Три десятилетия назад Ноам Хомский (профессор лингвистики в Массачусетском технологическом институте, автор генеративной лингвистики, наиболее успешной лингвистической концепции XX века — Roem.ru), который, по мнению одних, является самым гениальным и смелым из живущих сегодня интеллектуалов, а по мнению других относится к теоретикам антиамериканского заговора, представил резкую критику западных корпоративных СМИ в своей влиятельной книге «Manufacturing Consent» («Производство согласия»), написанной в соавторстве с Эдвардом С. Херманом. Когда я был подростком, книга сильно повлияла на восприятие мной мейнстрим-СМИ и в некотором отношении имела решающее значение в запуске Byline совместно с соучредителем Даниэлом Тудором. Мы полагали, что убрав рекламодателей и политическую ангажированность владельцев медиа, народное финансирование способно демократизировать медийный ландшафт и поддержать независимую журналистику.

В книге «Manufacturing Consent» Ноам Хомский утверждает, что западные корпоративные СМИ структурно связаны с «производством согласия» в интересах доминирующих, элитных групп в обществе. При помощи «фильтров», которые определяют, что должно стать «новостями» — включая владение СМИ, рекламу и информационную атаку, он показывает, как в якобы демократическом западном обществе пропаганда может проникать в «свободные» СМИ через самоцензуру. Тем не менее, с тех пор многое изменилось. Появился Интернет. Так называемые «классические» СМИ, которые по мнению Хомского «производили согласие», терпят крупные финансовые убытки. Подвергся ли анализ Ноама Хомского изменениям? Недавно я взял у него интервью в офисе Массачусетского технологического института, чтобы узнать его точку зрения о текущем медийном ландшафте.

***

Сын Юн Ли: Двадцать семь лет назад, в книге «Manufacturing Consent» вы написали, что главная роль СМИ в западных демократических обществах состоит в мобилизации общественной поддержки интересов элиты, которая управляет правительством и частным сектором. Тем не менее, многое с тех пор изменилось. В частности, можно утверждать, что Интернет радикально децентрализовал власть и подорвал мощь традиционных СМИ, а также привел к росту гражданской журналистики. К примеру, новости о Фергюсоне (имеются ввиду печально известные беспорядки — Roem.ru) появились на Twitter раньше, чем они были подхвачены медиа-организациями. Сделал ли Интернет вашу «Модель пропаганды» неактуальной?

Ноам Хомский: На самом деле, у нас есть обновленная версия книги, которая появилась около 10 лет назад. В ее предисловии мы как раз и обсуждаем этот вопрос. Думаю, я могу говорить и за своего соавтора, прочитайте введение, мы упоминали это. Есть и другие [изменения], такие, как сокращение числа независимых печатных СМИ — ситуация, четко бросающаяся в глаза.

Мы считаем, базовый анализ существенно не изменился. Да, Интернет предоставляет возможности, которые не были легко доступны прежде. И вместо того, чтобы пойти в библиотеку делать исследование, вы можете просто открыть свой компьютер. Обнародовать информацию стало определенно легче, распространять информацию можно по разным каналам. Все это открывает новые возможности и располагает своими недостатками. Но по большому счету, система сильно не изменилась.

Сын Юн Ли: Эмили Белл, директор Центра цифровой журналистики им. Тоу Колумбийского университета, в своем недавнем выступлении в Оксфорде сказала следующее: «Новости больше не принадлежат ньюсмейкерам. Пресса больше не является свободной прессой и потеряла контроль над основными каналами, через которые новости доходят до читателей. На общественность в настоящее время оказывает влияние небольшое число частных компаний, базирующихся в Силиконовой долине». Почти весь контент теперь публикуется на социальных платформах, и о том, как создаются и распространяются новости стоит спросить не Руперта Мердока, а Ларри Пейджа и Сергея Брина из Google или Марка Цукерберга из Facebook. «Производят» ли они согласие как и их коллеги из так называемых «классических» СМИ?

Ноам Хомский: Ну, в первую очередь, я не согласен с общим утверждением. Скажем, если я сейчас захочу выяснить, что происходит на Украине, или в Сирии, или Вашингтоне, я прочту The New York Times, другие национальные газеты, я посмотрю информацию у Associated Press, я почитаю британскую прессу и так далее. Я не буду ориентироваться на Twitter, потому что он мне ничего не даст. Он покажет мнения людей о многих вещах, но очень кратко и поверхностно, — ключевой информации я там не найду. И мне кажется, что всё в точности до наоборот: источники новостей стали уже.

