Госдума хочет ввести патенты на работу фрилансеров в СМИ

Это может создать сложности и для самих журналистов, и для редакций, полагают эксперты

Депутат-единоросс и руководитель партийного проекта «Комфортная правовая среда» Рафаэль Марданшин вместе с челябинскими коллегами подготовил поправки в Налоговый кодекс. Он предлагает дополнить перечень видов предпринимательской деятельности с патентным налогообложением «деятельностью независимых журналистов» (см. врез). Сейчас в этот перечень входит 47 видов деятельности – например, бытовые услуги, репетиторство, ремонт. «Патентная система совершенствуется, но пока она распространяется не на все виды деятельности», – объясняет Марданшин. Предоставление такой возможности позволит стимулировать самозанятость граждан и станет актуальной мерой поддержки журналистов со стороны государства, считает депутат.

С такой просьбой обратился челябинский Союз журналистов, всему журналистскому сообществу эта идея должна понравиться, полагает челябинский депутат Семен Мительман: «Если журналисту платят гонорар, то немалая его часть уходит на налоги. Если купить патент на квартал за 1500 руб., то экономятся деньги, появляется пенсионное обеспечение и легализуется доход». «Сейчас можно зарегистрироваться индивидуальным предпринимателем (ИП) и выбрать систему налогообложения: по умолчанию это жесткие налоги, но при определенных критериях ты можешь выбрать упрощенную систему и перейти на патент», – говорит соруководитель «Комфортной среды» Игорь Судец. Он напоминает, что во вторник Госдума примет в первом чтении законопроект об ответственности за просрочку платежа за патент: «Если он не будет оплачен вовремя, то предприниматель задним числом будет сниматься с него и его будут заставлять платить налоги по самой жесткой схеме». Сам подход к расширению видов деятельности неверный, нужно закрепить деятельность, которую нельзя осуществлять с патентом, и разрешить все, что не запрещено, возражает член комитета Госдумы по бюджету и налогам Антон Ищенко (ЛДПР): «Нужно меньше документов и больше льгот и мер поддержки. Такая детализация, как в случае с добавлением журналистов, к хорошему не приведет».

В каждом регионе свой порядок расчета стоимости патента – он составляет 6% от предполагаемого дохода, объясняет адвокат «Юста» Екатерина Болдинова. Если человек не регистрируется как ИП и не платит налоги, то это уголовно наказуемое деяние, за которое его могут оштрафовать, напоминает адвокат: «Но у журналистов не такие высокие доходы, чтобы переходить на патент: он актуален для тех, кто сдает недвижимость и чей доход, например, составляет 10 млн руб. С другой стороны, с патентом можно чувствовать себя более защищенным, патенты и были призваны хоть как-то повысить уровень ответственности».

Журналисты и руководители СМИ к идее депутатов относятся скептически. «Я не оформлена как индивидуальный предприниматель и работаю по договорам с каждой редакцией. Те гонорары, которые некоторые редакции по разным причинам делают просто переводом, я заношу в форму 3НДФЛ по итогам года, сдаю в налоговую и плачу с них налог, – говорит журналист Виктория Базоева. – Если не будет других опций, то придется покупать патент, но пока это выглядит неудобно – сейчас все рассчитывает бухгалтерия, а я просто подписываю бумаги». Переход на патент может быть выгоден изданию: сейчас оно платит НДФЛ и страховые взносы (30%) за физическое лицо – так 10 000 руб. гонорара превращаются почти в 15 000 руб., поясняет главный редактор Slon Magazine Максим Кашулинский. Но непонятно, зачем нужна патентная система, если журналисты могут просто создавать ИП и пользоваться теми же преференциями, в том числе льготной налоговой ставкой, недоумевает он: «Если же патенты будут обязательными для журналистов, то это уже создаст сложности для издания, так как редактор не сможет быстро заказать у журналиста статью, если у того нет патента. И вообще это напоминает какую-то очередную «желтую звезду» для журналистов». Если журналист – добросовестный налогоплательщик, то он просто может в конце года подать налоговую декларацию и для этого вовсе не обязательно создавать патентную систему, согласен издатель Look At Media Алексей Аметов. К тому же редакции в большинстве случаев и так выступают налоговыми агентами и платят деньги с гонораров. «Непонятно также, как законодатели будут выяснять, кто журналист, а кто публицист или просто писатель. Публицистам и копирайтерам тоже придется покупать патенты? И нужно ли будет журналистам, которые работают в штате одного издания, оформлять патент, чтобы работать еще и на другое издание?» – недоумевает Аметов.

