Однако доверие к СМИ растет.

39% представителей медиа по всему миру считают соцсеть главным источником новостей

Минкомсвязь опубликовало перечень самых грамотных медиа в России.

В размещенном на сайте министерства рейтинге находятся СМИ, которые наиболее корректно и грамотно используют возможности русского языка в актуальной работе. Изучение грамотности медиа подготовлено Гос.ИРЯ им. Пушкина и известным производителем словарей ABBYY по заказу Минкомсвязи РФ.

За время работы экспертами обработаны тексты медиа, которые являются показательными для нашего информационного пространства и охватывают 85% лингвистического поля нашей страны. Ученые рассмотрели более 350 тыс. предложений, которые использованы в текстах печатных медиа, прослушали и просмотрели более 120 часов телевизионных и радиопрограмм.

Любопытно, что опубликованная презентация содержит оценку изученных СМИ по пятибальной шкале, если бы журналисты этих изданий были учениками выпускных классов. Согласно этому рейтингу отличниками были бы немногие, зато хорошистов довольно много. Исследователи замечают, что были в целом удивлены хорошими результатами, так как рассчитывали на посредственный результат. Однако, заместитель министра Минкомсвязи Алексей Волин, комментируя рейтинг, заметил, что пресса должна быть безупречной в вопросах использования родного языка.

Исследование заслуживает самого пристального интереса, потому что это первое масштабное изучение грамотности российских медиа. Идею проекта предложила в прошлом году Комиссия по русскому Минкомсвязи России. Каким образом будут изучаться тенденции и изменения и когда выйдет следующий рейтинг "Грамотные медиа" не сообщается.

Источник

Медиа — это то, что находится вокруг статьи. Вы — не красивый сайт с главной страницей. Вы — рамка вокруг контента. И от нее зависит, останется читатель на сайте или уйдет.

В чём проблема?

Медиа производит контент и хочет, чтобы его читали. Мы получаем статьи в виде ссылок в социальных сетях, через обменные сети, по почте, в мессенджерах, через поиск. Пользователи почти не заходят на сайт напрямую.

Что, простите? Ежедневно заходите из закладок на «Ведомости»? Батенька, да вы эстет.

Сейчас главные распространители медиаконтента — это социальные сети. По данным Shareaholic, соцсети приносят 31% всего трафика на сайты в интернете. Всего год назад этот показатель составлял 23%. Мировым лидером безоговорочно является Фейсбук.

Александр Жаров принял участие в сессии «Искусство без границ: развитие культурной дипломатии».

Интернет-СМИ через 10 лет: попытка прогноза

Конечно, все предугадать невозможно: ну кто, например, мог еще зимой 2010 года, когда только появился планшет Apple iPad, предвидеть, что подобные ему устройства всего несколько лет спустя станут одним из основных инструментов медиапотребления. Или вот другой пример – недавнее интервью главного редактора «Эхо Москвы» Алексея Венедиктова газете «Московский комсомолец». Цитата оттуда: «Вы знаете, я ведь был первым, кто в 1997 году завел сайт “Эха Москвы”. У нас в интернете возник первый сайт традиционных медиа. Надо мной все смеялись и говорили: “Это игрушка Венедиктова”. Или: “Венедиктов сошел с ума. У него слетела крыша”. Какой сайт – мы великое радио! Я говорил: “Ребята, это будущее”».

Так или иначе, модель медиапотребления меняется – а вслед за ней меняется и структура СМИ, меняется сама суть работы журналиста, меняется роль медиа в обществе. Пока – достаточно условно – можно выделить два базовых направления перемен: технологические изменения и перемены, которые касаются роли и места журналиста. Рассмотрим оба этих направления.

Технологические изменения

Наступление «новых технологических медиа» идет прямо сейчас. И идет оно на «социальном» «фронте». Фото-сервис Instagram вслед за Twitter и YouTube запустил собственную новостную ленту. Суть инновации в том, что теперь в обновляющейся вкладке Explore пользователь будет видеть подборку новостных фотографий и видео. Материалы будут отбираться по количеству просмотров, лайков, комментариев и времени публикации. При этом функция поиска позволяет находить фото и видео по месту, людям и хэштегам. Как указывается в блоге сервиса, «Это позволит 300 млн наших пользователей лучше ориентироваться в 70 млн фотографий и видео, ежедневно загружаемых в Instagram».

