Ошибка
  • JUser: :_load: Не удалось загрузить пользователя с ID: 85
  • JUser: :_load: Не удалось загрузить пользователя с ID: 103

МедиаПрофи - mediaprofi.org

Москва 16:56 GMT +3 Вторник 17-07-2018
USD 62.256 -0.037 ↓
EUR 72.796 0.33 ↑
+14˚C (днем +17˚C, ночью +10˚C)
Ветрено, переменная облачность

В РАМТ в Москве прошел юбилейный конкурс "Мисс Русское радио" 2015. В конкурсе приняли 24 участницы из городов вещания "Русского радио". Победительницей стала Анастасия Пинчук из Владивостока. 

Сергей Кожевников вручает корону Анастасии Пинчук

Сергей Кожевников наградил Анастасию Пинчук титулом Мисс Русское радио 2015

Российское радиовещание переживает не самые легкие времена. Непрерывный поток информации о сокращениях рекламных бюджетов и доходов ведущих радиостанций создает гнетущее впечатление о перспективах радиобизнеса. Однако не все подчиняются панике и в сложный для индустрии период находят возможность тратить деньги с пользой для бренда. Именно так сделало "Русское радио" и провело свой знаменитый конкурс красоты.

Аншлага вчера в РАМТ не было, однако, пустые места в зале в глаза не бросались. Людей было ровно столько, чтобы все могли получить удовольствие от шоу на сцене. И оно получилось увлекательными и даже забавным, благодаря некоторым активным знаменитостям и зрителям в зале.

Болельщики участниц и гости конкурса были в приподнятом настроении, потому что в фойе угощали бесплатными алкогольными коктейлями. Было сделано все, для того чтобы все прошло на самом высоком уровне и градусе. Немного напрягала духота в театре, впрочем, это к самому конкурсу "Мисс Русское радио" не имеет отношения.

Как это обычно бывает на подобных мероприятиях, соревнование красавиц прерывают выступления популярных артистов. В ударе был Сергей Зверев, который из своего номера сделал настоящее шоу и вывел на сцену симпатичных зрительниц. Они станцевали вместе с ним под песню "Больше гламура".

Среди звезд, которые пришли поддержать конкурс "Русского радио" были Сергей Лазарев, Глюкоза, М-band, БандЭрос, ВиаГра, Анита Цой и другие известные артисты. Среди радиоведущих "Русского радио", посетивших светское мероприятие были замечены Дмитрий Оленин и "перчинка" Алиса Селезнева, которая особенно радовалась победе девушки из Владивостока.

Что касается самого конкурса, он состоял из нескольких появлений девушек на сцене, самым ярким из которых, конечно, было дефиле в купальниках. Хотя именно этот зажигательный номер резко выделил девушек, умеющих хорошо двигаться под музыку. Имевшие танцевальные навыки красавицы попали в финал.

В конце конкурса была длинная череда награждений, в которой показалось призы получили все девушки, собравшиеся на сцене. Однако главный приз достался самой-самой. Королевой красоты этого вечера и "Русского радио" до следующего конкурса стала Анастасия Пинчук из Владивостока, смотрите фоторепортаж.

Алексей Зверев

Фото: Е. Зверева

Подробнее ...

"Почта России": появился свет в конце тоннеля

Автор   Опубликовано 16-06-2015 в История успеха   Всего комментариев: 0
За два года выходец из «Tele2 Россия» Дмитрий Страшнов и его команда сделали то, что не удавалось никому из их предшественников.

Еще в конце апреля 2013 г. из-за скандала, вызванного скоплением 500 т посылок в аэропорту «Шереметьево» и полным коллапсом международного почтового обмена, генеральный директор «Почты России» Александр Киселев был оправлен в отставку, а на его место был назначен бывший президент телекоммуникационной компании «Tele2 Россия» Дмитрий Страшнов. Новоявленный генеральный директор привел в почту нескольких бывших соратников из Tele2, а часть топ-менеджеров переманил из крупных компаний. В том числе и Алексея Скатина, бывшего директора по логистике пивоваренной компании «Балтика», а ныне директора по логистике «Почты России». «Я не понимал тогда, настолько запущена проблема. По Москве вовремя доставлялось лишь каждое 30-е письмо», – вспоминает Скатин. Задача менеджера была разобраться, почему почта доставляется так медленно.


По данным «Почты России», в 2014 г. объем доставленных посылок вырос в 1,6 раза по сравнению с 2012 г. 


Государства в государстве

«Первое мое впечатление от «Почты России» – разобщенность», – рассказывает Скатин. Ее филиалы – Главный центр магистральных перевозок почты (ГЦ МПП), Автоматизированный сортировочный центр (АСЦ) и компания экспресс-доставки EMS – между собой не общались. У каждого филиала были собственные бухгалтерия, кадры, IT, свои департаменты транспорта и сортировки. Первое совещание с руководителями филиалов состоялось, когда тонны посылок еще лежали чуть ли не на взлетно-посадочных полосах, вспоминает Скатин: «Мы входим в терминал в «Шереметьево», а там посылки на нас просто падали сверху. И вот руководители ГЦ МПП, АСЦ и центра в Подольске друг с другом при мне начали выяснять отношения, кто что не сделал. Я слушаю и понимаю, насколько разобщена цепочка». Задача нового топ-менеджмента была сделать так, чтобы филиалы поняли, что у них общая цель. Они начали проводить ежедневные планерки с филиалами. Страшнов первое время сам проводил эти совещания, слушал, кто что говорит. Сейчас в ежедневных селекторных совещаниях в 9 часов утра участвуют 70 руководителей ключевых объектов: аэропортов, вокзалов, сортировочных центров, ключевых транспортных узлов и автобаз. Когда всех начальников свели вместе, скрывать проблемы стало невозможно. Выяснили массу нюансов. Филиалы скрывали друг от друга информацию. Например, рассказали в «Почте России», в Подольске у почты большой сортировочный центр и там постоянно стояло 200 машин в очереди. Когда стали выяснять, почему они там все время стоят, оказалось, что на этом терминале в Подольске укомплектованность персоналом составляла 50%. Руководство центра скрывало этот факт, потому что независимо от численности персонала осваивало 100% фонда оплаты труда. При этом сортировщики получали по 20 000 руб. в месяц. В результате руководители филиалов начали уходить, а в ГЦ МПП и АСЦ руководство было сменено сразу же.

Таможня дает добро

Затем новая команда занялась нормализацией отношений с таможней, испортившихся во время коллапса 2013 г. А от таможни зависели сроки доставки. «Мы сказали таможенникам, что они невиновны в коллапсе, а сплоховала сама почта», – рассказывает Скатин. Затем «Почта России» постаралась создать рядовым таможенным инспекторам нормальные условия труда. В пунктах международной почты работают почти 400 таможенных инспекторов по всей стране. А инспекторы таможни воспринимали работу в Центре международной почты на Варшавке или на Казанском вокзале как ссылку, потому что условия труда там были плохими, не было комнат отдыха для инспекторов и прочего, рассказывает Скатин: «Мы прошли по всем объектам, заглянули в туалеты, они нас ужаснули, и мы оперативно их отремонтировали». Потом почта безвозмездно передала таможне для использования сканеры и другое современное оборудование. И произошел перелом. У ведомства объем международной почты по сравнению с 2012 г. вырос в 4 раза. В процентах вклад качественной работы таможни в рост международного потока составляет не меньше половины, уверен Скатин.

Арбуз вместо почты

Затем Страшнов и Скатин взялись за оптимизацию магистральных перевозок. Выяснилось, что всю почту обслуживали 8–9 автотранспортных компаний, при этом 80% потока забирали на себя пять компаний, у которых не было собственного автопарка. Это были «прокладки», которые нанимали перевозчиков по всей стране. То же самое касалось авиакомпаний – «Почта России» работала с агентами, у которых не было самолетов. Прямых контрактов с авиакомпаниями не было, при том что «Почта России» – один из крупнейших грузоотправителей в стране. Агенты (их было больше десятка) постоянно создавали управляемые коллапсы. Например, приходил агент и говорил, что такая-то авиакомпания подняла тарифы. И если ведомство не согласится на повышение тарифов, почта не будет доставлена. Это был своего рода шантаж. Самой парадоксальной была история с железнодорожными перевозками. С РЖД у «Почты России» вообще не было контракта, хотя письма и посылки по железной дороге возили (почтовые вагоны входят в состав пассажирских составов). Все платежи происходили на основании счетов. При этом почта часто оставалась лежать на станциях, а в почтовых вагонах ехали арбузы и ширпотреб, рассказали в «Почте России». Взаимодействие с Федеральной пассажирской компанией (ФПК) было испорчено. Как рассказали в «Почте России», с железнодорожниками почта работала через агента, который и занимался побочным бизнесом. Агента выгнали. На первой встрече с руководством ФПК Страшнов и Скатин начали с того, что заявили: «У нас цель возить почту». Руководители ФПК тогда им не поверили, но «Почта России» слово сдержала – арбузы возить перестала.

