. И куда там уходят эти деньги, мы вообще не знаем. Но, как минимум, Федотов смог купить себе замок в Шотландии, как я читал.

– Ну и как эту проблему решать?

– Я согласен с Минкомсвязи, которое считает, что институт коллективного управления правами себя изжил и не должен существовать. Я считаю, что государство имеет право участвовать в судьбе тех средств, которые РАО собирает.
– А вы доносите свою мысль до государства?

– Мы стараемся не воевать, а создавать инструменты, которые помогали бы авторам и исполнителям лучше понимать, что им причитается, и иметь некий ресурс, на который можно официально ссылаться при оспаривании тех выплат, которые им сейчас перечисляет РАО.

– Что вы имеете в виду?
– Мы разработали реестр объектов авторских прав. Он не может заменить РАО, но это статистический инструмент, который в режиме онлайн дает возможность любому автору получить информацию об использовании его произведений на телевидении, радио и в интернете. С офлайном ситуация сложнее, сейчас РАО ходит с диктофонами по стране и пугает исками несчастные рестораны. Но и для этого существуют специальные устройства учета. В принципе, люди готовы уже платить за музыку столько, сколько надо. Но они протестуют, когда не понимают, почему РАО запрашивает именно такую сумму.

– А вы планируете этим заняться? Именно в офлайне?

– Да, мы этим уже занимается и уже работаем со «светлыми головами» на эту тему.

– Расскажите про реестр, это ваша разработка?

– Нет, мы привлекаем сторонние компании, в частности Muz.ru.

– Насколько верна информация, что Muz.ru может стать частью РМГ или «Госконцерта», это так?

– Да, может. Но не юридически, а как партнер.

– Речь идет о реестре, который Muz.ru когда-то делала для Минсвязи?

– Да, это он. Но он пока не может решать все задачи, поэтому мы его дорабатываем. Мы хотим, чтобы реестр был технически качественным продуктом. Ведь почему та же глобальная лицензия провалилась? Потому что она была нереализуема технически. Чтобы не оказаться в шкуре авторов этого проекта, мы хотим сначала предложить работоспособную схему, а потом уже будем выводить все это на рынок.

– Как раз когда была история с глобальной лицензией, операторы и интернет-компании объявили, что надо создавать такой реестр. Ваш реестр и их – это одна и та же тема?

– Нет, они не имели в виду нас. Но мы имеем в виду то, что они предложили. Мы все время мониторим эту ситуацию, изучаем потребности рынка.

Если у нас все получится, то артист сможет сам посмотреть, как используются его произведения. И если мы добьемся того, что данные реестра будут официально признаваться в судах, то артист уже придет не с записью на диктофон, а со статистикой. Сейчас артисты находятся в ужасной ситуации, так как они практически не могут ничего доказать. А когда они придут с конкретным результатом, им будет проще доказывать свои права.

– Как вы будете на этом зарабатывать?

– Реестр – это услуга, которую мы будем продавать.

– А вы опрашивали артистов? Им это нужно?

– Они понимают, что сейчас им много недоплачивают. Но у них нет альтернативы, и они боятся, что если они возмутятся, то им совсем перестанут платить. Кто-то мне рассказывал, что один артист выступил против глобальной лицензии и на следующий же день прекратились выплаты из РАО.

– Вы входите в фонд «Федерация», основанный Владимиром Киселевым.

– Да. И кто бы мне что ни говорил, мне не было никогда стыдно за работу этого фонда, я горжусь его работой.

– Несколько лет назад была громкая история, когда после концерта, на котором играл Владимир Путин, деньги благотворителей якобы не дошли до больниц. Чем это все закончилось?

– Вся эта история произошла только на страницах газет. Была мама девочки, которая сказала, что деньги не дошли, но потом она от своих слов отказалась.