Нововведение прокомментировал гендиректор Instagram Кевин Систром, отметивший, что повсеместно распространившиеся смартфоны с камерами кардинально изменили сам процесс работы медиа. «Люди жаждут узнать то, что происходит в мире прямо сейчас, – говорит Систром. – И социальные медиа, и обычные СМИ борются за одно и то же – время, за которое они смогут донести срочные новости до пользователя. … Я могу получить самую полную информацию с помощью фотографий пользователей с места событий».

То же самое медийное поле сейчас активно окучивает и другая интернет-компания – Twitter. Недавно этот сервис добавил возможность публикации фото и видео. Вектор развития очевиден: Twitter купил стартапы Meerkat и Periscope, которые специализируются на прямых видеотрансляциях через смартфоны. Также уже объявлено, что скоро в Twitter появится кнопка доступа к важнейшим новостным событиям с обновлением в реальном времени. Контент для новостной ленты будет отбирать специально сформированная профессиональная редакция.

В то же время YouTube запустил собственный новостной канал Newswire. Его менеджеры заявили, что пользовательское видео и так постоянно используются СМИ, поэтому в Newswire будут поступать обновляемые в реальном времени видео с места событий. Ролики для канала будет отбирать редакция Storyful.

Напомню, что YouTube и Instagram принадлежат, соответственно, Google и Facebook. То есть налицо тенденция: крупнейшие интернет-компании, стараясь увеличить число и «вовлеченность» пользователей, плавно трансформируются в медиаресурсы – и начинают конкурировать на рынке новостного контента с традиционными онлайн-СМИ. (Обратите внимание: фраза «традиционные онлайн-СМИ» уже не воспринимается как оксюморон. Хотя еще лет пять-семь назад все было совершенно иначе.)

В самом деле, за последние 10 лет лавинообразное распространение смартфонов – этих «компьютеров в кармане» – серьезно поменяло «социальную базу» источников информации. Одновременно происходил бурный рост пользовательской аудитории соцсетей. И в какой-то момент соцсети и смартфоны «нашли друг друга». Горячие события стали транслироваться в соцсетях в режиме реального времени. Яркий пример – события 26 июня в Тунисе, в городе Сус, где мусульмане расстреляли десятки человек, напав на отели с туристами. Вот цитаты из «Газеты.Ru» в тот день: «15.44 Русскоговорящий турист выкладывает в инстаграм фотографии из Суса. Значит, там есть наши соотечественники. … 15.33 Туристы попрятались по номерам в отелях и баррикадируются. Они пододвигают к дверям матрасы, тумбочки и столы. Отдыхающий из Англии по имени Джон Йоман разместил в соцсетях фотографию своего номера – вход в его номер перекрыт матрасом и стулом».

Чуть позднее появилось и видео – тоже снятое очевидцем событий на смартфон.

Как видим, даже сверхоперативные интернет-СМИ оказались вынуждены лишь ретранслировать на своих страницах контент, который поставляли в Сеть непосредственные очевидцы «теракта в прямом эфире». Было бы странно, если бы интернет-гиганты не постарались заработать на этой новой реальности. И, как видим, они это делают.

Красноречивые цифры

Как гласит исследование Ericsson Mobility Report, к 2020 году на Земле будет 26 млрд устройств с доступом к интернету и 6,1 млрд пользователей смартфонов, а мобильный интернет-доступ охватит 90% территории планеты. При этом 80% новых подключений к мобильной сети придется на развивающиеся страны. Для сравнения: в 2014 году в мире насчитывалось 2,6 млрд обладателей смартфонов, а в I квартале 2015 года доля «умных телефонов» в общем объеме продаж мобильников составила 75%. Общее число подключений приблизилось к 7,2 млрд, а уровень проникновения сотовой связи на планете достиг 99%.

Причем сами мобильные сети все более оптимизируются для передачи «тяжелых» данных – в том числе прямых видеотрансляций со смартфонов. Количество подключений к сетям LTE в I квартале 2015-го превысило 108 млн и достигло 2,9 млрд. В ближайшие годы нам обеспечено быстрое увеличение модельного ряда смартфонов и доли LTE-устройств, а также снижение их средней цены. Результат: почти у каждого в кармане будет устройство, посредством которого он сможет обеспечить прямую трансляцию в Сеть всякого значимого события.