Без посредников

С последнего квартала 2013-го команда Страшнова начала снижать долю агентов и заключать прямые контракты. С крупными авиакомпаниями вроде «Ютэйр», «Трансаэро» или «Сибирь» были заключены прямые контракты. В результате за полгода доля агентов снизилась с 75,7 до 15%. При этом тарифы снизились примерно на 15% за счет маржи, которая была у агентов. С автомобильными перевозками экономический эффект получился еще более ощутимым. Так, при девяти контрагентах в 2013 г. тариф составлял 40,86 руб./км. В 2014 г. почта провела два тендера, и к концу года у нее появились 32 ключевых контрагента, а тариф снизился до 27,28 руб./км. Снижение получилось за счет отказа от непрямых договоров, пересмотра принципов оценки контрагентов и ввода механизма многолотовых закупок, говорит Скатин. В 2014 г. ведомство заключило прямой контракт с ФПК. В 2014 г. «Почта России», по данным самой компании, сэкономила на магистральной логистике 900 млн руб. – это около 11% бюджета магистральных перевозок (с учетом ремонтов).

Разгрузить Москву

Весь 2014 год у топ-менеджмента «Почты России» ушел на то, чтобы на базе опорного ГЦ МПП создать интегрированный блок логистики. В ГЦ МПП появились общеведомственные направления транспорта и сортировки, а также новые структуры: блок планирования и блок по работе с претензиями. В 2014 г. начался проект по созданию нового сортировочного центра во Внукове. Задача была разгрузить перегруженную Москву. «Мы купили складские помещения на 65 000 кв. м и в них установили итальянское оборудование – автоматизированную сортировку. На это оборудование почта потратила около 3 млрд руб.», – рассказал Константин Бугаев, замдиректора центра. Сейчас вся международная почта, приходящая в Москву, обрабатывается в центре во Внукове. В Москву прилетает около 70% почты (раньше было до 95%), а остальные 30% приходят в Казань, Екатеринбург и Владивосток.

Последняя миля

По данным «Почты России», в 2014 г. объем доставленных посылок вырос в 1,6 раза по сравнению с 2012 г., а средние сроки доставки за два года сократились с 90 до 14 дней. По словам директора департамента по работе с потребителями Аллы Бондаренко, в 2012 г. в «Почту России» ежемесячно приходило больше 250 000 только письменных жалоб, а сейчас число претензий составляет 20 000–40 000 в месяц. В этом году Страшнов собирается объединить всех управленцев филиалов (примерно 1000 человек) в единый аппарат – с сокращением 20% персонала, выполняющего дублирующиеся функции. В единый аппарат войдут блоки транспорта, сортировки, работы с претензиями, а также блоки развития, планирования, HR и IT. А теперь Страшнов думает об оптимизации «последней мили». Сейчас посылки доставляются гораздо быстрее, чем раньше, но потом залеживаются в отделениях. Поэтому основная задача этого года – устранение неэффективности в почтовых отделениях, говорит Страшнов.

Юлиана Петрова

Иллюстрация: А. Таранин

Ведомости

Подробнее ...

Феномен успеха медленного телевидения

Автор   Опубликовано 16-06-2015 в История успеха   Всего комментариев: 0
Медленное телевидение(slow tv) - это видео какого-то события, которое показывается без использования монтажа от начала и до конца.

"Медленное" называется потому, что ,как вы понимаете, действие развивается совсем не быстро. А именно так, как оно происходило на самом деле. Сегодня медленное телевидение находится в трэнде и появляются все новые ролики, которые оказываются очень популярны. Сама идея кажется невероятно скучной. Но на самом деле это не так. Попробуйте посмотреть, и сами все поймете. Во всяком случае популярность таких телепередач, фильмов и роликов на youtube только растет.

Норвежский поезд

Впервые передачу в стиле slow tv показали по кабельному телеканалу в Норвегии. Запись содержит 7-часовое железнодорожное путешествие, записанное камерой из кабины машинистов поезда.

Сон

Все новое - хорошо забытое старое. Эксперименты с медленными фильмами уже ставились в 1963 году режиссером Энди Ворхолом. Правда у него не было намерения сделать популярный фильм. Это был вызов и кич - Ворхол хотел сделать "антифильм". Лента называлась "Сон", в которой актер просто спал на кровати в течении 5 часов 20 минут.

Круиз по норвежским фъордам

Также очень популярным у норвежских зрителей, а впоследствии и зрителей всего мира, оказался фильм, снятый с капитанского мостика лайнера, совершающего круиз по норвежским фьордам в июне 2011 года.

Tokio Reverse

Премьера "медленного фильма" состоялась на французском телевидении. Был показан девятичасовой фильм Tokio Reverse, в котором парень гуляет по улицам Токио, двигаясь спиной вперед. Но после съемки был сделан реверс - видео пустили в обратном направлении и получилось, что парень идет вперед, но делает при этом не совсем естественные, для идущего вперед человека, движения. Ценность фильма не только в необычных движениях главного героя, но и в путешествии по улицам Токио.

Фокус дня 

Подробнее ...

Илья Варламов: мне не нужно журналистское образование

Автор   Опубликовано 15-06-2015 в Интервью месяца   Всего комментариев: 0

На прошлой неделе блогер Илья Варламов объявил, что закрывает свой блог Zyalt ради нового проекта. Блог Варламова просуществовал девять лет и был самым посещаемым дневником на LiveJournal. Зачем нужны эти перемены? Каким будет новый проект? И почему спустя год со вступления в силу закона о блогерах он первым переформатирует свой дневник в полноценное СМИ? Илья Варламов ответил на вопросы Светланы Поворазнюк.

Что вы делаете?

Я перехожу от формата блога к формату СМИ. Вообще мой блог давно превратился в авторское СМИ. Я выполняю все роли членов редакции: я и автор, и редактор, и фотограф. Я сам беру интервью, сам записываю видео, сам пишу тексты и сам верстаю.

Теперь будет иначе?

Нет. Я по-прежнему планирую все это делать. Но у меня будет возможность периодически совершенно легально приглашать авторов, которые в чем-то разбираются лучше, чем я.

Разве сейчас над вашим блогом не работает целая команда авторов?

У меня есть так называемая редакция, которая мне помогает. Я могу попросить сверстать материал и опубликовать в нужное время, когда у меня нет физической возможности. Я могу попросить подготовить справки по каким-то вопросам. Еду, например, в какой-то город и говорю человеку: «Слушай, а выясни, что у них там с трамваями». Он мне пишет краткую справку. Когда у нас онлайн по какому-то событию, мне, безусловно, помогают. Но основную работу я выполняю сам.

Так что изменится?

У меня появился домен Varlamov.ru (домен второго уровня — прим. «Ленты.ру»). Движок остается LiveJournal. Немного изменится дизайн, добавятся рубрики и возможность работать с различными форматами материалов.

Ведь в ЖЖ нет градации по весу материала. Ты можешь написать какое-то коротенькое объявление, а можешь — текст всей своей жизни, но читатели блога разницы не заметят. Для них пост — всего лишь пост. Еще у LiveJournal нет, например, удобного инструментария для того, чтобы вести онлайны по актуальным событиям.

То есть вы полностью отказываетесь от Zyalt?