Возьмем Бостон, где мы с вами сейчас находимся. В Бостоне была очень хорошая газета — The Boston Globe. Ее по-прежнему печатают, но это лишь слабое подобие того, чем она была двадцать или тридцать лет назад. У нее были бюро по всему миру, хорошие корреспонденты, и одно из лучших освещений событий Центральной Америки во время войны в Центральной Америке, и хорошее критическое освещение местных событий, и охват многих других тем. Подойдите к газетному киоску и посмотрите на то, что печатают сейчас. То, что вы увидите — это местные новости, статьи информационных агентств, статьи из The New York Times, откуда-то еще, и на этом все.

Во всей стране похожая ситуация, да и, на самом деле, во всем мире. Идет сужение журналистских источников о том, что происходит на земле. Это не означает, что статьи в NYT надо подвергать некритическому чтению, или статьи в The Guardian или The Independent, или где-либо еще. Конечно, их надо читать критически, но, по крайней мере, они есть. Есть журналисты там, где случаются основные события, но теперь их меньше, чем раньше. Происходит сужение источников новостей.

С другой стороны, присутствует компенсирующий фактор. Теперь (по сравнению с тем, что было двадцать лет назад) можно легко прочесть прессу из других стран. Вместо того, чтобы идти в библиотеку или к газетному киоску на Гарвардской площади с международной прессой, я могу прочитать новости в Интернете.

Есть много разных эффектов. Я уверен — Силиконовая долина и, например, Google, пытаются производить согласие. Если вы хотите купить какой-то товар, вы, к примеру, смотрите информацию о нем в Google. Мы знаем, как работает система его поиска. Первые сайты в списке — те, что платят за рекламу. Это не значит, что они самые важные. Но так проявляется их бизнес-модель, которая, конечно же, основана на рекламе, а реклама, по сути, является одним из фильтров [в нашей модели].

Я постоянно использую Google. Я рад, что он есть. Но читая The New York Times, или Washington Post, или Wall Street Journal, стоит понимать, что у них есть способы отбора и формирования материала, который меня интересует, все не просто так. Google и другие платформы проводят колоссальную разведку с целью получить персональные данные о пользователях и их привычках, а также понять, какую информацию предоставлять каждому из них. Они следят больше, чем это делает АНБ.

Сын Юн Ли: В своем эссе «Плохие новости о новостях» Роберт Г. Кайзер, бывший редактор Washington Post, пишет: «Новости подвергаются опасности. Аналогичное происходит и с демократическим правлением, которое находится в зависимости от продуктивных контролирующих новостных СМИ. Как те, так и другие были подорваны изменениями в обществе, нанесенными с помощью цифровых технологий — одной из самых мощных сил когда-либо созданных человечеством».

Не только самые крупные новостные организации, такие как The New York Times и Washington Post (который был продан основателю Amazon за 250 млн. долларов, и это была лишь малая часть от её же стоимости за несколько лет до этого) финансово страдают и не имеют четкого плана по выживанию, но и многочисленные местные газеты на территории Соединенных Штатов и Соединенного Королевства закрываются каждую неделю. Я знаю, вы считаете некоторые из этих организаций «производителями согласия», но как можно финансировать качественную журналистику в наш век цифровой технологий?

Ноам Хомский: А как финансируется BBC?

Сын Юн Ли: Общественностью.

Ноам Хомский: Возьмите Соединенные Штаты. Когда Соединенные Штаты были образованы, первая поправка (имеется ввиду первая поправка к Конституции, обеспечивающая свободу слова и прессы) имела двойную функцию: она освобождала производителя информации от государственного контроля, но она также давала людям право на информацию. В результате, если вы посмотрите на послевоенные законы, вы увидите, что они были разработаны с целью дать государственные субсидии журналам и попытаться достичь широкого спектра мнений, информации и прочего. Модель довольно разумна. И речь здесь идет о концепции отрицательной и положительной свободы. У вас есть только отрицательная свобода, т.е. свобода от внешнего контроля, или же у вас есть положительная свобода — свобода выполнять свои законные цели в жизни — получать информацию. Таким образом, происходила битва, которая велась на протяжении веков.

Сразу после Второй мировой войны в Соединенных Штатах начались дебаты и споры о том, следует ли СМИ выполнять двойную функцию — давать как свободу от определенного объема контроля — что было принято повсеместно — так и право на доступ к широкому спектру информации и мнений. Первая модель, которую иногда называют корпоративным либертарианством, победила. Вторая модель прекратила свое действие. Это одна из причин, почему в США чрезвычайно маргинальный бизнес в области национального радио, по сравнению с другими странами. Это связано с тем, о чем вы спрашиваете — альтернативная модель является общественной поддержкой наиболее широкому кругу информации и анализа. Она, думаю, должна являться основной частью функционирующей демократии.

Сын Юн Ли: Из-за отсутствия хорошей бизнес-модели, новые медиа организаций от Buzzfeed до Vice положили начало так называемой «нативной рекламе» — форме онлайн рекламы, которая стремится обмануть потребителей и убедить в том, что они читают «редакционный» контент, а не оплаченную рекламу. В основном, это касается рекламных статей. Как ни странно, даже прогрессивная газета The Guardian публикует спонсорский контент Goldman Sachs. Каково ваше мнение о естественной рекламе?