В целом наша работа устроена иначе, чем у большинства фондов. Обычно мы не собираем деньги на какой-то счет, с которого потом покупаем, например, медицинское оборудование. У нас долго не было вообще никакого счета. Мы привозим в больницы звезд, а вместе с ними – благотворителей. И, таким образом, мы фактически сводим тех, кто готов помочь, с теми, кому такая помощь нужна. Мы даже просим, чтобы благотворитель не деньги переводил, а сами товары, оборудование, чтобы исключить возможную коррупцию в самом учреждении. Поэтому не может быть таких историй, когда деньги не дошли.

Никто не верит, что мы бесплатно работаем. Но почему нет? Взамен мы получаем пиар, звезды же к нам приезжают на благотворительные акции. Когда появляются личные отношения, нам становится проще приглашать их на другие мероприятия. Наши подшефные артисты выступают на этих мероприятиях и получают какую-то поддержку. То есть мы получаем косвенную выгоду, а на самой благотворительности не зарабатываем. Поэтому нет ни одного заявления о том, что мы взяли у кого-то деньги и потом за это не отчитались. Потому что мы их ни у кого не брали. Могут быть недоразумения, когда благотворитель что-то отправляет, а больница не получает, но мы стараемся такие ситуации контролировать. Мне себя упрекнуть не в чем.

Сергей Бунин
Генеральный директор ФГУП «Госконцерт»
Родился в 1979 г. Окончил Академию Федеральной службы безопасности России, специальность «юриспруденция»
2004 Консультант юротдела департамента налогообложения и права «Делойт и Туш РКСЛ лимитед»
2005 Руководитель международных проектов во ФГУП «Кремль» управления делами президента
2008 Директор международного департамента ООО «Белые ночи» (проведение фестивалей и проч.)
2010 Генеральный директор Продюсерского центра массовых мероприятий
2014 Назначен генеральным директором ФГУП «Госконцерт»

ФГУП «Госконцерт»
Организация концертов
Зарегистрирован в 1994 г., подведомствен Минкультуры. Владелец – Росимущество. Финансовые показатели (2013 г., РСБУ): Выручка: 70 000 руб. Чистый убыток: 2,2 млрд руб.

ЗАО «Русская медиагруппа»
Медиахолдинг
Акционеры: структуры ИФД «Капиталъ» (78%), Сергей Кожевников (22%). Финансовые показатели (2014 г., МСФО): Выручка: 2,4 млрд руб. EBITDA: 0,7 млрд руб. В холдинг входят радиостанции «Русское радио», Monte Carlo, DFM, «Хит FM», радио Maximum и неэфирный музыкальный телеканал Ru.TV.


Анастасия Голицына
Фото Е. Разумный / Ведомости
Ведомости

Гуцериев купит "Русскую медиагруппу"

Понедельник, 08 Июнь 2015
Опубликовано в Новости
Гуцериев гонит волну: владелец "Русснефти" может расширить свою радиоимперию. «Русская медиагруппа» – радийный холдинг №3 в России – в обозримом будущем может быть продан структурам Михаила Гуцериева

Сразу два источника на медиарынке рассказали Forbes о контактах представителей Гуцериева и владельцев «Русской медиагруппы» (78% акций принадлежат компаниям, подконтрольным совладельцам «Лукойла» Вагиту Алекперову и Леониду Федуну). «Переговоры идут, насколько они близки к завершению, не знаю, – говорит управляющий одного из медиахолдингов. – Возможно, речь идет о продаже не всей группы, а отдельных радиостанций». «Разговоры о вероятной продаже «Русской медиагруппы» идут давно. Возможно, что в какой-то форме предложение о покупке было сделано и Михаилу Сафарбековичу», – поясняет источник, близкий к Гуцериеву.

В пресс-службе ИФД «Капиталъ», управляющего активами акционеров «Лукойла» (в том числе «Русской медиагруппой»), на вопрос Forbes ответили, что переговоры не ведутся. В компании «Русснефть» от комментариев отказались. Пресс-служба «Лукойла» ответила, что не может прокомментировать информацию о переговорах относительно «Русской медиагруппы».