До сих пор я не мог заниматься раскруткой своего блога, потому что он был в домене LiveJournal. Я не хотел вкладывать деньги в Zyalt, поскольку он был не мой. Думаю, что у ЖЖ все будет хорошо, но я не могу исключать того, что, скажем, через пять лет господин Мамут (Александр Мамут, глава группы компаний Rambler&Co, которой принадлежит LiveJournal — прим. «Ленты.ру») не скажет: «Ой, достали меня эти блогеры, я с этими людьми в одном городе находиться не хочу». А потом позвонит кому-нибудь и велит: «Продайте уже этот ЖЖ. Лучше мы купим еще одно СМИ с приличными людьми». И все. Поэтому мне комфортнее вкладывать деньги в раскрутку своего домена. Если вдруг что-то случится, мои инвестиции не пропадут даром.

Чем ваше СМИ принципиально будет отличаться от блога? Вы ведь и раньше публиковали сторонних авторов в своем блоге.

Проблема с привлечением других авторов, скорее, идеологическая. К примеру, по понедельникам у меня есть рубрика Дмитрия Мартова, который для меня пишет про благотворительность. Но даже если ты указываешь авторство, аудитория не понимает, что это Дмитрий Мартов написал.

Понимаете, блог — это очень индивидуально. Что в известном смысле мешает развиваться, потому что есть материалы, которые я хочу покупать и ставить у себя, но в нынешнем формате я этого делать не могу, аудитория их просто не принимает. Новый формат расширяет границы.

Это авторское СМИ, где по-прежнему публикуются мои репортажи и озвучивается мое мнение. Это все тот же театр одного актера, но, помимо этого, я даю возможность людям, чье мнение считаю важным, высказаться. В то же время это не «Эхо Москвы», где дают спектр мнений. Никакого спектра у меня не будет. Это все тот же блог Варламова, и если там кто-то публикуется, я подписываюсь под каждым словом.

Кого будете публиковать?

Я пока не планирую сотрудничать с кем-то на постоянной основе, формировать блог за счет покупных статей, как это «Сноб» делает. Я по-прежнему намерен делать все это сам, но периодически приглашать авторов.

У любого СМИ есть редакционная политика. Будет ли она у вас?

У каждого есть своя цензура. Я, например, не пишу на религиозные темы, чтобы не оскорблять чувства верующих. Причем не писал я об этом еще до того, как верующие узнали, что у них есть права и что их можно оскорбить. Десять лет назад все делали, что хотели, и ничьи чувства не оскорблялись.

О чем все же будете писать?

Я пишу на те темы, которые кажутся мне важными.

Украина?

У себя в блоге я практически про нее не писал. Одно дело когда зарождался Майдан, и это было революцией довольно локальной, и было интересно, что творится у соседей, но когда все переросло в вооруженный конфликт, я от этого отошел.

В таких историях нет спроса на правду. Украинская сторона хочет видеть только свою точку зрения, другая сторона — свою. Заходить в эту битву и кричать «а сейчас я вам расскажу, что на самом деле!» у меня желания нет.

Но сможете ли вы создать настоящее медиа?

Наверное, то, чем я занимался последние девять лет, можно назвать журналистикой. Такой комнатной, непрофессиональной журналистикой. Профессиональным журналистом я себя, конечно, не считаю. У меня нет профильного образования, я даже грамотно писать не умею. Вот я занимаюсь фотографией и делаю это так, как мне нравится. Как только я где-то говорю, что я профессиональный фотограф, куча профессиональных фотографов начинают мне рассказывать, что у меня руки растут не из того места, и то не так, и это. Поэтому я ни на чью поляну не претендую.

Но мой блог — это мое личное СМИ. Причем более оперативное, чем некоторые традиционные. Когда я начинал, классические СМИ были такими неповоротливыми мамонтами. Мои репортажи выходили всегда быстрее всех. Во много благодаря тому, что я делал их один. Пока другие корреспонденты передавали информацию и фото в редакцию, пока бильд-редакторы все поставят, почешутся. Я же просто садился на лавочку с ноутбуком и через пять минут у меня уже был репортаж. СМИ на меня часто ссылались, потому что я был первым.

Этим и обусловлен успех блога: это самый оперативный источник об актуальных событиях в Москве. Сейчас я от этого отошел. Тем не менее иногда у меня в блоге появляется оперативной информации больше, чем у кого-бы то ни было.

Получается, тогда вы сыграли на недостатках СМИ.

Можно и так сказать. У меня было еще одно преимущество. Я делал большие фоторепортажи. Я выкладывал фотографии с короткими подписями, и оказалось, что людям это интересно. Ни одно СМИ на тот момент так не делало, потому что это дорого. Подписка на фотобазу агентств ограничена и по количеству, и по размерам фотографий.

Когда мы создавали «Ридус», мы сказали РИА Новости и Reuters: «Друзья, мы хотим, чтобы у нас было не три маленьких фотографии, а 100 больших. Что для этого нужно сделать?» Нам ответили, что у них даже нет такой подписки: хотите, покупайте либо 30 больших, либо сто маленьких. Сто больших — это невозможно, никто у нас такого еще не брал.

Агентский фотограф в этом плане — заложник формата. От него не требуют много снимков с мероприятия, ему нужно несколько максимально раскрывающих суть события: там и привязка к месту должна быть, и действие показано.

Я от этого не зависел. Я делал 50 фотографий с мероприятия. Тогда так никто не делал. Это сейчас тебе любой блогер дает десятки фотографий. А тогда это воспринималось по-другому, был такой эффект присутствия. Плюс легкий для потребления формат — фото и короткие подписи к ним.

Это было раньше. Сейчас что вы можете новаторского предложить?

Ну, пока моя задача расширить блог в LiveJournal до СМИ. Все, что я делал до этого, я делал потому, что мне это нравилось. Раз в год-два темы, о которых я пишу, меняются. Было время, когда я любил ходить по крышам и выкладывал красивые закаты-рассветы. Потом в какой-то момент я занялся уличным активизмом: снимал охранников, отстаивал свои права, спорил с ментами, как это сейчас делает «Стопхам». Потом я путешествовал по миру и выкладывал репортажи из каких-то экзотических стран. Сейчас езжу по России. Что будет дальше, не знаю. Как только мне перестанет все нравиться, эта история загнется и закроется, поскольку все это держится на мне. И хотя это и приносит хорошие деньги, это не основная моя работа. У меня нет цели заниматься этим, чтобы выжить, через «не хочу» я этого делать не буду. Сейчас мне интересно эту тему расширять до масштабов авторского СМИ.

Во что это выльется, я не знаю. Может быть, в полноценное СМИ, которым я не буду заниматься, а будут писать другие авторы. Может быть, это останется на уровне блога, но просто в другой обертке. А может быть, десять лет исполнится блогу и я скажу: «Все, мне это дело надоело». И выключу ноутбук. Хотя я не представляю, что произойдет, если я выключу ноутбук.

Вы говорите о том, что у ЖЖ есть недостатки, но вы не уходите оттуда. Почему?

ЖЖ — это универсальная площадка. Другой платформы, которая бы давала тебе безграничную свободу, нет. В ЖЖ ты можешь не только писать, что угодно, но и верстать, как тебе угодно. Кроме ЖЖ ни у кого нет таких возможностей. Концлагерь в виде Facebook и Twitter никуда не годится, когда ты даже не можешь оформить свой пост так, как ты хочешь.

Разговоры о том, что ЖЖ умирает, вызваны еще и тем, что людям этого слишком много. Они не хотят морочиться верстками, оформлением, им проще в Twitter написать или на Facebook. А блог — это серьезная работа. Для большинства людей то, что дает ЖЖ — много, а для меня мало.

Кроме того, это еще и меркантильная сторона. Во-первых, мне интересен трафик. В ЖЖ неплохие возможности по привлечению трафика. Его находят поисковики, свои старые посты я сам ищу через поисковики. Во-вторых, меня полностью устраивает нынешняя платформа, и я не могу изобретать велосипед с технической части, делать свой движок. Ну зачем, если он уже есть? Фактически я себе, как в Махачкале, делаю пристройку, летнюю веранду, причем легально. Застеклил себе балкон, сделал отдельный вход.

Или же аудитория не настолько вам верна, чтобы уйти за вами на другой ресурс?

Дело не в том, верная она или нет. Многие люди читают ЖЖ, необязательно меня, а вообще открывают ЖЖ почитать. Я сам иногда так делаю, и я не буду искать этих людей на другой площадке, на которую они ушли. Я покупаю «Огонек» и читаю там любимого автора. Но я не буду покупать другой журнал, в который он перешел. В этом плане ЖЖ как способ доставки контента для сложившейся аудитории, конечно, хорош. Зачем от него отказываться?