Ноам Хомский: Это [естественная реклама] подчеркивает и указывает на проблему, которая является серьезной, хотя и не должна была бы вообще существовать. Зависимость журнала от рекламодателей формирует, контролирует и в значительной степени определяет материал, который представляется общественности. Опять же, если вернуться к нашей книге, это является одним из фильтров.

Задумайтесь — сама идея зависимости от рекламодателя радикально искажает понятие свободной прессы. Если вы задаетесь вопросом о том, что такое коммерческие СМИ, не смотря ни на что — это предприятие. А предприятие всегда производит что-то для рынка. Производители в этом случае, почти без исключения, являются крупными корпорациями. Рынок — это другое предприятие — рекламодатели. Продукт, который представлен на рынке — это читатели (или пользователи), так что это в основном крупные корпорации, которые предоставляют читателей другим предприятиям. Это существенно формирует характер организации.

Вы можете прийти к данной мысли логически, а если исследуете этот вопрос подробно, увидите, что так оно и есть. И то, о чем вы сейчас говорите, указывает на то, что изначально не должно существовать.

Сын Юн Ли: Я был потрясен, увидев, результаты исследования международной PR-фирмы Edelman — могут ли читатели сказать, читают они рекламу или статью … 60% опрошенных не заметили, что читали рекламу.

Ноам Хомский: И это всегда было так. Эффект зависимости от рекламодателя и PR-фирм заметно отражается на том, что печатает СМИ, как в своих новостях, так и в комментариях. А как могло быть иначе, это ведь рынок.

Сын Юн Ли: Не так давно The Guardian и Washington Post обнародовали секретную информацию, переданную им Эдвардом Сноуденом, касаемо слежки Агентства национальной безопасности. Такая отчетность, несомненно, подрывает идею, «интереса элиты» (как вы бы его назвали), который доминирует над правительством и частным сектором. Это событие подрывает вашу пропагандистскую модель или является исключением из правил?

Ноам Хомский: Касаемо пропагандистской модели, обратите внимание — в книге мы ясно объясняем, что это первый шаг — и хороший шаг на пути к правильному функционированию СМИ. Также мы отмечаем, что есть много других факторов. В самом деле, если вы почитаете книгу «Manufacturing Consent», практически треть ее (которую, кажется, никто не читал) сводится к защите СМИ от критики так называемыми организациями за гражданские права — «Домом свободы» в данном случае. Это защита профессионализма СМИ и точности в передаче информации СМИ от суровой критики, говорящей о них как о предателях, подрывающих государственную политику. С другой стороны, нам стоило помнить, что они профессиональны в своем деле.

СМИ не понравилась подобная защита, потому что мы сказали, — а речь шла о Тетском наступлении (наступление коммунистических сил во время войны во Вьетнаме в 1968 году, переломившее её ход) — что репортеры были очень честными, храбрыми, точными и профессиональными, но их работа была сделана в рамках молчаливого согласия с системой пропаганды, бессознательно. Система пропаганды была на уровне «наши действия во Вьетнаме верны и справедливы». Она пассивно поддерживала доктринальную систему. Но, с другой стороны подрывала власть и показывала, что государственные требования ложны.

И возьмем, скажем, открытие Уотергейтского скандала или деловой коррупции. Один из лучших источников информации о бизнес-коррупции — это предприниматель. СМИ довольно часто разоблачает такие дела, но мир бизнеса вполне готов их терпеть. Деловой мир также готов терпеть разоблачение правительства, вмешивающегося в личную жизнь и деловую жизнь, которая их не устраивает, ведь им не нужно сильное и навязчивое государство.

Не стоит критиковать The Guardian и Washington Post за то, что они афишировали материалы Сноудена/Гринвальда — они конечно, должны были это сделать, будучи профессиональными журналистами. Есть много факторов, но мы выбрали факторы, которые посчитали очень значимыми, но не включили все, и по сути, мы дали контрпримеры.

Сын Юн Ли: Вы считаете это в некотором смысле контрпримером?

Ноам Хомский: Это не контрпример, а демонстрация того, что существует и нечто другое. Что вдобавок к основным факторам, есть еще и второстепенные, которые мы обсудили. Например, профессионализм и профессиональная честность, что тоже является фактором.

Сын Юн Ли: Как вы считаете, народное финансирование может помочь сделать журналистику более независимой?

Ноам Хомский: Я думаю, что это хороший общий принцип — почти все, что увеличивает разнообразие и выбор имеющихся СМИ является полезным. Конечно, этот особый подход будет иметь свои проблемы. Как и любой подход. Не существует идеального варианта без каких-либо проблем, связанных с ним, но в целом: чем шире диапазон разнообразия в том, что доступно, тем лучше.