 

Михаил Гуцериев начал создавать свою радийную группу летом 2012 года, когда выкупил у банкира Александра Лебедева станции «Добрые песни» и «Просто радио». На этих частотах были запущены «Весна FM» и «Восток FM». Затем инвестиционный холдинг «Финам» согласился продать владельцу «Русснефти» станцию «Финам FM» (с 2014 года – «Столица FM»). В 2013 году Гуцериев приобрел у продюсера Игоря Крутого станции Love Radio, «Радио Дача» и «Такси FM», а у сенатора Виталия Богданова – Ru.FM (ныне «Говорит Москва»). Наконец, в апреле этого года миллиардер стал собственником 100% акций «Радио Шансон» – одной из самых популярных и коммерчески успешных российских станций. Предположительно, она была оценена в $70 млн (выручка «Радио Шансон», по данным СПАРК, в 2013 году составила 698 млн рублей, чистая прибыль – 85 млн рублей).

Только три из купленных радиостанций – Love Radio, «Такси FM» и «Радио Дача» – объединены в «Чайка Медиа Груп». Создавать единый холдинг Гуцериев, насколько известно Forbes, пока не намерен. Но уже сейчас его группа станций по совокупности долей входит в пятерку крупнейших радиовещателей России.

«Михаил Гуцериев не торгуется, если ему интересен актив, – отмечает бывший владелец одной из станций. – Он решает, что покупать, дальше действует его команда, и сделка проходит довольно быстро». С покупкой «Русской медиагруппы» (выручка в 2013 году – 2,5 млрд рублей) Михаил Гуцериев мог бы занять второе место на радиорынке, подвинув «Газпром-Медиа холдинг».

У основателя «Русснефти» есть собственный продюсерский центр, записавший более 70 песен на стихи своего владельца. В 2014 году две песни получили «Золотые граммофоны» от «Русского радио», входящего в «Русскую медиагруппу». «Когда велись переговоры, Михаил Гуцериев обозначил инвестиции в радио как хобби, дополняющее его творчество, – рассказал Forbes источник, знакомый с деталями сделки по «Финам FM». – Впрочем, в процессе общения один из менеджеров Гуцериева отметил, что Михаил Сафарбекович умеет делать свое хобби прибыльным».

Форбс

При участии Елены Ходяковой и Петра Руденко

Фото РИА Новости

На прошедшем 15 декабря 2015 года Совете директоров «Русской Медиагруппы» назначен председатель Совета – Сергей Бунин, а также генеральный директор РМГ – Роман Саркисов.

В новом составе Совет директоров «Русской Медиагруппы» собрался впервые. Его председателем выбран Сергей Бунин. Генеральным директором «Русской Медиагруппы» назначен Роман Саркисов. С начала ноября он занимал должность исполняющего обязанности генерального директора.

Главный кандидат на пост гендиректора холдинга — руководитель группы «Красный квадрат» Роман Саркисов

Генеральный директор «Русской медиагруппы» (РМГ) Сергей Архипов окончательно уходит из холдинга, отработав по трудовому законодательству 30 дней после написания заявления об уходе. Об этом «Известиям» рассказал сам менеджер.

 — Сегодня у меня закончился месячный срок после подписания заявления об уходе. С основным акционером мы пришли к выводу, что работу я продолжать не буду. Официально в РМГ я не работаю с понедельника, 5 октября, — отметил Архипов.

Вероятным преемником менеджера на посту руководителя РМГ считается Роман Саркисов — бывший глава телеканалов «2х2», MTV и исполнительный директор группы «Красный квадрат», которая поставляет контент «Первому каналу».

 — Кто будет после меня? Судя по всему, Роман Саркисов. Я же в ближайшее время планирую снимать много разного кино, — добавил Архипов. Сам Саркисов не телефонные звонки не отвечал. 