А нет планов в будущем отойти от интернет-СМИ? Уйти на ТВ, к примеру? Ведь есть некий традиционный путь блогера: он становится популярным в ЖЖ, его приглашают в телешоу, он превращается в медийную персону, затем ему дают свое шоу.

Дело в том, что не все территории пересекаются. Телевизионная аудитория не пересекается с «Живым журналом». Я как-то встретился с Малаховым, и он мне говорит: «О, вы на «Эхе Москвы», я регулярно вас слушаю». Да, «Эхо Москвы» регулярно перепечатывает мой блог, но люди, которые его там читают, вообще ничего обо мне не знают, кроме того, что я публикуюсь на их сайте.Они даже не подозревают, что есть какой-то ЖЖ Варламова. С ТВ история похожая. Многие, у кого огромная телевизионная аудитория, есть медийный вес и узнаваемость, приходят в Twitter и ничего не добиваются там. Их никто не читает, там другая аудитория, она не пересекается с телевизионной. В телевизор, наверное, можно ходить, но чтобы он принес узнаваемость, нужно сидеть там постоянно, чтобы твоя морда постоянно была на экране. Но я не хочу в телевизор, мне это не нужно. Я хочу говорить с аудиторией напрямую, через единую точку входа — мое СМИ .

LiveJournal сделал для вас исключение. У вас теперь есть возможность развивать свой бренд. В обмен на что? Вы будете делиться доходом с ЖЖ?

Да, мы будем делить доходы от рекламы. Но у меня теперь и больше рекламного инвентаря. Баннеры появятся, например.

Насколько больше планируете зарабатывать на новом проекте?

У меня четыре миллиона уникальных посетителей в месяц бывает. В более удачные месяцы до десяти миллионов доходит, например, когда был Майдан. Рекламный оборот за полгода составляет 8-10 миллионов. Сайты традиционных СМИ при таком же трафике зарабатывают в пять раз больше.

Вы первым регистрируете блог как СМИ. Нет опасений, что теперь вы столкнетесь с большей ответственностью и большими ограничениями, чем когда вы были просто блогером?

Я начал чувствовать ответственность за то, что я пишу, с момента, когда меня начало читать большое количество народа. В этом плане, я думаю, ничего коренным образом не поменяется.

Почему другие блогеры не переформатируют свои блоги в СМИ?

А кто им это позволит? Вести блог — серьезная работа. Esquire однажды вынес мою цитату в рубрику «Цитата дня». Я сказал, что вести блог сложнее, чем работать журналистом. Они, естественно, вырвали это из контекста. Все тут же дружно начали стебаться. Но это действительно сложнее. Я о себе говорю. В отличие от журналиста, ты все делаешь один. У тебя нет редактора, который тебе подскажет, нет поддержки, ты должен написать текст, сверстать, подумать, насколько это будет уместно, и пилюлей за это получать ты будешь сам. Главная проблема состоит в том, что у тебя нет возможности учиться. Когда ты в редакции, тебя окружают люди из профессии. Ты можешь брать пример, спросить совета, изучать ошибки. Кто-то может тебе сказать — твой текст дерьмо, так не пишут, а вот эту фотографию лучше не ставить. А мне даже и спросить-то некого.

Я уже говорил, что у меня нет журналистского образования, да я и не считаю, что после того как девять лет прозанимался этим, мне оно необходимо. Я уже все знаю. Путь, который журналист проходит за три года, я прошел за девять лет. Набил сам все эти шишки. Работа блогера, на мой взгляд, действительно труднее работы журналиста.

Людей, которые бы сталкивались с такими же проблемами в ЖЖ, как я, не знаю. Если когда-то такой человек появится, у него тоже будет возможность сделать свое СМИ.

Беседовала Светлана Поворазнюк
Лента
Фото: Митя Алешковский / ТАСС

Подробнее ...

Сергей Яновский - надежда российского креатива

Автор   Опубликовано 15-06-2015 в История успеха   Всего комментариев: 0

Россия богата на таланты, в том числе и в рекламной индустрии. Яркий пример тому - Сергей Яновский. В свои 23 он успел получить золотую награду Young Lions, поработать в лучших агентствах страны, возглавить цифровое направление одного из крупнейших рекламных холдингов России и стать одним из ведущих преподавателей Академии Коммуникаций Wordshop. Именно с его именем связывают тот факт, что российская креативная школа второй год подряд признается лучшей в мире.

- Как вы попали в рекламу?

- В рекламе я начал работать в 2010 году. До этого времени я жил в Уфе и был концертным промоутером, занимался привозом артистов, созданием афиш и роликов. Совместно с единомышленниками мы возили различные группы – в диапазоне от 2h Company до Tesla Boy. В какой-то момент мне подарили пригласительные билеты на показ Каннских Львов в нашем городе. Это и определило мой дальнейший карьерный выбор. Я поступил на бюджет отделения рекламы в Высшей Школе Экономики, где выиграл стажировку в АКАР и помогал в организации ММФР Red Apple 2010. Правда, университет я потом оставил и продолжил работать в индустрии.

- Расскажите о вашем самом первом проекте.

- Моей первой работой был курсовой проект для компании-дистибьютора медицинской оптики Оптэк. По условиям нашего куратора, мы сами должны были найти себе клиента и сделать для него рекламную кампанию. Сложность была в том, что компания была была очень нишевой и сфокусирована на B2B-маркетинге. Когда я изучал тематику, случайно наткнулся на технологию ДНК-оригами, которая позволяет создавать 2D и 3D объекты из атомов. Поэтому я придумал простой принт, где логотип компании выкладывали по технологии ДНК-оригами и фотографировали при помощи микроскопов и оптики, которая компания реализует. Пятерку я свою получил, но работа не была реализована. А позже я увидел подобное решение в 2012 году, когда вышел фильм The Boy and His Atom для Intel.

- Как складывалась ваша карьера?

- Я, к своему стыду, из тех работников, которые не отличались постоянством в месте работы. После стажировки в АКАР, В 2011 году я начал работать в соцмедиа агентстве Socialcraft креативным менеджером. Затем я перешел в агентство Leto младшим копирайтером, после – был редактором интернет-проектов в центре Digital October. В августе 2012 благодаря Андресу Вергаре, который в тот момент был креативным директором Proximity Russia, я присоединился к команде в качестве копирайтера.

После первого российского золота в Young Lions Cyber в 2013 мы вместе с Олегом Савчуком, на тот момент моим арт-директором, получили много предложений о работе за рубежом и даже подписали контракт мечты в Лондоне. Но не сложилось. А весной 2014 года меня пригласили в креативный блок АДВ на позицию креативного директора по цифровым коммуникациям. Для нас всех это было экспериментом в виду моего возраста и опыта, но спустя год это решение дало, как я надеюсь, положительные результаты. Так что эксперимент продолжается.

- Кто из коллег по цеху повлиял на вас в плане профессионального развития?

- В разные моменты я находил себе разных менторов. В самом начале своего пути это были мои преподаватели и креативные директора – Сергей Долгов, Илья Петров, Арина Авдеева, Максим Пономарев, Денис Елисеев, Александр Завацкий, Андрес Вергара. Сейчас – это те люди, которые глобально влияют на коммуникации, такие как Боб Гринберг, основатель R/GA (интерактивное рекламное агентство в США - прим.ред.), который получит в этом году Lions of St. Mark за значительный вклад в развитие индустрии. И, конечно, меня вдохновляют студенты SENSE (акселератор по созданию инновационных решений при Wordshop и Art.Moscow - прим.ред.).

- На каком фестивале вы получили свою первую награду?

- Первую награду мы получили в категории молодых креаторов на фестивале Red Apple. Это был шорт-лист за работу для сервиса Ask Me I’m Local от проекта Wow Moscow. Мы должны были придумать коммуникацию, рассказывающую про сервис, соединяющий иностранцев и англоговорящих жителей столицы. Мы придумали брошюру, при помощи которой каждый иностранец мог узнать, как добраться до того или иного места, если ему обведут нужные стрелочки. В тот год мы уступили моим хорошим друзьям по курсам MADS Илье Торговникову и Мите Катькину, которые сейчас присоединились к R/GA London. Этот проигрыш только подогрел наши амбиции.