Сын Юн Ли: Скажите, каково ваше мнение о еженедельнике Charlie Hebdo? Каково ваше мнение о принципе «свобода слова при любых обстоятельствах»?

Ноам Хомский: Ну, я считаю, что мы должны решительно поддерживать свободу слова. Я думаю, что одной из хороших вещей в Соединенных Штатах, кстати, в отличие от Англии, является то, что здесь защита свободы слова гораздо сильнее. Но свобода слова не означает отсутствие ответственности. Так, например, я за свободу слова, но если кто-то решил повесить большой баннер на Таймс-сквер в Нью-Йорке, прославляя отправку евреев в газовые камеры, я не думаю, что это должно быть остановлено государством, но я и не одобряю подобное.

Сын Юн Ли: Также, в отношении конкретного инцидента Charlie Hebdo — как вы считаете, карикатуристам не хватало ответственности?

Ноам Хомский: Да, я думаю, что они вели себя как испорченные подростки, но это не оправдывает их убийства. Я мог бы сказать то же самое о многом, что появляется в прессе. Я думаю, безответственность часто играет роль. Например, когда пресса в Соединенных Штатах и Англии поддержала худшее преступление века — вторжение в Ирак. И действие это было намного безответственнее чем ситуация с Charlie Hebdo. Это привело к разрушению Ирака и распространению межконфессионального конфликта, который разрывает регион на мелкие куски. Это преступно. Агрессия является высшим международным преступлением, ведомым международным правом. Поскольку пресса поддерживала эти действия, она вела себя глубоко безответственно, но я не думаю, что прессу стоит останавливать.

roem

Оригинал интервью за авторством Сын Юн Ли (Seung-yoon Lee) размещен на сайте Byline.com. Перевод — Interweb Pro.

Медиапотребление в России выросло до 8,5 часа

Телевидение остается самым популярным средством получения информации, однако быстрее всего растет число тех, кто предпочитает получать информацию online

В 2014 году россияне в среднем проводили с различными медиа (газеты и журналы, радио, ТВ, интернет) около 8,5 часа в сутки. При этом интернет-СМИ активно вытесняют традиционные. Такие данные получили специалисты агентства Havas Media на основании исследования данных TNS Gallup Media и Synovate Comcon (имеется в распоряжении «Известий»). В прошлом году среднестатистический россиянин тратил 4 часа на ТВ, почти 3 часа на радио, 1,5 часа на интернет и около 10 минут на чтение журналов и газет. Эксперты прогнозируют, что в 2015 году россияне будут проводить с медиа в среднем 9 часов, при этом популярность Всемирной паутины как основного двигателя медиасферы будет расти.

Россияне во всех возрастных группах тратят все больше времени на общение и чтение новостей в Сети, одновременно сокращая время потребления традиционных СМИ. Телевидение остается популярным средством получения информации у взрослого населения — аудитория «45+» проводит у экранов более 5 часов. Молодежь до 25 лет, на которую в основном и ориентируются рекламодатели, напротив, отказывается от ТВ и предпочитает теле- и радиопередачи online. К прессе теряет интерес ее основная аудитория (25–65 лет), представители этой возрастной группы переходят на оперативные источники информации в интернете. Такие данные приводят в своем исследовании эксперты Havas Media.

Интернет вытесняет традиционные СМИ

В общей сложности в интернет, по данным агентства Havas Media, ежедневно выходят более 34 млн россиян (аудитория «18+»). Самыми активными интернет-пользователями являются россияне в возрасте от 18 до 24 лет.

За последние 3 года стабильно растет время, которое россияне проводят в Сети. При этом значительный скачок роста наблюдается именно в 2014 году — показатель среднего времени, которое пользователи находятся online, увеличился на 18% по сравнению с 2013 годом.

Если в 2012 году молодые люди до 24 лет ежедневно тратили на интернет в среднем более 1,5 часа, то в 2014-м — уже около 2 часов. Активность своего присутствия в Сети также увеличивают и представители возрастной аудитории «45+» — в 2014 году старшее поколение проводило в интернете в день более часа.

Самым популярным занятием в Сети у россиян является чтение новостей. О происходящем в России и мире из интернета узнают более 20 млн россиян (аудитория «18+»). На втором месте — просмотр телепередач через интернет. Так свое время в Сети проводит четверть молодого населения (18–24 года). Радио в интернете слушают около 5 млн россиян, из них 80% — аудитория до 44 лет.

На последнем месте — online-чтение версий газет и журналов — более 1,2 млн россиян в возрасте от 18 до 44 лет и почти полмиллиона представителей старшего поколения.