В этих условиях задача тех редакций, которые сейчас создают YouTube, Instagram, Twitter и прочие – уже не создавать уникальный контент, а просто разделять, классифицировать создаваемое владельцами смартфонов, выделяя действительно ценные инфоповоды. Проще говоря, надо отделять видеорепортаж о первых шагах ребенка, который гордый папаша транслирует во все соцсети, от одновременно идущего репортажа об очередной террористической атаке.

Конечно, такой сценарий совсем не устраивает традиционные СМИ. И в первую очередь – медиа-гигантов типа Bertelsmann, Thomson Reuters, News Corporation, Bonnier Group или Liberty Media, которые владеют как газетами/журналами, так и теле- и радиостанциями, а также множеством интернет-ресурсов. Именно противодействие медиа-профессионалов сдерживает сегодня медийные амбиции интернет-гигантов.

Например, в Европе Google напоролся на «налог на новости» и вынужден платить медиа-холдингам за использование вводной части новостей в Google News. Понятно, что полноценный контент «Гуглу» использовать вообще не разрешили. То же произошло и с Facebook: от сотрудничества с Цукербергом отказались The New York Times, BuzzFeed, National Geographic и другие крупнейшие СМИ. Не помогло даже личное обещание интернет-бизнесмена делиться доходами от рекламы в новостях.

Такое поведение крупных медиа-групп вполне логично: доходы от рекламы в Facebook и других социальных проектах невысоки, а стоимость производства профессионального контента значительно выше чем у пользовательского. Но в ответ интернет-компании переключились на новостной контент, поступающий от пользователей. И сегодня начинается ожесточенная конкурентная борьба: профессиональные медиа с одной стороны, интернет-гиганты – с другой.

А кто победит – мы как раз через 10 лет и увидим.

Изменения характера работы журналиста

И под давлением новых технологий, и под давлением новых моделей медиа-потребления, и по тысяче других причин – роль профессиональных журналистов в ближайшие годы сильно изменится. По мнению многих экспертов, журналисту предстоит превратиться из «информатора» в коммуникатора.

Года три назад, на международном форуме «Медиа будущего», тогда еще министр связи и массовых коммуникаций России Игорь Щеголев заявил: «Раньше в силу того, что СМИ должны были конкурировать между собой, их было не так много, они с разных сторон описывали одни и те же явления. Сейчас, когда у каждого появится своя ниша, каждый будет очень глубоко погружаться в свою нишу и терять связь со всем остальным. В этом плане роль журналиста радикально, сильно поменяется». По его мнению, в чем-то медиасреда возвращается к средневековой модели, которая существовала до СМИ – когда каждый сам себе формировал персональное информационное поле. Собственно, сегодня это происходит – как в соцсетях (вспомните алгоритм, по которому Facebook показывает сообщения в ленте), так и благодаря возможности подписываться (e-mail-рассылки, RSS) только на те новости, которые интересны лично тебе.

Вообще, точка зрения Игоря Щеголева заслуживает того, чтобы процитировать ее полностью. «Однако в то время были другие связывающие общество вещи – была религия, была государственная власть, которая небольшие объемы информации доводила до всех – все жили в более или менее одном информационном поле. А сейчас мы приблизились к другой грани – информации стало слишком много и СМИ пока не стали таким инструментом, который позволит из разных нитей сплести такую ткань, которая удерживала бы общество воедино. СМИ остались, а связи не осталось», – сказал Щеголев.

По мнению представителей западного медиа-сообщества, «народные новости», тренд к которым был ярко выражен в начале 2000-х, показали свою несостоятельность – в той конкуренции победили профессиональные журналисты. Но в целом роль читателей, зрителей и слушателей в эволюции СМИ в ближайшие годы будет расти. Например, главный редактор Guardian News & Media Алан Расбриджер уверен, что для успеха СМИ в современных условиях нужны два равно важных компонента. Первый – профессиональные журналисты, способные получить эксклюзивную информацию, второй – участие аудитории в развитии СМИ.