- С какими клиентами успели поработать?

- Я работал со многими клиентами, но большая часть работ для них так и оставалась концептами. До определенного момента у меня не было реальных работ – я выезжал на перспективе. И наверное самым продуктивным стал только последний год в АДВ. Тем не менее, мне всегда нравились большие клиенты с непростыми задачами, такие как Билайн и Сбербанк. В Proximity для b2b-направления Билайна получилось реализовать один из первых проектов – Академия Upgrade на РБК про онлайн-образование в телекоммуникационной индустрии. Позже, уже совместно с продакшном Freeger мы придумали и сделали сайт про технологию 4G, который получил FWA (Favourite Website Awards - прим.ред.). А в первые полгода работы в АДВ мы реализовали большой новогодний проект для Сбербанка – Зеленый свет теплым пожеланиям, который дал мне много нового опыта в менеджменте, производстве и медиа. Так что я надеюсь, что дальше будет только лучше.

- Расскажите про Young Lions.

- В 2013 году мы с Олегом стали первыми победителями из России за всю историю существования конкурса Young Lions, выиграв золото в категории Cyber. Мы создали интерактивное решение для Всемирного антидопингового агентства. Задачей стала пропаганда отказа от допинга среди молодого поколения.

Наше решение базировалась на двух инсайтах: 1) молодое поколение вдохновляют заниматься спортом их кумиры; 2) обещание, данное себе самому, легко нарушить. Поэтому мы собрали баннер, в котором дали возможность сделать публичное обещание через Twitter своему кумиру, почему лично ты не будешь употреблять допинг. Позже жюри Cyber, которое в тот год возглавлял Боб Гринберг, единогласно дали нам первое место, а вечером мы поднялись на сцену, получили медаль и сфотографировались со всеми президентами жюри от Дэвида Дроги до Дэна Вайдена. До этого момента никто не понимал потенциала этой награды. А мы всю оставшуюся неделю в Каннах ходили по собеседованиям в лучшие агентства мира. Я надеюсь, что мы подогрели интерес к конкурсу, на который теперь стремятся попасть лучшие молодые креаторы нашей страны. Я очень рад за бронзу Young Lions Cyber прошлого года, которую выиграли Валерий Волчецкий и Кирилл Левашов.

- Как вы попали в Wordshop?

- В Wordshop я пришел по приглашению Светланы Майбродской. Первоначально мы думали, что это будет только один авторский курс на 3 месяца, но в итоге он превратился в годовой проект, а в перспективе планируется создать факультет креативных инноваций. В Академии всегда все было в порядке с преподавателями, которые учат практическим дисциплинам (при желании и усердии студентов), заточенным под классические рекламные форматы. Но при этом не было курса, на котором учили тому, как придумывать брендированные активации, как использовать технологии в современных коммуникациях, как делать социально-ориентированные работы – те вещи, которые, например, хорошо делают в Miami Ad School, Hyper Island или Berghs.

Я на интуитивном уровне собрал программу, где мы разбирали известные кейсы, учились работать с технологиями, изучали дизайн-мышление, выявляли существующие тренды и находили им применение к брифам на студенческих фестивалях. В первый год я собрал собственное жюри от Дэвида Эриксона, со-основателя Hyper Island, до Джеймса Хилтона, ex-CCO AKQA, которые высоко оценили работы ребят. А двое наших студентов – Илья Панфилов и Анна Бережная – довели наши начинания до конца и выиграли международный конкурс Young Glory.

В этом году тот же конкурс выиграли Альберт Урчуков и Ирина Смоликова. Альберт и Ира, а также пара Артема Позднякова и Ольги Гусаровой взяли шортлисты Future Lions. А Арнис Миллерс совместно со студентами других школ выиграл первую российскую бронзу на австралийском фестивале Young Guns. Ну и конечно посмотрим на Young Lions. Я желаю удачи своим студентам в этом году – Панфилову и Бережной в номинации Cyber, а также Анне Кирисюк и Сергею Шаброву в номинации Media.

- Есть ли у вас проекты вне рекламы? Что вам интересно?

- Сейчас я вместе с группой единомышленников готовлю одно технологическое устройство для запуска на Kickstarter, а также помогаю своей девушке с проектом в области общественного питания. Так что будет очень интересно узнать, могу ли я не только тратить чужие деньги на свои идеи, но и зарабатывать свои собственные деньги.

- Что для вас интересно в развитии креатива в России?

- Наверное, самый большой тренд – это поиск собственного языка, создание прорывных решений с локальным контекстом. То, что может быть понято и принято в любой точке мира, но при этом тесно связанно с российскими реалиями и историей. Восход и Red Pepper делают это отлично в масштабе своего региона и рынка; мне нравится, как с крупными коммерческими клиентами работают Instinct, Friends и SLAVA. И я тоже хочу этому научится.

- Вы с высоты своего непродолжительного, но эффективного опыта можете дать совет новичкам в рекламе?

- Потерпеть и набраться опыта в маркетинге и коммуникациях. А потом заняться собственным продуктом.

Текст Sostav

Подробнее ...

Лаборатория изучения больших данных Льва Мановича собрала и проанализировала 2,3 миллиона фотографий из Instagram Нью-Йорка, Токио, Бангкока, Сан-Франциско и еще одиннадцати глобальных городов. Таким образом они смогли увидеть биологические ритмы, по которым живут мегаполисы: кто чем занят в каждый отрезок времени, чем отличается жизнь жителя одного города от другого, во сколько просыпается и засыпает Манхэттен. Перед выступлением во дворе «Стрелки», которое состоится 10 июня, профессор Graduate Center в Городском университете Нью-Йорка (CUNY), Лев Манович рассказал, что ещё можно узнать о человеческой культуре, анализируя миллионы данных.

— Вы стали одним из 50 героев, определяющих следующие 50 лет, по версии журнала The Verge. Как вы считаете, что именно в ваших исследованиях определяет будущее?

— Я был приятно удивлён, когда увидел в маленькой биографической справке, которую писали для каждого, что они вспомнили не только мои последние проекты, но и более раннюю теоретическую работу, где я осмысливал новые цифровые медиа. Я смотрел на то, как язык новых медиа проявляется в современной архитектуре, искусстве, кино, литературе. Я показал, что цифровые медиа — это не просто новое явление, что они участвуют в длинных культурных процессах, которые продолжаются столетиями. И думаю, что именно это их и привлекло: изучая таким образом культурные процессы, нам легче предсказать или по крайней мере понять, что можно ожидать в следующие 10-20-30 лет, увидеть длинные исторические траектории.

Что касается моих последних работ, в 2005 году у меня появилась идея, что огромное количество контента, который пользователи выбрасывают в социальных медиа, даёт новые возможности для изучения культуры. Мы можем не просто смотреть на отдельные примеры, как обычно это делается в гуманитарных науках, а изучать гораздо большие объёмы. Предположим, все фото в Instagram из одного города, или выбрать тему фотографий на Flickr, или проанализировать все веб-сайты художников дизайнерских школ, чтобы увидеть, как меняется их видение с течением времени.

Вот таким более систематическим изучением культурных процессов занимается моя лаборатория уже семь лет. Хотя сегодня уже существует много подобных лабораторий, но их интересует, как получить определённые алгоритмы, а нас интересует, как эти алгоритмы использовать, изучая конкретные культурные архивы.

— Для современного информационного пространства характерно отсутствие иерархии — перед интернетом все равны. Как вы думаете, может ли такая система отношений настолько прочно укрепиться в нашем сознании, что мы начнём вести себя так же в реальной жизни?

— В 1990-е годы, когда появился интернет, одна из вещей, которая всем бросилась в глаза, — это, действительно, отсутствие иерархии: Microsoft могут сделать себе веб-сайт, и какой-нибудь школьник, в принципе, используя ту же технологию, тоже может.

Сейчас всё изменилось. Происходит монополизация. Во многих странах Google доминирует в интернет-поиске, трудно уже конкурировать с Facebook или «ВКонтакте», у них слишком много пользователей. Профессионалы конкурируют с простыми людьми, поэтому придумывается много различных веб-технологий, которые делают веб-сайты красивее и гораздо сложнее. Если вы захотите реально хороший сайт, в Нью-Йорке это будет стоить десятки и сотни тысяч долларов.