Россияне чаще всего используют смартфоны, чтобы быть online

Согласно проведенному опросу, в 2014 году россияне чаще всего выходили в интернет при помощи мобильных телефонов, стационарных компьютеров и ноутбуков. 94% молодых людей (до 25 лет) используют для выхода в сеть смартфоны. Более старшая аудитория (от 25 до 64 лет) отдает предпочтение стационарным компьютерам и ноутбукам.

Активно набирает популярность еще один способ быть online — телевизор с возможностью выхода в интернет (Smart TV). Уже около 6,5 млн разновозрастного населения России выходит в Сеть с помощью высокотехнологичных телевизоров.

Гендиректор Havas Media Елена Белова отмечает, что спрос молодой аудитории (18–24 года) и возрастного сегмента (45–64 года) на данный способ связи с интернетом одинаков — 24%.

— Мы видим в этом факте потенциал развития для Smart TV. Ведь, как и крупные online-кинотеатры, большинство федеральных телеканалов уже устанавливают на телевизорах ведущих торговых марок, предназначенных для Smart TV, свои лицензионные приложения для просмотра ТВ-эфиров, — отмечает Белова.

Телевидение — «привычка» взрослых

Телевидение пользуется неизменной популярностью у представителей старшей возрастной группы («45+») — в 2014 году каждый россиянин этой группы в среднем провел у телевизора более 5 часов в день. Взрослая аудитория (25–15 лет) смотрит телепередачи на 1,5 часа меньше, а молодежь до 25 лет — на три часа меньше. Эксперты объясняют падение показателей по телесмотрению среди молодежи низким уровнем доверия к «ящику».

По мнению аналитика компании «Финам» Тимура Нигматуллина, высокая популярность ТВ у старшей возрастной аудитории связана с происходящими геополитическими и экономическими событиями. Взрослая аудитория предпочитает получать информацию из выпусков теленовостей и топовых передач.

— Однако у молодой аудитории ТВ как источник информации по-прежнему пользуется достаточно низким доверием. Возможно, это обусловлено особенностями позиционирования и сравнительно низким качеством контента, — полагает эксперт.

Радио — неизменный спутник автомобилистов

Среди всех возрастных групп наблюдается падение интереса к радиослушанию, причем этот показатель стабильно снижается с 2010 года.

В среднем каждый россиянин вне зависимости от возрастной группы слушает радио 2,5–3 часа в день. Популярнее этот вид медиапользования у представителей среднего поколения (25–44 года), меньше всего слушают радиостанции россияне старшего возраста («45+»).

— У молодой аудитории (18–24 года) время прослушивания радио в сутки уменьшилось на 3% по сравнению с 2013 годом. При этом можно проследить, что у молодой аудитории существует тренд перетекания в online и уже около 20% молодого населения слушают радио в Сети, — отмечает Елена Белова.

Неизменными слушателями радио являются автовладельцы — согласно опросу, в 2014 году 13 млн россиян всех возрастов слушали радио именно в машине. В домашних условиях радио пользуется гораздо меньшей популярностью — в прошлом году приемник включали всего 7,7 млн респондентов.

Аналитик Тимур Нигматуллин отметил, что падение популярности радио носит устойчивый тренд еще с 2010 года.

— Я связываю это с ухудшением экономической ситуации. Радио часто слушают в автомобилях, а их продажи находятся под давлением из-за дорогих кредитов и не повышающихся доходов населения. Тем более последние годы в крупных городах растет популярность общественного транспорта. Также современные мобильные гаджеты всё реже поддерживают радио, стимулируя пользователей платить за медиаконтент, — пояснил эксперт.

Трехминутный интерес

Среднее и старшее поколение, которое исторически является постоянной аудиторией печатной прессы, начинает терять к ней интерес. Больше всего печатную прессу читают россияне от 45 до 65 лет, однако за последние 3 года даже они уделяют ей всё меньше и меньше времени. Время на чтение газет и журналов сократилось на 4% за 2014 год.

Гендиректор Havas Media Елена Белова объясняет это тем, что представители старшего возрастного сегмента уже активно осваивают интернет и начинают переход на потребление информации online.

Интересен выбор представителей молодого поколения в отношении газет и журналов. По сравнению с 2013 годом показатель среднего времени, которое россияне тратят на журналы, выросло, а на газеты — не изменилось.

— Динамика чтения прессы населением России за 4 последних года показывает, что самое незначительное уменьшение интереса к печатной прессе наблюдается у наиболее молодого сегмента аудитории (18–24 года). Конечно, доля читателей газет и журналов данного возраста была и остается незначительной, однако те, кто все-таки предпочитает печатные выпуски online-номерам, демонстрируют определенную стабильность выбора, — отмечает Белова.

Аналитик Тимур Нигматуллин, в свою очередь, объясняет интерес к глянцевым изданиям у аудитории от 18 до 24 лет наличием достаточно качественного контента.