Ольга Чуракова, Екатерина Брызгалова
Фото: Е. Дмитриева
Ведомости

На конгрессе новостных СМИ в Вашингтоне представили отчет Всемирного издательского форума «Тренды в редакциях»

Полная версия отчета размещена в платном доступе на сайте Всемирной ассоциации газет. Основные 9 трендов в редакциях по всему миру опубликован на сайте journalism.co.uk

1. Геймификация новостей и виртуальная реальность

Благодаря таким технологическим новинкам как 3D-шлем Google Cardboard и шлем виртуальной реальности Oculus Rift редакции все чаще используют игры и ВР в освещении новостей. Интерактивную игру Би-би-си Syrian Journey («Поездка по Сирии»), запущенную в этом году, раскритиковали The Daily Mail и The Sun за «превращение человеческой трагедии в детскую игру». Однако редактор отдела разработки The Guardian Кит Стюарт утверждает, что эти оценки вызваны «непониманием того, чем являются, или могут стать, игры». Менеджер проектов Европейского центра журналистики Антуан Лоран отмечает, что игровые элементы позволяют бороться с «недостатком интереса и недостатком инновационности в освещении тем, связанных с развитием и развивающимися странами». ЕЖЦ профинансировал создание игры Rebuilding Haiti («Восстановим Гаити»).

Среди других приведенных в отчете примеров геймификации новостей — #HungerProject филиппинского онлайн-СМИ Rappler и интерактивный фильм-игра Pirate Fishing от Al Jazeera.2. Сложности с защитой источников информацииВо многих странах в результате «эффекта Сноудена» данные, которыми обмениваются журналисты с истончниками с помощью Интернета, все чаще становятся объектом слежки со стороны властей и хакерских атак. В результате все больше информации передается при личных встречах, чтобы избежать какого-либо электронного следа. По словам бывшего редактора The Guardian Алана Расбриджера, заниматься журналистикой расследований в таких условиях будет сложнее.

В то же время, в Швеции законодательство настолько сильно защищает конфиденциальность источника, что за раскрытие тайны журналист может попасть в тюрьму.3. АвтоматизацияВыступая на конгрессе, вице-президент Associated Press Лу Феррара рассказал, что автоматизация новостей привела к тому, что у журналистов агентства стало на 20% больше времени, которое они могут посвятить более серьезным темам. Газета Los Angeles Times также использует автоматизацию при освещении определенных тем — например, первых новостей о землетрясении в Калифорнии в феврале 2013 года. В то же время, критики такого подхода утверждают, что роботы могут лишить журналистов рабочих мест.

4. Эффект Charlie Hebdo

Январское нападение на редакцию журнала Charlie Hebdo в Париже вернуло на повестку дня вопрос личной безопасности журналистов, тестирующих границы свободы слова. Кроме того, освещение последовавших за нападением терактов с захватом заложников вызвало вопросы, насколько журналист имеет право раскрывать информацию о том, что ему стало известно в ходе спецоперации. Бывшие заложники подали в суд на французский телеканал, который в прямом эфире раскрыл место, где они прятались от вооруженного захватчика.

5. Подкаст-революция

Одним из самых известных подкастов за последнее время стал Serial — серия подкастов о жизни американца, обвиненного в убийстве своей девушки. Это не единичный пример. «От Копенгагена до Чикаго люди собираются на совместное прослушивание аудиозаписей в театрах, церквях, парках и даже, как ни странно, кинотеатрах, где на экранах идут зарубежные аудиосериалы с английскими субтитрами», — говорится в отчете. По данным компании Pew, 17% американцев слушают подкасты хотя бы раз в месяц (в 2008 этот показатель составлял 8%).

6. Популярность чат-приложений

Все больше редакций используют мобильные приложения для чата, такие как WhatsApp, WeChat или Line. В апреле Би-би-си запустила «горячую линию» в Viber для помощи выжившим после землетрясения в Непале. Мобильные приложения хорошо работают там, где скорость мобильного интернета лучше, чем на стационарном компьютере. В некоторых странах более 70% пользователей мобильных телефонов используют WhatsApp: например, в Малайзии, Южной Африке или Сингапуре.7. Эволюция онлайн-аналитики

За последние годы система работы с данными Интернет-статистики «претерпела значительные изменения», — говорится в отчете. В качестве положительного примера по превращению онлайн-статистики в доступный ресурс и инструмент для редакций приводится система статистики Ophan, которой пользуется The Guardian. По словам директора отдела исследования аудитории The New York Times Джеймса Робинсона, в его газете большое внимание уделяется вовлеченности аудитории и ее мотивации, и меньшее — объему.

