В течение 2017 года международная правозащитная группа «Агора» зарегистрировала 115 706 фактов ограничения свободы интернета в России.

В начале ноября правительство утвердило правила регистрации в мессенджерах, которые вступят в силу весной 2019 года. Они привяжут всех пользователей мессенджеров к абонентским номерам мобильных телефонов, а через операторов сотовой связи — к паспортным данным. Доступ к мессенджерам смогут получить по специальному запросу ФСБ, МВД, ФСО, СВР и ФСИН. Несмотря на обещание главы Роскомнадзора обеспечить тайну переписки, нет никакого закона, ограничивающего доступ спецслужб и государственных органов к личным сообщениям пользователей. Зато есть «Пакет Яровой», предполагающий, что интернет-сервисы обязаны предоставлять доступ к переписке пользователей по запросу ФСБ, и статья, предусматривающая уголовную ответственность за возбуждение ненависти по расовым и религиозным принципам.

По данным ФСИН, на 21 ноября по 282 статье УК РФ реальный срок отбывают 36 человек. 282 статья Уголовного кодекса РФ предусматривает штраф в размере от 300 000 до 500 000 рублей либо лишение свободы на срок от двух до пяти лет за возбуждение ненависти и вражды по расовым или религиозным принципам. «282 статья — это практически всегда за высказывания в той или иной форме», — говорит директор информационно-аналитического центра «СОВА» Александр Верховский (этот центр занимается проблемами национализма и ксенофобии, взаимоотношения религии и общества в России). Однако не все эти люди осуждены за провокационную интернет-активность. «По нашим прикидкам, 95% из этих высказываний делаются онлайн, но это прикидки, естественно, на основе неполных данных», — поясняет Верховский.

По словам Верховского, никто не ведет подсчетов, сколько осужденных получили срок за свои действия в интернете. Зачастую фигуранты дел попадают в тюрьму не только за онлайн, но и за оффлайновую активность. «Более того, я уверен, у многих из этих 36 заключенных статья 282 — не единственная и даже не основная. У них «букет», в котором основные цветочки — разное насилие», — говорит Верховский.

15 ноября Госдума в первом чтении приняла поправки к 282 статье по декриминализации репостов. После принятия поправок уголовная ответственность за экстремизм в интернете или СМИ будет наступать в том случае, если нарушение будет совершено повторно в течение одного года.

Помимо 282-й, существуют статьи 280 и 280.1 — публичные призывы к осуществлению экстремистской деятельности или к нарушению территориальной целостности РФ, — и 205.2 — за публичные призывы к осуществлению террористической деятельности или публичное оправдание терроризма. «В принципе за высказывания еще можно вменять 354.1 (реабилитация нацизма) и первые две части 148 (за оскорбление чувств верующих), — объясняет Верховский. — Но сомневаюсь, что там есть реально сидящие».

В 2017 году в УК РФ появилась еще одна статья, связанная с интернетом, — 274.1 — «Неправомерное воздействие на критическую инфраструктуру Российской Федерации». Она появилась после того, как в системе блокировок Роскомнадзора обнаружилась системная уязвимость, позволяющая любому лицу произвольно вносить под блокировку IP-адреса популярных ресурсов.

По данным «Агоры» (юристы этой группы вели дело мессенджера Telegram в суде), реальные сроки за активность в интернете отбывают около 100 человек: 18 были осуждены в 2015 году, 32 — в 2016-м и 48 — в 2017 году, в том числе 5 человек — с принятием принудительных мер медицинского характера (то есть помещение в психиатрическую клинику). При этом число проходивших по подобным уголовным делам подозреваемых возросло за это время вдвое — с 202 до 411.

«Есть два направления работы следователей, — объясняет юрист «Агоры» Дамир Гайнутдинов, — по интернет-активистам (за ними следят постоянно) и по статистике. Учет статистики ведется в большей степени по социальной сети «ВКонтакте». Специально для этой работы в регионах активно закупается оборудование для мониторинга соцсетей». По данным «Агоры» зачастую ручным мониторингом соцсетей занимаются так называемые «кибердружинники» — члены добровольной молодежной организации. На сайте «Кибердружины» говорится, что в ней состоит 20 000 человек в 32 регионах России. Впрочем, пожаловаться на любой контент в организацию можно и анонимно. По словам Дамира Гайнутдинова, главной целью поиска является выявление экстремизма.

Кибердружинники или сотрудники МВД, осуществляющие ручной мониторинг социальных сетей и сайтов, при обнаружении контента, который, как они считают, носит «экстремистский» характер, могут написать заявление, после чего будет запущена проверка с привлечением лингвистов. Если по итогам проверки контент действительно будет признан экстремистским, то против автора или пользователя, сделавшего репост у себя на странице, будет возбуждено дело, а Роскомнадзор его заблокирует. «Роскомнадзор к уголовным делам отношения не имеет. Это ведомство лишь исполняет решение суда, — объясняет Дамир Гайнутдинов. Единственным случаем, когда Роскомнадзор выступал инициатором судебного разбирательства, на сегодняшний день остается дело Telegram.

Согласно статье, неправомерными могут считаться действия, «совершенные публично или с использованием интернет». «То есть возбуждение ненависти в интернет-сообщениях тоже годится, — говорит Дамир Гайнутдинов. — Во-вторых, есть постановление пленума ВС по делам об экстремизме, в котором говорится, что «вопрос о публичности … должен разрешаться судами с учетом места, способа, обстановки и других обстоятельств». Так что не вижу никаких препятствий к тому, чтобы использовать переписку. Тут, правда, возникает вопрос законности получения доказательства, но у наших судов с этим никогда проблем не бывает». В этом случае «Пакет Яровой» и правила регистрации в мессенджерах от 6 ноября смогут гарантировать законность получения доступа к переписке.

Источник: Екатерина Кинякина, текст и фото Forbes.ru