— К тому же многие журналы активно развивают свои интернет-сервисы, увеличивая охват аудитории, — добавил он.

В целом эксперты сходятся во мнении, что время, которое россияне ежедневно тратят на медиа, продолжит увеличиваться — на 2–3% в год. А среднестатистический россиянин будет тратить в 2015 году около 9 часов на медиасреду ежедневно. При этом ведущим направлением станет именно интернет. Причин возрастающей популярности интернет-потребления несколько. Во-первых, в связи с экономической ситуаций рекламодатели переключают свое внимание с традиционных СМИ на Сеть, что, в свою очередь, дает возможность для создания оригинального качественного интернет-контента. Во-вторых, растет доступность подключения ко Всемирной паутине для всех категорий населения — увеличивается количество провайдеров, снижается стоимость пользования Сетью, а также растет число недорогих гаджетов, с помощью которых всегда можно быть online. Еще одним немаловажным фактором является оперативность получения информации из новостных лент и сетевых издания.

— Сложившаяся ситуация в медиасфере напоминает период 2008 года, во время предыдущего экономического кризиса. Значительно сократился рынок рекламы на телевидении. Поэтому на новый телевизионный сезон (начнется в августе-сентябре) крайне пессимистичные прогнозы — денег на крупные проекты и новые сезоны сериалов не хватает, поэтому в эфире будет много повторов. Однако эта ситуация положительно сказывается на интернет-сфере. Рекламодатели с ТВ переходят в интернет, следовательно, в Сети будут появляться новые качественные продукты, которые помогут переманить аудиторию, — поясняет медиаэксперт Антон Коробков-Землянский.

Как отметил эксперт, увеличение аудитории «45+» в Сети можно объяснить в том числе и естественным процессом.

— К этой категории с возрастом стали относиться люди, которые уже знакомы с интернетом с 30 лет. Также дешевеет месячная абонентская плата и доступность услуги — в каждом доме есть 2–3 провайдера, — поясняет Коробков-Землянский. — Тенденция использования мобильных телефонов для выхода в интернет объясняется и их возросшей доступностью для всех категорий населения. Если раньше хороший телефон стоил в пределах одной месячной зарплаты — 30 тыс. рублей, то сейчас можно купить гаджет с доступом в Сеть в гораздо дешевле. Покупают телефоны и пенсионерам в качестве подарков, чтобы они были в курсе новостей.

Также Коробков-Землянский отметил, что старшее поколение сейчас активно присоединяется к площадкам в соцсетях.

— Соцсети насыщены практически на 100% сверхмолодыми пользователями — школьниками и студентами, а вот старшее поколение только начинает занимать эту нишу, — пояснил эксперт. — Также с экономической точки зрения через приложения наподобие Skype можно бесплатно общаться с родственниками и друзьями, поэтому интернет-общение постепенно вытесняет телефонную связь.

Финансовый аналитик ИХ «Финам» Тимур Нигматуллин отметил, что спрос на оперативные источники информации в Сети — соцсети, новостные ленты — сильно возрос в условиях геополитической напряженности и валютной паники.

— На мой взгляд, в ближайшие 5 лет медиапотребление в РФ будет расти на 2–3% в год. Драйвером роста будет интернет-медиапотребление. В 2015 году медиапотребление среднестатистического россиянина составит 550 минут в день, то есть около 9 часов, — считает Нигматуллин. — В прошлом году столь значительный рост интернет-медиапотребления по всем ключевым возрастным категориям был обусловлен несколькими факторами. В первую очередь, сказался рост степени проникновения широкополосного доступа (ШПД) в интернет. Например, проникновение ШПД в Москве уже составляет около 90%, а в среднем по России — 58%. Во-вторых, увеличились продажи недорогих мобильных телефонов и дешевых тарифов мобильных операторов, что способствовало росту популярности мобильного интернета.

Татьяна Бородина

Известия

Фото: Екатерина Штукина

Популярные сайты хотят обязать регистрироваться как СМИ

В Общественной палате обсудят инициативу, которая не позволит иностранцам контролировать такие ресурсы

Участник проекта Общественной палаты «Перспектива», публицист и зарегистрированный блогер из Екатеринбурга Сергей Колясников предлагает обязать порталы массовой посещаемости (у них должно быть как минимум 200–300 тыс. уникальных пользователей в день) регистрироваться в качестве СМИ. Во вторник его инициативу обсудят в Общественной палате РФ. После этого она будет доработана с учетом мнений, которые выскажут игроки рынка, и будет направлена в Госдуму. По словам Сергея Колясникова, цель предложения придать популярным новостным порталам статус СМИ — не допустить контроля за ними иностранцев. Если такие сайты будут зарегистрированы как СМИ, они не смогут более чем на 20% принадлежать иностранным акционерам.