8. Стремление к гендерному балансу

Согласно исследованию, проевденному Международным женским медиа-фондом (IWMF), женщины составляют лишь 36 процентов от репортеров и 25% от менеджмента в СМИ по всему миру. Одна из самых эффективных стратегий по борьбе с этим неравенством, пишет сайт journalism.co.uk, применяется компанией Bloomberg, которая вводит новые показатели и цели работы, направленные на привлечение большего количества женщин на лидерские позиции. Кроме того, отчет обращает внимание на усиление тенденции «кибермизогинии» — женщины-журналистки чаще становятся объектом онлайн-атак от хейтеров, чем мужчины.

9. Больше инноваций в небольших СМИ

Небольшие СМИ стали больше экспериментировать с новыми технологиями. Des Moines Register добавляет к новостям виртуальную реальность, новостное агентство VietnamPlus привлекает молодую аудиторию с помощью рэпа, а сигнапурская газета Straits Times создала сразу три специальных ресурса, где читатели и журналисты могут обмениваться информацией и фотографиями на тему развлечений, образования и путешествий.

Текст и фото mediakritika.by

История с избиением сотрудниками администрации Улан-Удэ съемочной группы телеканала "Россия 24" получила новое развитие.

Мэр Александр Голков обратился в полицию с заявлением, в котором говорит, что журналисты избили его микрофоном. Градоначальник полагает, что за скандалом стоит некий политический заказ.

"Из заявления корреспондента следует, что, получив редакционное задание, он 2 декабря прибыл в Улан-Удэ для съемок сюжета. В этот же день вместе с оператором он пришел в администрацию города, зашел в кабинет мэра и попросил дать интервью о размере и обстоятельствах получения им крупной премии. Однако чиновник отказался разговаривать с репортером, оттолкнул его и попытался выйти из кабинета. После этого находившиеся рядом сотрудники администрации, применяя силу, вывели корреспондентов из кабинета и отняли видеоаппаратуру", - говорится в сообщении СКР.

Это не столько правила журналиста, сколько правила вообще человека из медиа. Да и в целом мои жизненные, во всяком случае – рабочие - правила.

- Непосредственно журналистикой я закончил заниматься лет 15 назад, уйдя в медиа-менеджмент. Причину сформулировал для себя так: наступает время, когда человек должен перестать задавать вопросы и начать на них отвечать. Я ошибался: журналист живет в тебе независимо от того, что ты там себе думаешь. Ты постоянно «делаешь стойку» на людей и темы. Лично я регулярно надоедаю темами репортерам «Русского Репортера» и все время сожалею, что сам не могу поехать куда-то в командировку что-то написать – не за это мне платят.

- Построить в редакции дисциплину – не вопрос, я умею это делать легко и непринужденно. Но на самом деле от хорошего журналиста требуется только соблюдать дедлайны, все остальное – маловажно. Хорошие журналисты – всегда раздолбаи и не надо пытаться на них давить. А вот все остальные службы должны работать, как часы – в этом главный секрет хорошей работы любой редакции.

- Как только в редакции заканчиваются периодические спонтанные пьянки, надо ее закрывать: ничего хорошего эта редакция выдать уже не сможет.

- Медиа-менеджер, если и хочет читать книжки по современному менеджменту, то действовать должен строго вопреки. Например, в редакции невозможно искусственно создать пресловутый командный дух – тим-билдинг, вот эта вот вся хрень. Все служебные отношения здесь должны переводиться в разряд личных – что противоречит нормам и правилам. Но именно и только так возникают редакционные команды.

- Хедхантеры совершенно бесполезны для поиска журналистов. Их надо искать через знакомых, а самый эффективный способ, как ни странно, фейсбук. И еще одно кадровое правило: если нужен надежный человек для того, чтобы методично выполнять что-то нетворческое – бери теток бальзаковского возраста, они не подводят – никогда.

- Все журналисты должны быть уверены, что работают в лучшей редакции страны (региона, города). Или стремиться работать в лучших. «Журналист без амбиций» - это оксюморон. Если вы так не думаете, то лучше прямо сейчас поменять профессию. Нам в этом смысле проще: «Русский Репортер» - действительно, лучший в России журнал.

- Журналист, как ни странно, не должен думать о деньгах. Он должен думать о том, чтобы написать отличный текст или снять супер-репортаж. Деньги и признание обязательно придут - если вы, действительно, хороший журналист. Тем более что конкуренция – опять употребим выражение «как ни странно» - невысока. Но журналисты не бывают богатыми, это тоже надо понимать.