«Если вы добьетесь того, что ваш журналист является единственным, кто передает ту или иную информацию, то ваше СМИ сможет выжить в современных условиях, – говорит он. – Наша аудитория – 50 млн человек в месяц, она прирастает на 40% в год. Мы признаем, что если выходить за пределы журналистики, то важно, чтобы аудитория участвовала в этом». При этом Расбриджер четко понимает, как это сделать: по его словам, Guardian сводит на свою платформу все мнения, точки зрения, комментарии, в том числе поступающие от читателей. «Это так называемая мудрость толпы. Не будьте самонадеянными и не думайте, что вы единственные, кто может это делать», – советует главред Guardian.

Не только в Европе, но и в развивающихся странах медиа-эксперты понимают: аудитория должна активнее включаться в создание контента СМИ. Вот, например, что по этому поводу говорит завкафедрой новых медиа и теории коммуникации факультета журналистики МГУ, главный редактор сайта «Частный корреспондент» Иван Засурский: «Особенность того, что люди приходят в соцсети, состоит в том, что возникает информационная война всех против всех, в которой представители разных групп больше заинтересованы в подчеркивании лояльности своей группе, сообществу, а не поиску общих точек соприкосновения. Основной формой коммуникации становится информационный конфликт – люди ругаются в комментариях, не соглашаются. … Поэтому сейчас происходит трансформация журналиста от информатора к коммуникатору. Происходит фрагментация аудитории на различные группы, комьюнити, которые не пересекаются. И задачей медиа становится создать ту платформу, на которой хотя бы в зрелищно-конфликтной форме эти противоречия могут драматургическим образом сложиться в какую-то общую судьбу».

Но все же – что будет со СМИ через 10 лет? Здесь мне близка позиция, которую занимает украинский журналист Артем Захарченко, автор практического учебного пособия по интернет-журналистике. «В наше время эпохи контента и формы длятся примерно по 9-10 лет. Они сменяют друг друга не только из-за моды. Когда в течение 10 лет интеллектуалы муссировали тему информационного мусора, неэффективности поиска и донесения информации в Сети – то интернет должен был отреагировать на этот запрос, и создать стройную логическую систему, – пишет Захарченко. – А значит, через два-три года жизнь снова начнет понемногу становиться формалистичной, сосредоточенной на процессе и внешнем, эмоциональном эффекте. И это будет ответ на нынешний страх тотального контроля, на ощущение, что Сеть становится скучной и слишком функциональной. Апогей формализма наступит, очевидно, где-то в 2023-2024 годах».

По мнению эксперта, принципиально новые медиа – если они появятся – будут связаны с технологиями дополненной реальности. А значит, может возникнуть особый формат коммуникации с помощью Google Glass и подобных им гаджетов. Возможно также появление технологии прямого подключения нервной системы человека к Сети.

Из менее страшного – уйдут в небытие медиа, не создающие уникального дизайна для каждой публикуемой статьи. Будет мало просто залить текст и картинки в админку: однообразный контент просто никто не будет читать. Сюда же можно отнести возникновение своеобразного микровидеоблогинга. Пользователи уже не будут смотреть новостные видео по две-три минуты, как мы это делаем сейчас. Специальная программа будет одну за другой демонстрировать разные записи длительностью, скажем, до 14 секунд, склеивая их красивыми перебивками. Это будет похоже на анонс выпуска теленовостей в его начале. Только интерактивный: посмотрев такие микроновости, человек сам решит, хочет ли он узнать больше о какой-то теме.

Денис Лавникевич

Текст и фото Mediakritika.by

АКАР опубликовала данные по российскому рекламному рынку за 2017 год.

Все привыкли к рассуждениям про "старые" и "новые" медиа. Теперь же размывается сама привычная сущность медиа: на сцену выходят мультиплатформенные издательства. Кажется, ещё немного, и они заново переделят традиционный медийный мир. Или уже переделили.

Телевизор и газеты как одни из основных медиаплатформ "хоронят" не первый год, но они мутируют и развиваются в разные смежные направления. Конвергенция проникает во все сферы медийной жизни: форматы контента, редакционные процессы, профессии внутри медиацеха.

Но угроза разрыва для рынка идет не от привычных медийных организаций, а со стороны новых, сервисных и технологических компаний, занимающихся производством контента. На западе их называют Digital Natives, то есть "Аборигены цифрового мира". Пока традиционные журналисты спорили о стандартах профессии, теряя доверие и интерес публики, рядом выростали и разворачивалис в полный рост эти издания нового типа. Новички без лишнего шума и заявлений о социальной миссии учились эффективно создавать и транслировать конент конечному потребителю.