Другой вопрос, что люди действительно постепенно изменили привычки: любой человек может написать любому человеку. Я вообще каждую неделю получаю имейлы не только от профессоров, но и от студентов из самых разных стран Южной Америки, Европы и Азии. Или вот на днях я получил имейл от школьников, которые просили о сотрудничестве. Сегодня торжествует некая неформальность. Но понимаете, онлайн-мир, с одной стороны, что-то меняет, а с другой — есть какие-то человеческие закономерности. Все физические, биологические и социальные системы, которые мы знаем, имеют свою иерархию. И эти механизмы настолько необходимы, чтобы система работала, что ничего на них не может фундаментально повлиять.

— Насколько результаты ваших исследований позволяют делать выводы об офлайне?

— Проще ответить на примере нашей работы. Один из самых сложных проектов, которым мы занимаемся уже пять лет, — это анализ содержимого сайта DeviantArt. Это очень знаменитый сайт, наверное, самая большая социальная сеть, где люди выкладывают своё творчество. Сегодня для этих целей в основном пользуются Pinterest, Instagram, Tumblr, а в 2000-е годы это был именно DeviantArt. Там около 35 миллионов художников и сотни миллионов их работ. При этом интересно, что несмотря на то, что это любительский сайт, люди очень серьёзно относятся к тому, что выкладывают. И хотя авторы не являются частью официального мира искусства, там можно найти огромное количество очень сильных работ, которые не менее интересны, чем то, что вы видите в коммерческих галереях. Например, я нашёл там девочку из Шанхая, которая начала выкладывать свои фото с 16 лет, а сегодня она снимает для Vogue.

Анализируя миллион художественных работ, мы можем задать себе самые разные вопросы: что такое современное искусство, как оно изменилось за десять лет, какая там категорийная система? Одна из самых интересных деталей, которую мы выделили, изучая DeviantArt: пользователи создали более 1 700 самостоятельных категорий, чтобы описать свои работы.

Естественно, эти люди в коммерческие галереи никогда не пойдут. Им для этого нужно пойти в художественную школу, получить степень, потом начать карьеру, карьера должна быть стройной — каждый год выставки. Аутсайдеры никому не нужны. И это ещё один пример, доказывающий, что дифференциация будет всегда. Как мы не увидели коммунистического общества, где все экономически равны, так же мы, скорее всего, не увидим общества, где была бы демократия с точки зрения вкуса и участия.

— Два года назад вы, рассказывая о своём проекте Phototrails, говорили о том, что хотели бы выяснить, отражает ли Instagram реальную жизнь, или только самого себя. Тем самым вспомнили знаменитое высказывание теоретика коммуникации Маршала Маклюэна: «Media is the message» (средство коммуникации является сообщением. — Прим. ред.). Так к каким выводам вы пришли в рамках этого проекта?

— Вы правы, я спрашивал, что такое Instagram: это окно в другую реальность, сообщение или медиа? Это относилось к знаменитой формулировке Маклюэна, что медиа есть послание. Люди, которые изучают социальные науки, или журналисты используют Instagram, чтобы понять, что происходит в мире. Допустим, что случилась революция и мы можем увидеть, что выкладывают очевидцы, мы можем сделать какой-то вывод о случившемся. Меня интересует, насколько сами эти медиа не просто окно в реальность, а насколько они влияют на любое содержание, которое ты можешь в них вставить.

Например, в Twitter люди не просто пишут тексты. Он научил нас описывать события именно в 140 символах, а также учитывать при этом, сколько символов отберёт ссылка или хештег — целая серия ограничений. И люди не просто пишут, они пишут определённые вещи, составляют фразы в определённой форме. Таким образом, я бы сказал, что медиа не просто передают сообщение, а влияют на содержание. Ссылаясь на Маклюэна, я хотел задать вопрос: если Instagram — это визуальное окно в реальность, и миллионы людей фотографируют свою жизнь, позируя, подбирая фильтры, показывая какую-то версию своей жизни, насколько мы можем использовать это как инструмент визуальной антропологии? Насколько Instagram подходит для изучения культурной, экономической, социальной жизни в разных странах?

— И пришли ли вы к какому-то ответу?

— После Phototrails я и моя лаборатория сделали проект про Киев — The Exceptional and The Everyday: 144 Hours in Kyiv (2014), в рамках которого мы собрали и проанализировали изображения, геолокации и теги из Instagram, опубликованные в течение одной недели в ходе протестов на Майдане. А также мы делали проект On Brodway: 660 тысяч фото из Instagram за шесть месяцев 2014 года, с указанной локацией «на Бродвее». Мы разделили 20 километров Бродвея на 700 сегментов по 30 метров и сравнили фотографии на каждом отрезке. Бродвей — это разрез человеческого общества, он проходит сквозь самые разные районы Нью-Йорка: от Уолл-Стрит до Гарлема. Когда мы проанализировали все фотографии, то поняли, что культурно-социальная разница районов отражена очень хорошо.

В общем, после всех этих проектов я понял, что, с одной стороны, Instagram как медиа очень сильно влияет на содержание — там действительно процент улыбающихся людей гораздо больше, чем в реальной жизни. Но, с другой стороны, мы увидели специфичное содержание для различных групп населения, различных стран, различных мест. Селфи в Нью-Йорке, Москве, Сан-Паулу, Токио отличаются друг от друга. У людей различные коды поведения или коды фотографирования.

— Настроение, биологический ритм, социально-культурная разница улавливаются. А есть ли что-то, что невозможно уловить? Или всё выразимо?

— Во-первых, всё зависит от метода, о котором мы говорим. Всё-таки работа с большими данными — это превращение культуры в числа и категории. Современные алгоритмы позволяют автоматически определить фототехнику, ближний план, описать объекты и то, где они расположены. Но это очень рациональный, экономический, индустриальный взгляд на изображение. В то же время мы изучаем тексты, блоги, изображения в Instagram — всё это профильтрованные индивидуальные высказывания, а значит так или иначе это своеобразные окна в мысли и воображение людей. Последнее, что я бы добавил: если смотреть с точки зрения традиционной культуры, то только Толстой или Пруст могут описать ощущения через пейзаж с гораздо большей точностью, чем любые существующие методы компьютерного анализа изображений.

— А вы думали о том, чтобы изучать российские данные?

— Мне было бы очень интересно. На днях я встречался с девушкой, она делает PhD в Германии и хочет изучать всё, что говорят о Российской православной церкви: взять все блоги в России за десять лет и проанализировать их. Я думаю, после моей поездки я вдохновлюсь и решу, что именно буду делать.

Как вы знаете, в России специфическое использование медиа. Под любым русским фильмом на YouTube начинаются такие комментарии, что на душе становится тяжело. Что меня поражает, есть большая культурная разница в том, как медиа используются здесь и там. В Америке всё очень вежливо: люди относятся к Twitter как к официальному пространству высказываний и очень осторожны в выражении своих политических взглядов. А в России люди пишут всё что угодно. Интересно изучить функцию этих медиа более подробно.

— Как результаты вашего исследования может использовать современный урбанист?

— Обычно, рассуждая о городе, архитекторы начинают со стабильных понятий: улица, район, пересечения, дороги. Но если взглянуть на город через очки, которые предлагаем мы, то город предстанет в размытых пикселях, там нет Нью-Йорка, нет Москвы, а есть сотни миллионов точек. Эти спутниковые изображения дают некое отстранение, потому что вы не видите ярлыков. Наш метод позволяет создать новые типы метрик для понимания структуры городской среды. Скажем, вместо того чтобы говорить о плотности населения улицы, можно увидеть неочевидное место использования этим же населением.

После проекта On Brodway мы получили другой город — портрет различных слоёв населения и разделили всех людей на туристов, тех, кто живёт в этом районе, и тех, кто приезжает сюда работать или развлекаться из других районов. Мы увидели, что и в какое время они фотографируют. Таким образом мы узнали, как люди используют пространство, куда ходят. Мне кажется, это имеет прямое отношение к урбанистике. Если вы архитектор, вас интересует, как спланированный вами район будет использоваться людьми.

— Могли бы вы в одном предложении сформулировать, какая она — культура современного человека?