В ИФД «Капиталъ» информацию об уходе Архипова и назначении Саркисова отрицать не стали, однако назвали информацию «преждевременной». Вероятнее всего, имя нового главы РМГ официально станет известно в ближайшее время.

Архипов был назначен руководителем РМГ 10 августа, сменив на посту гендиректора Сергея Кожевникова, владеющего 22% холдинга и вступившего в конфронтацию с основным акционером (ИФД «Капиталъ»). Однако уже 18 августа стало известно, что Архипов написал заявление об уходе, которое было подписано только в начале сентября.

По его словам, он принял это решение из-за попытки давления на редакционную политику со стороны потенциального покупателя группы — предприятия «Госконцерт».

Тем не менее Архипов был вынужден остаться на посту гендиректора РМГ на 30 дней, поскольку, согласно ст. 280 Трудового кодекса РФ, не уведомил работодателя об уходе заблаговременно.

В ТК говорится, что руководитель организации имеет право досрочно расторгнуть трудовой договор, предупредив об этом работодателя — собственника имущества организации или его представителя — в письменной форме не позднее чем за один месяц.

Напомним, что ИФД «Капиталъ» достиг принципиальной договоренности о продаже РМГ. Сделка не завершена из-за ситуации с кредитом, который покупатель — «Госконцерт» — рассчитывал получить в ВТБ. 

 — ФГУП и ВТБ продолжают вести переговоры. Банк покупать медиахолдинг не планирует, но может включить в условия предоставления кредита пункт, по которому акции РМГ будут в залоге у банка. Переговорный процесс о том, кто выступит в качестве покупателя (сам «Госконцерт» или иная компания) и об условиях кредита, продолжается, — говорит источник, близкий к РМГ.

Ранее ряд отечественных музыкальных исполнителей и продюсеров написали письмо президенту России Владимиру Путину с просьбой не допустить продажи РМГ «Госконцерту». Среди подписавших обращение — Иосиф Кобзон, Филипп Киркоров, Григорий Лепс, Стас Михайлов, Николай Басков, Дима Билан, Тимати, Игорь Крутой, Максим Фадеев и другие представители индустрии.

Авторы письма считают, что продажа «Русской медиагруппы», на базе которой планируется создать «инкубатор отечественных суперзвезд», сделает невозможным сотрудничество с радиостанциями и телеканалами холдинга.

Позже продюсеры заявили, что в случае продажи РМГ «Госконцерту» артисты заберут свои песни из эфира «Русского радио» и создадут собственную радиостанцию, которую при поддержке художественного совета, состоящего из музыкальных исполнителей, возглавят Архипов и Кожевников.

Эдвард Сержан

Фото: Сергей Мамонтов

Известия

Арбитражный  суд г. Москвы  17 ноября 2016 г. отказал  в полном объеме Сергею  Кожевникову в удовлетворении исковых требований к ЗАО «Русская Медиагруппа» об оспаривании Положения о предоставлении информации. Кроме того,  суд принял решение о взыскании с  С.В. Кожевникова в пользу ЗАО «Русская Медиагруппа» судебных расходов.

В связи с неожиданным увольнением Сергея Архипова из РМГ, радиостанция "Эхо Москвы" обратилась за комментарием к господину Архипову о причинах его решения.

Сергей Архипов: Прежде всего, я задним числом узнаю, что у меня появляется какой-то управляющий директор «Русской медиагруппы», с которым я даже не знаком. Мне говорят, что он там работает давно. Тогда почему он не пришел и не представился генеральному директору? Как, в принципе, положено по всем понятиям.
Кроме того, мне позвонил господин Бунин и сказал, что настоятельное пожелание новых акционеров (как он себя назвал – представителем новых акционеров) убрать из эфира всю старую музыку, и прежде всего – продюсерский центр Дробыша и песни Иосифа Пригожина, с его артистами. Я считаю для себя неприемлемым продолжать оставаться работать в такой структуре, где акционеры вмешиваются в программную политику станции.

