На конгрессе новостных СМИ в Вашингтоне представили отчет Всемирного издательского форума «Тренды в редакциях»

Полная версия отчета размещена в платном доступе на сайте Всемирной ассоциации газет. Основные 9 трендов в редакциях по всему миру опубликован на сайте journalism.co.uk

1. Геймификация новостей и виртуальная реальность

Благодаря таким технологическим новинкам как 3D-шлем Google Cardboard и шлем виртуальной реальности Oculus Rift редакции все чаще используют игры и ВР в освещении новостей. Интерактивную игру Би-би-си Syrian Journey («Поездка по Сирии»), запущенную в этом году, раскритиковали The Daily Mail и The Sun за «превращение человеческой трагедии в детскую игру». Однако редактор отдела разработки The Guardian Кит Стюарт утверждает, что эти оценки вызваны «непониманием того, чем являются, или могут стать, игры». Менеджер проектов Европейского центра журналистики Антуан Лоран отмечает, что игровые элементы позволяют бороться с «недостатком интереса и недостатком инновационности в освещении тем, связанных с развитием и развивающимися странами». ЕЖЦ профинансировал создание игры Rebuilding Haiti («Восстановим Гаити»).

Среди других приведенных в отчете примеров геймификации новостей — #HungerProject филиппинского онлайн-СМИ Rappler и интерактивный фильм-игра Pirate Fishing от Al Jazeera.2. Сложности с защитой источников информацииВо многих странах в результате «эффекта Сноудена» данные, которыми обмениваются журналисты с истончниками с помощью Интернета, все чаще становятся объектом слежки со стороны властей и хакерских атак. В результате все больше информации передается при личных встречах, чтобы избежать какого-либо электронного следа. По словам бывшего редактора The Guardian Алана Расбриджера, заниматься журналистикой расследований в таких условиях будет сложнее.

В то же время, в Швеции законодательство настолько сильно защищает конфиденциальность источника, что за раскрытие тайны журналист может попасть в тюрьму.3. АвтоматизацияВыступая на конгрессе, вице-президент Associated Press Лу Феррара рассказал, что автоматизация новостей привела к тому, что у журналистов агентства стало на 20% больше времени, которое они могут посвятить более серьезным темам. Газета Los Angeles Times также использует автоматизацию при освещении определенных тем — например, первых новостей о землетрясении в Калифорнии в феврале 2013 года. В то же время, критики такого подхода утверждают, что роботы могут лишить журналистов рабочих мест.

4. Эффект Charlie Hebdo

Январское нападение на редакцию журнала Charlie Hebdo в Париже вернуло на повестку дня вопрос личной безопасности журналистов, тестирующих границы свободы слова. Кроме того, освещение последовавших за нападением терактов с захватом заложников вызвало вопросы, насколько журналист имеет право раскрывать информацию о том, что ему стало известно в ходе спецоперации. Бывшие заложники подали в суд на французский телеканал, который в прямом эфире раскрыл место, где они прятались от вооруженного захватчика.

5. Подкаст-революция

Одним из самых известных подкастов за последнее время стал Serial — серия подкастов о жизни американца, обвиненного в убийстве своей девушки. Это не единичный пример. «От Копенгагена до Чикаго люди собираются на совместное прослушивание аудиозаписей в театрах, церквях, парках и даже, как ни странно, кинотеатрах, где на экранах идут зарубежные аудиосериалы с английскими субтитрами», — говорится в отчете. По данным компании Pew, 17% американцев слушают подкасты хотя бы раз в месяц (в 2008 этот показатель составлял 8%).