— Во всех моих работах с большими данными есть несколько метаидей, которые всем движут. И одна из них — не давать на подобный вопрос обобщённый ответ. Например, «современный человек одинок» или «современный человек связан со всеми». В Нью-Йорке живёт 8 миллионов человек, и, несмотря на то что мы можем отметить какие-то общие закономерности и тривиальности, они всё же все разные. Мы можем сравнить виды культурной активности в сети 3 миллиардов людей и в результате получить множество ответов. Каждый человек уникален, но мы тем не менее можем собирать этих людей в кластеры, например по 300 типов, или 3 000, или 30 000. Основный стимул, который движет этой работой, — желание отказаться от простых ответов. У нас впервые есть возможность изучить и отразить разнообразие человеческой жизни, опыта, хотя бы той его части, которая находит своё выражение онлайн. Вместо одного ответа предоставить карту мира, которую можно укрупнять и двигать, выбирать категории, например тип общения, выбор локации, выбор одежды, и затем делать собственные выводы. Это и есть видение всего нашего проекта.

Стрелка

Подробнее ...

Иван Охлобыстин: на нашем телеканале не будет дикостей

Автор   Опубликовано 08-06-2015 в Интервью месяца   Всего комментариев: 0

Актер Иван Охлобыстин рассказал в интервью изданию «Украина.Ру» о проекте нового российского телеканале

— Иван Иванович, расскажите, пожалуйста, о канале, открытие которого планируется в скором времени. Где он будет функционировать, какова его направленность? Будет ли канал освещать события на Украине? Мнение о том, что канал будет посвящен Новороссии, как я понимаю, ошибочно?

— Да, ошибочно. Просто слоган — «новой России — новое телевидение». А Донецк, Луганск, Украина — всё-таки другие страны. И мы не имеем морального права на предоставление такой информации. Наш канал рассчитан на Россию и на дружественные страны. Это спутниковое телевидение. Это информационно-публицистический канал.

Если в двух словах, то можно провести аналогию. Есть несколько СМИ на информационном рынке, которые представляют интересы либерально настроенной части нашего общества. А интересы консервативно настроенной части общества не представлены. Да, есть государственное телевидение, но оно не может придавать ту или иную окраску освещению текущих событий, оно должно быть максимально объективным. Есть телеканал «СПАС», но это религиозный канал, и было бы странно, если бы на нем массивом обсуждались какие-то светские новости. Есть канал «Звезда», но им всё-таки попечительствует Минобороны, поэтому они тоже не могут претендовать на представление интересов консервативно настроенной части общества.

Опять же, у нас всё будет без дикостей, это будет светское телевидение. Не будет звучать никаких агрессивных лозунгов. Просто подавать и освещать информацию будут люди, которые придерживаются определенных взглядов, можно сказать, консервативно-патриотических.

— Канал уже получил название?

— Пока мы находимся на стадии оформления лицензии, решаем финансовые вопросы. Рабочее название — русское консервативное телевидение (РКТ) «Ракета». Всё это уложится в бюджет около 1,5 млрд долларов (вероятно, здесь ошибка - прим. МедиаПрофи) в общей сложности.

— Кто ещё, кроме вас, является основателем канала?

— Основная наша директория — я, Михаил Пореченков, Захар Прилепин, Сергей Лукьяненко, Николай Гастелло. Мы надеемся привлечь господина Вассермана. Это наш основной костяк.

— Мы знаем, что в июне состоится конференция, на которой будет более подробно рассказано об этом канале.

— Да, она состоится, я думаю, что в середине июня, когда основные административные и финансовые документы будут оформлены, чтобы не ставить журналистов в глупое положение непроверенной информацией. Конференция пройдет либо в РИА Новости, либо в ТАСС. Мы соберем журналистов, расскажем всё, что у нас есть, будем играть открытыми картами. Потребность в подобного рода канале явственна, аудитория сформирована, она огромна.

— На какого зрителя всё-таки рассчитан канал, поясните более детально.

— Вы знаете, с учетом того, какой сейчас век, уже даже 16-летние ребята хорошо ориентируются в окружающих их событиях. Наша аудитория — люди от 16 до 70 лет. Основной сегмент, конечно, 18-40 лет. У нас будет идти новостная лента, будут публицистические и художественные передачи. Мы также рассчитываем сделать предложение господину Шарию. Потому что мне лично он очень импонирует как журналист. Ответственный человек.

— Поскольку на канале будут работать люди, так или иначе связанные с украинской тематикой, то можно предположить, что будут и аналитические программы именно по этой теме?

— Будут. Но мы приложим все усилия, чтобы избежать всякого рода дикостей и крайностей. Потому что их было до такой степени много, что мы сами устали, одурели и начали сходить с ума. Хватит зла. Нужно разбираться, полемизировать. Нет у нас никакого отдельного отношения к либерально настроенной части общества. Я имею ввиду настоящих либералов, а не таких, как Кудрин, который ездит в Америку с предательскими документами. Настоящие либералы должны присутствовать в обществе. Они уравновешиваются консервативной частью населения, и в таком взаимном диалоге рождаются истина и правильные решения. Не стоит забывать, что нашими странами прожита огромная тысячелетняя история, и какие бы чувства мы не испытывали сейчас, рано или поздно мы всё равно будем вместе. Что бы нам ни говорили политики, как бы мы сами в свое время ни истерили с двух сторон, но объективная ситуация такова, что мы не можем передвинуть наши страны, отказаться от тысячелетней истории. В каждой русской семье есть украинцы и наоборот. У меня есть родственники в Одессе, в Харькове, в Днепропетровске. А друзей полно тем более. С кем-то я служил в армии, с кем-то работал. У нас будет вполне адекватное телевидение, без крайностей, но с вполне патриотическим уклоном. Для большей объективности мы будем приглашать и представителей либерального лагеря, и представителей украинского истеблишмента. Потому что важно знать мнение всех кругов. Важно прийти к середине, к тому, что в православии называется «царский путь», где всё-таки можно найти какие-то точки соприкосновения, по которым мы сходимся. Вот с них и надо начинать. Мы уже поняли, по каким точкам мы не сходимся, их очень много. Их стало даже слишком много для обычных людей. Люди страдают, погибают, они запутаны и напуганы. Людям нужно нечто такое, что вызовет в них ощущение, что они получают респектабельную информацию, без каких-либо особо личностных интонаций.

Разумеется, авторские передачи тоже будут. Но, я думаю, мы избежим ток-шоу. Потому что ток-шоу само по себе предполагает спор. А знаете, в споре — один дурак, а другой подлец. Нам не хочется быть ни тем, ни другим. Мы хотим рассуждать о жизни, мы хотим рассуждать о том, как жить дальше. Ведь жить дальше придется. Мы хотим смирить себя до трезвой оценки ситуации. К этому же мы хотим склонить и наших пока потенциальных собеседников на Украине. Мы предлагаем попытку быть объективными. На данный момент телевидение — очень мощная сила. Гораздо сильнее, чем танки и ракеты. Мы уже скорректировали свои взгляды, пришли к более менее объективному пониманию ситуации. Но за это время мы успели потерять друзей и с той, и с другой стороны. Я надеюсь, проект получится особенным. Короче говоря, нам хочется, чтобы всё было без истерики и оскорблений, без фейков, с хорошей редакционной структурой, с привлечением хороших опытных и честных журналистов.

— С разоблачителями фейков.

— Ну да, и с разоблачителями фейков. Потому что Шарий делает бесценную работу. При этом, надо отдать должное, как бы он не ругал в своих видео нынешнюю украинскую власть, он никогда не оскорблял народ и никогда не был против самой Украины. Всем понятно, что он как был украинским журналистом, так им и остался. Это вызывает большое уважение, потому что мы должны быть патриотами своей родины.

Беседовала Елена Гагарина
Украина.ру

Фото сайта theplace.ru

Подробнее ...
В конференц-зале гостинице Radisson Славянская наградили победителей и дипломантов Radio Station Awards 2015.

В пятницу 5 июня в зале собрались гости и представители радиостанций, которые участвовали в конкурсе. С утра для участников премии была организована конференция "Перспективы развития регионального радио", в которой выступили ведущие специалисты медиаиндустрии.