Эхо Москвы: А в «Центр Иосифа Пригожина» какие еще артисты входят, кроме Валерии?

С.Архипов: Я не знаю… Я думаю, кто-то еще есть. Я не совсем еще вник в базу «Русского радио» – в нынешнею, которая есть. Речь прежде всего шла о Валерии, конечно. Я просто пришел работать, выполнять свои профессиональные обязанности. И не хочу становиться инструментом каких-то межличностных разборок. Я считаю, это непорядочно и неприлично.

Эхо Москвы: А вы «Коммерсанту» сказали, что было распоряжение убрать из эфира артистов, которые высказывались против этих всех… переделов собственности.

С.Архипов: Совершенно верно. Была настоятельная просьба не ставить их новые песни в эфир.

Эхо Москвы: Новые именно. А старые можно оставить?

С.Архипов: Пока оставить – дословно прозвучала фраза.

Эхо Москвы: А какие-то конкретные фамилии в этом распоряжении упоминались? Басков, Лепс, Киркоров…

С.Архипов: Никаких фамилий. Прежде всего, мне было предложено мгновенно убрать из эфира материалы, предоставленные Пригожиным и Дробышем. Я не понимаю, по какой профессиональной причине я должен это делать.

Эхо Москвы: Для себя вы оставляете какую-то возможность остаться в медиагруппе? Или окончательно ваше решение?..

С.Архипов: Нет. Заявление на столе, я сегодня улетаю.

Эхо Москвы: То есть даже если тот же Бунин вам позвонит, принесет извинения, скажет, что вы его не так поняли – вы все равно уже настроены так…

С.Архипов: Я прекрасно понял господина Бунина. Я с ним не один раз разговаривал. И я не понимаю, по какой причине ко второму лицу в министерстве связи приходят люди, представляются новыми акционерами. Представитель новых акционеров Сергей Бунин – я не знаю, насколько я знаю, сделки пока еще нет. Но это произошло при молчаливом согласии «ИФД-капитала», значит сделка уже на выходе. И приходит управляющий директор «Русской медиагруппы», значит мне там делать нечего. Раз у них там есть управляющий директор, которого я не знаю и в глаза не видел, и в штатном расписании у меня его нет.

Текст и фото Эхо Москвы

KMO 116442 00191 1 t218 111859

Сергей Архипов дал интервью "Коммерсанту"

«При таком управлении "Русской медиагруппе" осталось жить три месяца»

Сергей Архипов покидает пост гендиректора РМГ и уезжает из России

Сергей Архипов покидает Россию после увольнения с поста гендиректора «Русской медиагруппы». Об этом он сообщил в интервью «Коммерсантъ FM». По словам менеджера, он не видит перспектив для развития и работы в холдинге. Архипов, один из основателей «Русского радио» и бывший президент холдинга, покинул пост гендиректора по собственному желанию спустя неделю после назначения. В состав «Русской медиагруппы» входят радиостанции «Русское радио», Maximum, «Хит FM», DFM, «Радио Монте-Карло», а также другие активы.

— Расскажите, пожалуйста, почему вы приняли решение покинуть РМГ и что значит ваша фраза? Я видела в новостях, что вы не собираетесь быть инструментом сведения счетов Владимира Киселева с артистами, к чему это было, о чем речь?

— Я вообще с Владимиром Киселевым не разговаривал последнее время, я разговаривал с господином Буниным, который транслировал мне мнение Владимира Киселева, по его словам.

— А Владимир Киселев с вами не хотел что ли разговаривать?

— Я с ним не разговаривал последние где-то дней пять, наверное, даже по телефону. Потому что он на меня пребывает, как мне сказал господин Бунин, в глубокой обиде.

— А за что?