По словам Сергея Колясникова, регистрироваться как средства массовой информации должны будут популярные порталы, которые «имеют признаки СМИ в соответствии с законом о СМИ». Формулировка может быть доработана после обсуждения с экспертами и игроками рынка. Ранее предлагалось признавать сайты «массово посещаемыми», если на них заходят 10 тыс. уникальных пользователей в день.

— Планка однозначно должна быть повышена. Иначе закон либо будет исполняться абы как, либо надо создавать отдельную структуру для контроля, — сказал Сергей Колясников.

По его словам, новой планке посещаемости будут соответствовать новостные порталы многих российских городов.

— Например, это портал Екатеринбурга Е1.ru — у него посещаемость до 500 тыс. человек в сутки. То есть можно сказать, что в течение месяца на него заходит весь город. Или новосибирский портал ngs.ru с посещаемостью до 400 человек в сутки, — говорит блогер. — Некоторое время назад я лично общался с главным редактором Е1.ru, и он сказал, что портал не зарегистрирован как СМИ. На сайте ngs.ru также не указано, что он зарегистрирован как СМИ, и есть все основания полагать, что так оно и есть.

Как пояснил Сергей Колясников, эти сайты, как и многие другие новостные порталы, принадлежат Hearst Shkulev Media — «дочке» американской Hearst Corporation.

— Если они будут зарегистрированы как СМИ, то доля иностранного участия не сможет составлять более 20%, — сказал блогер.

Напомним, в ноябре 2014 года президент Владимир Путин подписал поправки в закон о СМИ, в соответствии с которыми максимально возможная доля иностранных акционеров в капитале российских СМИ может составлять 20%. Ранее в России иностранцам позволялось выступать владельцами до половины капитала интересующего их СМИ. Закон предусматривает переходный период до января 2017 года, позволяющий российским СМИ с иностранным участием привести состав учредителей в соответствие с принятыми новшествами. По словам одного из авторов закона — Вадима Деньгина, под действие документа подпадает порядка 30 средств массовой информации, работающих в России, в том числе издания Forbes, «Коммерсант», «Ведомости».

— Против России идет информационная война, — сказал Сергей Колясников. — Не секрет, что она инициирована в том числе США. В последние годы все мы видели примеры «цветных революций», которые делались в том числе с помощью интернета. И раз такая ситуация сложилась, ключевые новостные порталы необходимо поставить под закон о СМИ.

Сейчас, по словам блогера, именно городские новостные порталы нередко дают оппозиционную и не всегда корректную точку зрения на происходящие события. Если сайт не будет зарегистрирован как СМИ, теоретически его можно будет заблокировать — даже если он переедет на иностранную площадку. Блогер добавил, что под новые поправки не должны попасть нишевые порталы вроде сайта любителей кошек, а также интернет-магазины.

Пресс-секретарь Роскомнадзора Вадим Ампелонский сказал, что до тех пор, пока общественники не сформируют свою окончательную позицию с учетом тех мнений, которые прозвучат в Общественной палате и в ходе дальнейшей дискуссии, Роскомнадзор воздерживается от комментарием по поводу этой инициативы.

Светлана Башарова

Известия

Какой путь и куда прокладывала страна от горбачевской гласности до путинской стабильности

Каково это – быть главным редактором самого скандального журнала своей страны? Особенно если эта страна – Италия.

Что позволительно, а что нет для желтой прессы? Почему редактор имеет моральное право публиковать даже те фотографии, которые наверняка вызовут общественное осуждение? Мы беседуем с бывшим руководителем итальянского журнала Chi.

Одно из самых скандально известных изданий Европы – это итальянский еженедельный журнал Chi («Кто»), который является одним из самых крупных покупателей фотографий, сделанных папарацци. При этом журнал (http://www.mondadori.it/Il-Gruppo/Periodici/Italia/Chi), дорвавшись до чего-то действительно скандального, не жалеет своих страниц, раскрывая тему во всех подробностях.

За последние восемь лет число россиян, не доверяющих иностранным СМИ, увеличилось в семь раз — до 50 процентов. Об этом свидетельствует всероссийский опрос, проведенный ВЦИОМ, сообщает «Интерфакс».

В 2007 году аналогичный опрос ВЦИОМ показал, что только 7 процентов жителей России не доверяют зарубежным СМИ. В то же время доверие россиян к центральной российской прессе осталось на уровне 2007-го. 75 процентов опрошенных доверяют и «скорее доверяют» центральному телевидению, 54 процента — федеральной прессе, информации по радио доверяют 52 процента респондентов.

Телевидение для жителей России по-прежнему остается основным источником новостей. Местному ТВ доверяют 66 процентов респондентов, региональному радио — 47 процентов, местной прессе верит каждый второй опрошенный. За последние два года россияне стали реже черпать информацию о происходящем из газет. По данным ВЦИОМ, новости в газетах читают 3 процента респондентов, в 2013-м их было 7 процентов.