- Объективности – не существует, это выдумка. Журналист должен стремиться не к объективности, но – к правде. Как уж это получится – второй вопрос, но стремиться – должен.

- Обмануть читателя – невозможно. Это не красивые слова, а важный элемент моей профессиональной философии, которую я пытался донести до людей во всех СМИ, которые когда-либо консультировал. Дураков в этом мире вообще довольно мало, это следует понимать каждому журналисту.

- Настоящая, честная, качественная журналистика крайне редко становится бизнесом. В Европе все, без исключений, качественные издания – дотируются. Журналистика – это область искусства, как театр, например, или кино, или картинная галерея. Нам бы тоже пора это, наконец, понять.

- У журналистского образования есть один существенный плюс и один не менее существенный минус. Плюс – это профессиональная тусовка: мы, например, практически с первого курса университета работали в настоящих СМИ. Минус – что это не образование, давайте называть вещи своими именами. Мне, когда это понял, пришлось получать второе. Молодым людям, которые хотят стать журналистами, я бы посоветовал получить любое системное образование – естественное, гуманитарное, техническое – но системное. Главред «Русского Репортера» Виталий Лейбин – химик. Что не помешало ему сделать лучший в стране журнал.

- Это, я знаю, прозвучит пафосно, но журналистика – это не работа, а миссия. И применительно к СМИ, и применительно к отдельному журналисту. Если вы так не считаете, то, значит, вы делаете фиговое СМИ, сами это прекрасно понимаете и просто тупо заколачиваете бабло.

- Журналист не может не быть патриотом. Чтобы профессионально писать о стране, эту страну для начала надо полюбить.

Журдом

Организация будет оказывать юридическую помощь представителям СМИ на безвозмездной основе

Она делает только самые первые шаги в профессии журналиста, но ее работы уже получили высокую оценку: совсем недавно Жанна Федорова и двое ее коллег по радиостанции стали лауреатами Государственной молодежной премии им. Олыка Ипая.

Журналист, ведущая многих программ «Эха Москвы» Ирина Воробьева  решила свести к минимуму свое участие в эфирах радиостанции. Об этом она сообщила на свойе странице в Facebook.

«Я приняла решение поменять основную работу. То есть, прекращаю работать на Эхе в полную силу. Ухожу с большей части эфиров. Решение это только мое, ничего страшного не произошло», - сообщила Воробьева.

Свое решение она еще две недели назад обсудила с главным редактором радиостанции Алексеем Венедиктовым. «Именно договорились, без хлопанья дверьми, без заявлений и прочего всего», - уточнила Воробьева.

Она отметила, что останется на ночном эфире со среды на четверг, а также ведущий программы «Чувствительно» по субботам. «Некоторое время буду ещё вести «Разбор Полёта», но это пока в отъезде Таня Фельгенгауэр, которая вернётся на эту программу. «Дневной разворот» вместо нас с Чиж будет вести другая пара. Со следующей недели «Блог-аут» также меняет ведущего, им станет Владимир Варфоломеев. «Кейс». Я очень люблю эту программу и отдаю ее в нежные руки Нино Росебашвили. Соответственно, я также больше не веду «Особые Мнения». «Утренние Развороты» закончились ещё до моего решения, вы знаете, что по пятницам теперь Антон ОрехЪ и Василий Уткин», - пояснила Воробьева.

Свое решение она объяснила усталостью. «Я очень устала ежедневно и ежечасно проверять себя на адекватность. Кажется, мой компас немного сломался и проверку адекватности по внутренним азимутам я не прохожу. То есть, просто перестала понимать, зачем я делаю то, что делаю. В марте как раз исполняется 10 лет, как я на Эхе. Так что можно назвать мой компас долгожителем», - сообщила ведущая.

Она добавила, что не планирует в будущем заниматься журналистикой. «Это будет не журналистика», — резюмировала она.

Ирина Воробьева работает на радиостанции «Эхо Москвы» с 2007 года. Постоянная ведущая передач «Блог-аут», «Кейс», «Разбор полёта», «Разворот», «Вахта» и другие.

Источник: текст и фото Jourdom.ru

Mic.com реструктурирует редакцию и увольняет пишущих журналистов, чтобы сделать акцент на производстве коротких видео.

На Всероссийском молодежном образовательном форуме «Таврида» в Крыму продолжили работу профильные школы, в рамках которых представители ведущих СМИ рассказали об особеннностях своей деятельности на телевидении, в Интернете и печатных изданиях.