— После рассылки этого письма артистам, которое вы, наверное, видели, с надписью «Творец». Рассылка была почему-то сделана от имени «Русской медиагруппы», хотя я к этому не имел никакого отношения, с какого-то левого почтового ящика «Яндекса», с подписью «Приемная РМГ». Я об этом узнаю задним числом. Я, естественно, высказал свое возмущение по этому поводу. Опять же во вторник появляется господин Бунин с господином Козловым, которого я не имею честь знать, может, он хороший парень, я просто с ним не знаком. У Алексея Волина, это заместитель министра связи, называется представителем акционера господин Бунин, а господин Козлов представляется управляющим директором «Русской медиагруппы». Я когда читаю это в прессе, у меня становятся глаза круглее, чем они есть на самом деле. Потому что передо мной лежит штатное расписание, у меня там нет должности «управляющий директор», и господина Константина Козлова там тоже не существует.

— Потрясающе.

— Я это пытаюсь выяснить у господина Бунина, господин Бунин сказал: «Это решение акционеров, которое было принято еще до того, как вы, Сергей Сергеевич, вступили в должность генерального директора». Я говорю: «Послушайте, у меня есть штатное расписание, у меня есть законодательство, у меня есть Трудовой кодекс, где вообще, почему эти люди представляют интересы «Русской медиагруппы», которую я возглавляю на данный момент в государственных органах управления, в данном случае в Министерстве связи, и говорят о каком-то наблюдательном совете?» Я вообще в первый раз об этом слышу, пока я нахожусь в кресле генерального директора, за компанию отвечаю я по законодательству Российской Федерации, которое у нас существует еще. Потом мне перезванивает господин Бунин и говорит, что настоятельная просьба господина Киселева — не ставить в эфир новые песни артистов, которые подписали письмо против продажи «Русской медиагруппы» «Госконцерту», старые песни пусть остаются, но новые не ставить, но из эфира немедленно убрать материалы, предоставленные Пригожиным и продюсерским центром Виктора Дробыша.

— И вы это делать отказались, естественно?

— Я это делать отказался, получил смс от Леонида Арнольдовича Федуна: «Сереж, извини, что так получилось, всегда твой Леонид Федун».

— И после этого вы приняли решение все это прекратить, правильно?

— Я думаю, что любой порядочный человек на моем месте все бы это дело прекратил.

— Безусловно. Понимаю. Сергей Сергеевич, о ваших дальнейших планах, что вы намерены дальше делать?

— Я возвращаюсь домой, я живу в Финляндии, возвращаюсь домой, у меня там достаточно серьезный бизнес, и я буду заниматься своими делами в Финляндии и уделять больше времени семье.

— То есть тут перспектив для вашего развития, работы вы не видите?

— Перспектив для работы в «Русской медиагруппе» в данной ситуации я не вижу. Более того я считаю, что при таком управлении «Русской медиагруппе» осталось жить три месяца.

— Остается только надеяться, что вы, я даже не знаю, ошибаетесь или нет, но будет очень жалко, конечно, потерять такой огромный пласт. Я благодарю вас, Сергей Сергеевич, что вы уделили мне время, хорошего дня, удачи.

— Спасибо.

Александра Жаркова-Джорджевич
Фото: Валерий Левитин / Коммерсантъ
Коммерсант

Музыкальный продюсер Владимир Киселев подал иск в Хорошевский суд Москвы против миноритарного акционера «Русской медиагруппы» Сергея Кожевникова и медиахолдинга РБК, указано на сайте суда.