В новых СМИ информация как сырье, контент как продукт, медиа как каналы дистрибуции. Всё можно измерить, просчитать, проанализировать.
Новые издатели каждый день изучали и сегментировали рынок и потребителей, строили гипотезы и проверяли их в деле — в интернете и соцсетях это было намного проще, чем в бумаге или телевизоре. Шла постоянная эволюция и движение от простых структур к более сложным.

«Профессиональные» журналисты и традиционные СМИ даже не воспринимали информационных неофитов как конкурентов. А зря. Теперь управленцы и стратеги издательств нового типа нанимают лучших авторов, строят из них команду, замеряют отклик на их контент.

В центре СМИ новой формации не редакция с журналистами, репортерами и колумнистами, а контент-продюсеры, менеджеры по продуктам и направлениям, специалисты по измерению аудитории и анализу данных, эксперты по привлечению внимания и вовлечению. Это очень технологичный подход, где информация как сырье, контент как продукт, медиа как каналы дистрибуции. Всё можно измерить, просчитать, проанализировать.

Кажется, что маркетинг и менеджерские подходы проникли в саму ткань этих представителей новой медиасферы. Рациональное планирование и культ эффективности не оставляют шансов старым неповоротливым редакциям с «уникальными журналистскими коллективами». Информационный продукт пришел на смену редакционным нетленкам. Что, к слову, не отменяет приверженности основополагающим контентным принципам журналистики, в частности, качественному фактчекингу. Всё идёт в дело, если это создаёт добавочную ценность проекту. Если менеджеры и маркетологи увидят корреляцию между традиционными журналистскими ценностями, качественным контентом и ростом показателей — это будет внедрено. Честным быть выгодно (до разумных пределов, конечно).

Медийные и сервисные проекты тесно интегрируются. Причем сервисные – в широком смысле. Скорее, это бренды или бизнесы, которые производят некие продукты или предоставляют услуги. Вопрос о превращении брендов в вещателей и «бренд-журналистике» детальнее разобран в нашей более ранней публикации «Бренд-журналистика: старый-новый формат в медиа?»

Сейчас всё сложнее определить, чем же в своей основе занимается тот или иной проект. Обычно есть некое смысловое ядро, которое притягивает аудиторию, помогает зарабатывать внимание и интерес публики. А дальше каждый разными способами старается монетизировать свою аудиторию, свой уровень доверия и компетенций.

Эволюция продолжается: конвергенция и мультиплатформенность

Помимо вышеописанных процессов, которые не вполне очевидны стороннему наблюдателю, происходит развитие медиакоммуникаций в сторону глобализации и трансмедийности (близкой понятию «медиаконвергенции»), усиления роли аудитории как соучастника. Эти явления продолжаются уже несколько лет и описаны, в частности, медиаисследователем Анной Качкаевой. «Скорость, мобильность, интерактивность и мультимедийность — такими будут СМИ будущего», — формулирует эксперт.

По мнению Качкаевой, таким изменениям сопротивляется часть традиционных медиа (legacy media), которые обречены на вымирание, как мамонты, если не смогут преодолеть собственную инерцию: монологичность, «толстокожесть» к запросам аудитории и «неповоротливость» в собственных процессах. Впрочем и некоторые ветви эволюции, избранные нашими СМИ, в конечном итоге оказываются тупиковыми - не всегда по вине медиаменеджеров.

Российский пионер процессов конвергенции, РИА Новости — это своего рода «Прометей» от медиа: принёс свет новых технологий на заре цифровой революции, но вскоре сгинул. Нынешний статус МИА «Россия сегодня», которое вселилось в прежнее РИА, с точки зрения движения вперед сложно поддается оценке. Впрочем, от его лица на образовательной платформе «Универсариум» проводится курс по цифровой журналистике.

На пути эволюции медиа, контента и издательских моделей немало проектов находятся в стадиях трансформации и перерождения. ИД «Афиша» давно и с переменным успехом следует трендам мультиплатформенности. Это издательство находится в постоянных изменениях, поиске удачных форматов и ниш. Одни из первых совместили медиа и сервис, а в дальнейшем разделили справочный сайт «Афиши» и нишевые медийные проекты («Воздух», «Волна», «Город»), которые в последующем решили снова слить воедино. Вынуждены искать нишу для своего традиционного, «якорного» продукта – бумажного журнала «Афиша». В результате мучительных экспериментов, пришлось даже закрыть бумажные версии «Афиша.Мир» и «Афиша.Еда». При этом данные суббренды продолжают жить в виде мобильных приложений и веб-платформ с преимущественно пользовательским контентом.