43 процента россиян считают достоверными источниками новостные, аналитические и официальные сайты. Однако в случае спорной трактовки каких-либо событий 55 процентов опрошенных охотнее воспримут версию, высказанную по телевидению. Интерпретациям интернет-ресурсов «скорее поверят» только 18 процентов респондентов.

Опрос проводился 2-3 мая среди 1600 человек в 130 населенных пунктах 46 регионов России.

Фото Глеб Щелкунов / «Коммерсантъ»

Лента.ру

Через неделю 25 мая Федеральная антимонопольная служба (ФАС) РФ запускает лабораторию, которая будет выявлять слишком громкую рекламу на радио и ТВ.

Об этом рассказал журналистам замруководителя ФАС Андрей Кашеваров. По его словам, она сможет отслеживать порядка 80 роликов в сутки. Замминистра связи и массовых коммуникаций Алексей Волин добавил, что, начиная с 25 мая, жители смогут жаловаться на слишком громкую рекламу в ФАС.

По словам Кашеварова, лаборатория будет работать 22 часа в сутки. Специальная программа будет записывать по 15 минут эфирного времени каждого канала. "Будет записываться сам рекламный блок - три-пять минут, пять минут до него и пять минут после. Записи обработают автоматически, по результатам будет сформирован протокол. Таким образом, лаборатория в сутки промониторит порядка 80 роликов", - отметил Кашеваров. По словам замруководителя ФАС, планируется проверить все каналы, и федеральные, и кабельные. Но, кроме плановых проверок, ведомство начнет откликаться на обращения и жалобы жителей.

Как пояснил замминистра связи и массовых коммуникаций РФ Алексей Волин, жаловаться на громкую рекламу зрители и слушатели смогут в антимонопольную службу. "Когда поступит жалоба, канал поставят на мониторинг. Если приборы покажут разность шума в обычном эфире и во время рекламы, это основание для предписания ФАС", - отметил Волин.

По его словам, к жалобе граждане не должны прикладывать запись эфира, так как если нарушения есть, то они происходят постоянно. "Если на канале ставят рекламу выше громкости фона, это ловится при первой же проверке", - пояснил Волин.

25 мая 2015 года вступают в силу поправки в закон "О рекламе", согласно которым громкость звука рекламы и анонсов в телевизионных передачах и на радио не должна превышать средний уровень громкости самих передач. Федеральная антимонопольная служба уже рассчитала, что допустимая громкость звука рекламных роликов и анонсов не должна превышать 1,5 децибел.

Креативный продюсер "Москвы 24" Тимур Валеев пояснил, что телеканал готов к новым требованиям, и звук будет выдаваться в эфир с учетом технических характеристик, установленных законом. "Всем рекламодателям мы уже выслали эти требования, если они не будут соответствовать закону, будем возвращать ролики обратно", - отметил он.

По словам Валеева, реклама на телевидении была слишком громкой не из-за повышения громкости звука, а из-за изменения других параметров. "До крайних пределов доводились такие показатели, как плотность и яркость звука. Таким образом он не был громче, но воспринимался так из-за большей плотности. К примеру, если бы в эфире играл один инструмент, а во время рекламы весь оркестр", - пояснил он.

А вот президент Ассоциация коммуникационных агентств России (АКАР) Алексей Ковылов утверждает, что не рекламодатели увеличивают громкость роликов, а сами телеканалы. "Это инициатива каналов, которые хотят повысить эффективность просмотров роликов. По моему опыту, продюсерские компании не получают заказов с пожеланиями усилить звуковую часть рекламы. В целом новый закон положительно отразится на рекламе, так как сейчас многие вообще выключают звук, чтобы не слышать громкие блоки", - пояснил он.

Юрист ОЗПП "Общественный контроль" Мария Свиридова отметила, что в общество защиты прав потребителей приходят обращения по поводу странных перепадов громкости на ТВ. "Многие горожане не знают о такой "уловке" и настраивают звук для себя, но внезапно он прерывается громкой рекламой. С точки зрения здравого смысла, а теперь и закона, превышения звука - недопустимое явление. Пользователь платит за антенну и радиоточку, и вместе с платной услугой ему навязывают рекламу, от которой он не может отказаться, в этом случае она хотя бы не должна еще больше раздражать", - пояснила Свиридова.

Автор Марина Курганская

M24

Нишевые проекты заставят работать по стандартам

Small media не дают покоя большим конкурентам. В недрах Института развития интернета созрела идея отрегулировать интернет-издания без лицензии СМИ. Участники организации обратили внимание на ресурсы, которые не зарегистрированы в Роскомнадзоре, но занимаются размещением новостного контента и имеют полноценные редакции.