Новости

Дни рождения

  • Сегодня
  • Завтра
  • На неделю
26 февраля Виктор Нестеров

гендиректор телекомпании «Такт» (г. Курск)

26 февраля Александр Добрынин

директор ГТРК «Ямал»

26 февраля Вера Кадырова

директор ГТРК «Удмуртия»

26 февраля Глеб Черкасов

зам.главного редактора газеты «Коммерсантъ»

27 февраля Гульназ Кудакаева

главный редактор телеканала ТДК

27 февраля Анатолий Омельчук

президент ГТРК «Регион-Тюмень»

27 февраля Фёкла Толстая

зав. отделом развития Гос. музея льва Николаевича Толстого на Пречистенке, телеведущая

27 февраля Эвелина Хромченко

соведущая программы «Модный приговор» на Первом канале

26 февраля Виктор Нестеров

гендиректор телекомпании «Такт» (г. Курск)

26 февраля Александр Добрынин

директор ГТРК «Ямал»

26 февраля Вера Кадырова

директор ГТРК «Удмуртия»

26 февраля Глеб Черкасов

зам.главного редактора газеты «Коммерсантъ»

27 февраля Гульназ Кудакаева

главный редактор телеканала ТДК

27 февраля Анатолий Омельчук

президент ГТРК «Регион-Тюмень»

27 февраля Фёкла Толстая

зав. отделом развития Гос. музея льва Николаевича Толстого на Пречистенке, телеведущая

27 февраля Эвелина Хромченко

соведущая программы «Модный приговор» на Первом канале

28 февраля Михаил Сеславинский

Руководитель Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям РФ

28 февраля Борис Вишняк

президент фонда «Образование в третьем тысячелетии», Бывший генеральный директор телекомпании "ТВ-Центр" (1997—1999)

28 февраля Владимир Карташов

председатель совета директоров ЗАО «6 канал», г.Санкт-Петербург

28 февраля Виктор Маликов

генеральный директор телекомпании «ЭкспоВИМ», г. Ростов-на-Дону

28 февраля Татьяна Худобина-Землянских

Политический обозреватель Всероссийской государственной телевизионной и радиовещательной компании (ВГТРК), ведущая программы "Москва - Минск" (РТР)

28 февраля Владислав Костюк

Директор по региональному развитию ЗАО "Русская медиагруппа"

28 февраля Гарик (Игорь) Харламов

шоумен, телеведущий

01 марта Марианна Баконина

специальный корреспондент “Пятого канала” (г. Санкт-Петербург), ведущая информационно-аналитического канала «Отражение» и программы «Точка зрения» на ночном информационно-публицистическом канале «FM TV»

01 марта Александра Новикова

исполнительный продюсер “Трансконтинентальной МедиаКомпании”, член Академии Российского телевидения

01 марта Аламахад Ельсаев

гендиректор ГТРК "Вайнах" (г. Грозный)

01 марта Станислав Крючков

корреспондент радиостанции «Эхо Москвы»

02 марта Юрий Каменецкий

продюсер, шеф-редактор телекомпании “Телероман”, член Академии Российского телевидения

03 марта Илья Лайнер

режиссер ГТРК “Культура”, член Академии Российского телевидения

03 марта Дмитрий Гранов

гендиректор «Проф Медиа Бизнес Солюшенс» («ТВ 3», «2х2,» «МТV – Россия»)

03 марта Владимир Ленский

тележурналист, был собкором НТВ, ТВ-6, ТВС в США

03 марта Ирина Прохорова

гл. редактор ИД «Новое литературное обозрение» и журнала «НЛО», предс. экспертного совета фонда культурных инициатив Михаила Прохорова

04 марта Руслан Сулеманов

начальник юридического отдела медиахолдинга РЕН ТВ

04 марта Ольга Никишина

руководитель Студии праймового вещания телерадиокомпании «Петербург»

05 марта Владимир Маслаченко

спортивный комментатор каналов НТВ и “НТВ-Плюс”

Мы в соц. сетях

Наша страница в Facebook Наша группа вКонтакте Наш микроблог в Twitter Наш канал на YouTube Наш блог в ЖЖ Яндекс.Метрика
© МедиаПрофи. Все права защищены.

Войти или Зарегистрироваться

Зарегистрированы в социальных сетях?

Используйте свой аккаунт в социальной сети для входа на сайт. Вы можете войти используя свой аккаунт Facebook, вКонтакте или Twitter!

Войти