Энергично и прозорливо ведет себя ИД «Комитет», в который входят «Цукерберг позвонит» и TJournal. Издания специализируются на освещении IT-индустрии и смежных сфер. Команда не только обкатывает и внедряет удачные медийные находки (в том числе предоставляя информационный контент и сервисы). В мае стало известно, что издатели будут развивать образовательные проекты.

Meduza быстро набирает вес и отращивает щупальца в разных компетенциях. Проект изначально строится на гибридной информационной модели (агрегация контента плюс собственные материалы), придерживается задач объяснительной журналистики и работает исключительно в цифровом формате. При этом умело использует собственную веб-платформу, аккаунты в социальных сетях и сервисах, приложения на мобильных платформах. Развивает современные форматы нативной рекламы и спецпроектов, оригинально поддерживает благотворительность в рамках направления Meduzacare (дарит часть своего рекламного трафика полезным проектам). В середине мая «Медуза» запустила сеть для обмена аудиторией со спортивным сайтом sports.ru и игровым порталом «Канобу». Без сомнения, проекту Meduza самое место в пятерке издательских моделей будущего, но относительная молодость проекта (существует с октября 2014 года), даже при его безусловных успехах, пока заставляет придерживаться умеренных оценок.

Развязыванием узлов противоречий из прошлого и выстраиванием процессов на будущее бурно заняты в РБК. Судя по недавнему отчету за 2014 год, холдинг делает акцент на развитие медиабизнесов и информационных сервисов, избавляясь от непрофильных активов и перестраивая свои IT-подразделения. Здесь трансформация в издателя нового типа всё ближе к завершению.

Интересную модель выбрал молодой проект Mediahubble: информационный и сервисный ресурс для работников медиа и креативных индустрий. Идея в том, чтобы не только давать полезную информацию, но и обучать, развивать компетенции, а также помогать находить работников и исполнителей для разных проектов.

Эти издатели выбраны в качестве примеров произвольно: можно добавить еще немало других вариантов. Цель же в том, чтобы попытаться выявить ряд характеристик, по которым угадываются издатели нового типа.

Прожекторы перестройки: от медиа к издательствам

Помимо очевидных заслуг перед российской медиаотраслью, уместно также для чистоты эксперимента ввести критерий времени — чтобы проект существовал хотя бы год (по факту в список попали проекты не моложе двух лет).

Не претендуя на полноту анализа и научную объективность, вот пять мультиплатформенных издательств, чьи операционные модели уже сейчас определяют стандарты качества настоящего и приближают будущее:

1. Look At Media

Это уже практически «ветераны» инноваций и новых медиа в том виде, в котором они были модными и в диковинку. Более восьми лет назад они придумали своего читателя, сегментировали его и дали ему всё, что он хочет. Сейчас в обойме четыре издания — LookAtMe, FurFur, Wonderzine и The Village (последние три «отпочковались» из первого). В медиаките также значится сайт для современных мам Working mama, но его не принято добавлять в обойму основных проектов. Обособленно стоит и англоязычный проект Hopes&Fears, перезапущенный недавно в Нью-Йорке на английском языке.

Активно участвуют и сами организуют мероприятия (ивент-маркетинг). С недавней поры LAM поставили трендвотчинг себе на службу, организовав проект De:Coding. Он делает аналитику и продает отчеты о современных потребительских трендах.

Ключевая фишка: спецпроекты. Раскачали этот формат и сделали его модным до того, как в обиход медийщиков вошли слова «нативная реклама», «спонсированный контент» и прочие неологизмы. Изначально запускались как медиа плюс рекламное агентство. Однако никогда не смешивали рекламные активности с редакционно-издательской работой и придерживались строгих редакционных принципов.

2. Sports.ru

На первый вгляд, это спортивный портал. Раздел «О нас» может оставить ложное впечатление типичного спортивного сайта. На самом деле, это один из самых передовых медиапроектов Рунета. Сами себя эти ребята из sports.ru называют «мультиплатформенное цифровое издательство».