6. Популярность чат-приложений

Все больше редакций используют мобильные приложения для чата, такие как WhatsApp, WeChat или Line. В апреле Би-би-си запустила «горячую линию» в Viber для помощи выжившим после землетрясения в Непале. Мобильные приложения хорошо работают там, где скорость мобильного интернета лучше, чем на стационарном компьютере. В некоторых странах более 70% пользователей мобильных телефонов используют WhatsApp: например, в Малайзии, Южной Африке или Сингапуре.7. Эволюция онлайн-аналитики

За последние годы система работы с данными Интернет-статистики «претерпела значительные изменения», — говорится в отчете. В качестве положительного примера по превращению онлайн-статистики в доступный ресурс и инструмент для редакций приводится система статистики Ophan, которой пользуется The Guardian. По словам директора отдела исследования аудитории The New York Times Джеймса Робинсона, в его газете большое внимание уделяется вовлеченности аудитории и ее мотивации, и меньшее — объему.

8. Стремление к гендерному балансу

Согласно исследованию, проевденному Международным женским медиа-фондом (IWMF), женщины составляют лишь 36 процентов от репортеров и 25% от менеджмента в СМИ по всему миру. Одна из самых эффективных стратегий по борьбе с этим неравенством, пишет сайт journalism.co.uk, применяется компанией Bloomberg, которая вводит новые показатели и цели работы, направленные на привлечение большего количества женщин на лидерские позиции. Кроме того, отчет обращает внимание на усиление тенденции «кибермизогинии» — женщины-журналистки чаще становятся объектом онлайн-атак от хейтеров, чем мужчины.

9. Больше инноваций в небольших СМИ

Небольшие СМИ стали больше экспериментировать с новыми технологиями. Des Moines Register добавляет к новостям виртуальную реальность, новостное агентство VietnamPlus привлекает молодую аудиторию с помощью рэпа, а сигнапурская газета Straits Times создала сразу три специальных ресурса, где читатели и журналисты могут обмениваться информацией и фотографиями на тему развлечений, образования и путешествий.

Текст и фото mediakritika.by

Николай Кононов - главный редактор журнала "Секрет фирмы", автор книг "Код Дурова" и "Бог без машины"

Всем редакциям, кроме самых унылых, кажется, что они уникальные и проживают свой сериал Newsroom. Со временем понимаешь, что это признак хорошей команды — но не редкость. Тем не менее, я стараюсь, чтобы коллег не покидало ощущение, что мы делаем важное дело, и пусть оно не высокооплачиваемое, и вредное для здоровья, и в данный момент не сильно влияющее на происходящее, но всё же полезное и поддерживающее силы добра и разума, а не зла и хаоса.

Ценность нас в том, что мы находимся в зоне высокого напряжения, где столетиями производятся социальные эксперименты мирового масштаба. Память, последствия этих опытов зашиты и в нас. Но за счёт работы над собой, школы проверки и анализа информации, контроля над эмоциями надо стараться балансировать между глубоким знанием этого поля и необходимой для его описания отстранённостью.

Я ненавижу ложь, но так было не всегда. Я избегал конфликтов — например, во имя сохранения ценных источников. Но потом полюбил и конфликты, и предельную честность. В профессии она необходима. Следует быть патологически честным. Как игрок в американский футбол должен любить физический контакт, драку, так журналист должен любить спор, состязание аргументов, борьбу за свою позицию.

Но бытовая ложь вредит не только в высоком смысле, во время борьбы за свободу слова и так далее. Иногда не просрать дедлайн, успев проверить все факты, — подвиг. Заранее сказать редактору, что не успеваешь сдать текст вовремя и поставить реалистичное время сдачи — отправная точка в борьбе с враньем.

Если коротко, важно уметь задавать точные вопросы и добиваться исчерпывающих ответов на них.

Автор должен быть любопытным, внимательным и иметь хороший вкус, чтобы разбираться в деталях — какие работают на его историю, какие нет. И, конечно, всё, что вы узнали и не смогли записать на диктофон, быстрее, прямо там, на месте, записывайте в блокнот. Объект нашей охоты — не сами сюжеты, но тектонические, сильные, вечные мотивы, которые за ними стоят. Смотрите глазами писателя.