Для потребителя это источник информации, по разным темам, связанным со спортом. А для индустрии медиа — издательство, которое производит разноформатный контент для различных каналов дистрибуции и медийных платформ. За кажущейся простотой скрывается глубокое понимание медиаотрасли и IT-технологий.

Ключевая фишка: технологичность и работа с большими данными (людей в разработке и аналитике больше, чем в редакции). Также проповедуют любовь ко «второму экрану», мобайлу и приложениям.

3. Актион-медиа

Самый старший и малоизвестный, но очень мощный издательско-сервисный холдинг, который работает в узкой нише B2B. Медиапродукты и сервисы (печатные и электронные журналы, справочные системы, мобильные приложения) рассчитаны на бухгалтеров, кадровиков, юристов и финансистов. Масштабы этой невидимой для непрофессионалов структуры поражают: 20 лет работы, 1350 человек сотрудников (из них всего 200 в редакциях), 350 000 активных подписок (40% из которых цифровые) и это 15% от всего объема подписки в России, более 4 млрд. руб. выручки в год.

Кроме всего прочего, издательская группа готова инвестировать в стартапы, которые нацелены на вышеперечисленные приоритетные для неё аудитории.

Ключевая фишка: отработанные до мельчайших деталей бизнес-модели и развитые технологии подписки.

4. ПостНаука

Просветительский проект, чем-то схожий по структуре с «Актион-медиа».Разросся и расцвёл в нескольких направлениях меньше, чем за три года. ИД «ПостНаука» — некоммерческая организация, но зарабатывает самостоятельно и вкладывается в саморазвитие. Создает цифровое подобие «музея научных идей», где ключевой контент — видео. Много внимания уделяют форматам контента и его дистрибуции.

Производят видеоконтент и мультфильмы под заказ, проводят исследования и организуют консалтинг. Продвигают научные структуры и университеты (Сколтех, Иннополис, Шанинка и другие), организуя им PR, что приносит до половины всех денег. Делают научно-просветительские партнерские проекты (в том числе с Forbes и LookAtMedia).

Ключевая фишка: мощная просветительская идея, которая вдохновляет всех, кто с «ПостНаукой» работает. Это дает возможность развиваться в разных сегментах информационного и сервисного бизнесов.

5. TigerMilk

Пожалуй, самый нетипичный проект из представленной пятерки. Начинался как паблик «ВКонтакте» (использующий контент журнала Esquire). Сейчас это надплатформенная, трансмедийная компания нового поколения. «Наша специализация — создание, упаковка и дистрибуция контента широкой аудитории. Наши проекты и наш контент легко адаптируется к бесконечному количеству платформ, чтобы всегда быть рядом с аудиторией, где бы она ни была сегодня и завтра. И наша аудитория отвечает нам огромной лояльностью», — заявляют они сами о себе. Цифры более чем солидные: 15 проектов на 10 платформах (прежде всего, это паблики «ВКонтакте» охватывают 45 млн пользователей. Всё это «проекты о самом важно для человека». Фокусируются на хобби и развлечениях. Стараются быть везде, где есть их аудитория и дают ей проявить себя (пользовательский контент тоже идет в дело).

Похоже, в такую модель верят и крупные бренды, размещающие там рекламу (включая Сбербанк, KFC, Kinder и прочие).

Ключевая фишка: непреклонное следование за интересами аудитории плюс четко налаженные бизнес-процессы.

Кто все эти люди?

Пятерка новаторов — возможно, не самая репрезентативная выборка. Но даже на этом объеме можно выделить как минимум пять критериев для новых издателей:

Первым делом — аудитория. Ориентация именно на ее интересы, а не на условные форматы медиа и контента.
Движение за привычками и потребительским поведением аудитории ведет к мультиплатформенности.
Приоритет цифровой дистрибуции как ответ на потребительские тренды.
Выстраивание бизнес-процессов, значительные маркетинговые усилия и работа в различных сегментах.
Активная работа с большими данными, использование многоуровневых метрик и анализа, выстраивание многоканальной обратной связи

Максим Корнев
Доцент кафедры ТРИТ факультета журналистики, Институт массмедиа РГГУ

Мediatoolbox.ru

Материал впервые опубликован в журнале Журналист