Меня обвиняют в упрощении всяких бизнес-хитросплетений, но это то же самое, что упрекать Гаспарова за "Занимательную Грецию" или Тынянова за "Пушкина". Сидят люди, годами разбираются в формах копья у воинов или спорят о государственном устройстве Фракии — и вдруг какой-то выскочка запихивает всю цветущую сложность под одну обложку, пишет просто о сложном. Да, это раздражает. Да, не всё можно описать просто. Нет, было бы верно другое: сказать ему спасибо. Он перетолмачивает и популяризирует неудобочитаемые и узкоспециальные вещи.

Справедливо, что я не вхожу в рейтинги медиаменеджеров. Я кто угодно — редактор, автор — но не менеджер. Для ощущения, что я многое значу для своего ремесла, коллег, рынка, мне достаточно делать своё дело и, если набирается какой-то опыт для осмысления, выступать. В идеале ещё писать очерки и книжки и продолжать свои курсы нон-фикшна.

Я печатал и историю, рассказанную в эмодзи, без слов, и колонку, чей смысл был зашифрован акростихом, и другие экспериментальные штуки, но я не самый ловкий редактор. Трабун и Попова ловчее будут, Бахтин тем более (из более опытных) — у людей такого уровня выдумывание нетривиальных трюков поставлено на конвейер.

Парадокс: медиа цветут и разрастаются, а журналистике грозит вымирание. Личная стратегия автора тут, в общем, одна — создавать себе доброе имя, приучать читателя к тому, что вот тот человек, который работает для тебя, разузнаёт любопытные и важные истории и рассказывает их, как никто другой.

Полевые исследования — наш хлеб. Рассказывание историй, за которыми стоит что-то большее, нежели повестка — любая: новостная, национальная — наша обязанность. Надо стремиться рассказывать надвременные истории. Понятно, что они не попадаются часто, но если их не искать — сами на голову не упадут. Я люблю ездить. Работая в Forbes, объездил пол-России.

Следует выходить за пределы локальной повестки уже на этапе выбора темы. Чтение глобальных изданий, понимание, как они смотрят на события, сюжеты, что за ними видят — всё это необходимо для выработки своего взгляда. А свой взгляд — самое ценное, что есть у автора. Читатели покупают необычный взгляд на мир. При условии, конечно, что этот взгляд прочно стоит на фундаменте из фактов, верных умозаключений с ясными посылками и подтверждённых гипотез.

Рецепт выживания бумажных журналов: производите бомбы; производите объекты искусства. Всё остальное — второстепенно. У вас есть месяц (при правильном управлении — два и больше месяцев) на изготовление этих бомб, пулитцеров, сносящих крышу расследований, очерков и чего угодно. У вас есть арт-директор, который должен изобретать странное, но выразительное и совпадающее с нервом времени. И тогда люди будут вас читать, ждать, и, будучи легендой, вы получите шанс диверсифицировать свой бизнес, как это сделал, например, Wired с его конференциями, консалтингом и, да, конечно, сайтом.

Классного автора вы угадаете с одной фразы. Ок, с двух.

Фото и текст Журдом

"Хотел бы вашего совета в отношении предложения учредить и антипремию, антиприз за самый нелепый сюжет о деятельности Госдумы", — сказал Нарышкин, спикер Госдумы общаясь с журналистами по случаю  Дня печати и при подведении итогов творческого конкурса на лучшее освещение деятельности Госдумы в российских СМИ.

Издание Columbia Journalism Review попросило топовых американских журналистов поделиться самым полезным советом, который им когда-либо давали.

Мультимедийный информационный центр «Известия» открывает студию на факультете журналистики МГУ им. М.В. Ломоносова. Студия МИЦ «Известия» представит факультативный курс авторских лекций руководителей и ведущих специалистов редакций, входящих в Мультимедийный информационный центр «Известия».