Вечером победители получили свои заслуженные "Золотые звезды". За 2 часа церемонии организаторы вручили призы в 26 категориях конкурса. Смотрите список лучших на сегодняшний момент радиостанций России. За них голосовали радиослушатели и поклонники.

Свободное интернет-голосование длилось несколько месяцев. Каждый посетитель официального ресурса премии голосовал только один раз в течение суток. Голоса, полученные некорректными способами через «накрутки» и «анонимайзеры», не учитывались в итоговом результате. Свободное голосование продлилось до начала мая.

Наблюдатели отмечают, что радиостанции получали преимущество над конкурентами, благодаря призыву их поддержать в прямом эфире своих радиостанций. Это не запрещено правилами. Несмотря на то что голосование нельзя назвать безупречной статистической выборкой, оно безусловно выделило радиостанции, которые наладили дружеские отношения со своими слушателями.

Золотые звезды получили победители Radio Station Awards

Победители Radio Station Awards 2015 года названы. Лучшие радиостанции заслужили народную любовь и это главное. Оценку профессионалов представит премия "Радиомания" 26 июня 2015 года.

Лучшая радиостанция Дальневосточного федерального округа 2015

Mix FM (Хабаровск)


Лучшая радиостанция Сибирского федерального округа 2015

Радио «Шория» (Таштагол)


Лучшая радиостанция Уральского федерального округа 2015

Радио «Пилот FM» (Екатеринбург)


Лучшая радиостанция Приволжского федерального округа 2015

Радио «Юлдаш FM» (Уфа)


Лучшая радиостанция Северо-Западного федерального округа 2015

Радио «Волхов FM» (Волхов)


Лучшая радиостанция Северо-Кавказский федеральный округ 2015

Радио «Ватан» (Махачкала)


Лучшая радиостанция Южного федерального округа 2015

Радио «Казак FM» (Краснодар)


Лучшая радиостанция Крымского федерального округа 2015

Радио «Ялта FM» (Ялта)


Лучшая радиостанция Центрального федерального округа 2015

Радио Moscow FM (Москва)


Лучшая сетевая радиостанция 2015

Радио «Радио»


Лучшая информационная радиостанция 2015

Радио «Говорит Москва» (Москва)


Лучшая новостная радиостанция 2015

Радио «Комсомольская правда» (Москва)


Лучшее деловое радио 2015

Радио Business FM (Москва)


Лучшая информационно-музыкальная радиостанция 2015

Радио «Москва FM» (Москва)


Лучшая онлайн-радиостанция 2015

Радио «Фонтантка FM» (Санкт-Петербург)


Лучшее приложение для радио 2015

Rush.fm


Лучшая региональная радиостанция-партнер 2015

Радио DFM (Краснодар)


Лучший радиосайт 2015

Moskva.fm


Лучшая радиостанция УКВ, КВ, СВ, ДВ диапазона 2015

Радио «Радонеж» (Москва)


Лучшая танцевальная радиостанция 2015

Радио «Ваня» (Санкт-Петербург)


Лучшая поп-радиостанция 2015

«Радио для двоих» (Санкт-Петербург)


Лучшая рок-радиостанция 2015

Радиостанция «Рок-арсенал» (Екатеринбург)


Лучшая тематическая радиостанция 2015

Радио «Орфей» (Москва)


Лучшая народная радиостанция 2015

Радио «Шансон» (Москва)


Лучшая российская радиостанция 2015

«Русское радио» (Москва)


Специальный приз за вклад в развитие радио – Михаил Гуцериев

Фото с церемонии награждения

Фото Е. Зверева

Подробнее ...

Новости

Дни рождения

  • Сегодня
  • Завтра
  • На неделю
17 июля Владимир Иваненко

генеральный продюсер радиостанции «Ретро FM»

17 июля Мария Смирнова

Генеральный директор рекламного агентства «Зефир-медиа»

17 июля Екатерина Рождественская

главный редактор еженедельника «7 дней — телепрограмма», фотохудожник, автор проектов «Частная коллекция», «Реинкарнация», «Ассоциации» (журнал «Караван историй»)

18 июля Михаил Пономарев

главный редактор информационного вещания канала «ТВ Центр», член Академии российского телевидения

18 июля Леонид Загальский

генеральный директор Endemol Moscow

18 июля Аврора (Ирина Юдина)

телеведущая и актриса

18 июля Максим Скворцов

Главный режиссер,телеканал "Где и кто"

18 июля Владимир Мединский

министр культуры РФ, доктор политических и исторических наук, профессор

18 июля Антон Красовский

журналист

18 июля Леонид Барац

актер, режиссер, один из создателей театра «Квартет И»

17 июля Владимир Иваненко

генеральный продюсер радиостанции «Ретро FM»

17 июля Мария Смирнова

Генеральный директор рекламного агентства «Зефир-медиа»

17 июля Екатерина Рождественская

главный редактор еженедельника «7 дней — телепрограмма», фотохудожник, автор проектов «Частная коллекция», «Реинкарнация», «Ассоциации» (журнал «Караван историй»)

18 июля Михаил Пономарев

главный редактор информационного вещания канала «ТВ Центр», член Академии российского телевидения

18 июля Леонид Загальский

генеральный директор Endemol Moscow

18 июля Аврора (Ирина Юдина)

телеведущая и актриса

18 июля Максим Скворцов

Главный режиссер,телеканал "Где и кто"

18 июля Владимир Мединский

министр культуры РФ, доктор политических и исторических наук, профессор

18 июля Антон Красовский

журналист

18 июля Леонид Барац

актер, режиссер, один из создателей театра «Квартет И»

19 июля Ольга Белова

ведущая программы «Сегодня» (НТВ)

19 июля Павел Любимцев (Либерман)

ведущий телеканала «Домашний»,член Академии российского телевидения

19 июля Михаил Шмушкович

первый заместитель гендиректора телеканала «Россия», заместитель гендиректора ФГУП «ВГТРК»

19 июля Елена Шанович

арт-директор ОАО «ТНТ-Телесеть», арт-директор департамента «ТНТ-Дизайн», член Академии российского телевидения

19 июля Дмитрий Бочков

редактор, продюсер, ведущий телеканала «Телевидение Подмосковье»

19 июля Сергей Зверев

стилист, шоумен

19 июля Александр Ширвиндт

художественный руководитель Московского академического театра сатиры, народный артист России

20 июля Борис Корчевников

телеведущий и продюсер спецпроектов СТС, член Академии российского телевидения

20 июля Алексей Кудашов

корреспондент редакции информации РЕН ТВ

20 июля Александр Анучкин

ведущий программы «Главное» на «Пятом канале»

20 июля Вячеслав Масенков

заместитель генерального директора по аналитической работе канала «РБК-ТВ»

20 июля Дарья Лобанова

директор по управлению и контролю за производством ТРК «Петербург», член Академии российского телевидения

20 июля Андрей Васильев

продюсер проектов «Гражданин поэт» и «Гражданин хороший», шеф-редактор ИД «Коммерсантъ» в  2006-10 гг., гл. редактор газеты «Ъ» в 1990-96, 1999-2005, 2006-09 гг.

20 июля Владимир Роменский

журналист телеканала «Дождь»

21 июля Андрей Быстрицкий

Декан факультета коммуникаций, медиа и дизайна НИУ ВШЭ, член Академии российского телевидения, академик РАР

21 июля Олег Урушев

член Академии российского телевидения, Председатель Совета директоров телекомпании «СургутИнформТВ», Заместитель генерального директора АНО «Спортивное вещание», вице-президент НАТ, Москва

21 июля Татьяна Лазарева

ведущая программ «Хорошие шутки», «Хорошие песни» на СТС

21 июля Кирилл Легат

заместитель гендиректора РЕН ТВ

21 июля Татьяна Наумова

Заместитель Руководителя Федерального агентства по печати и массовым коммуникациям

22 июля Елена Муравьева

гендиректор «Европейской вещательной компании»

22 июля Алексей Cедов

президент группы компаний "Медиа-Холдинг" (Саратов)

22 июля Владимир Зайнетдинов

директор Информационной Службы Межгосударственной телерадиокомпании «Мир»

22 июля Иван Охлобыстин

режиссер, актер

23 июля Иван Демидов

телеведущий, советник политического департамента партии «Единая Россия», член Академии российского телевидения

23 июля Татьяна Малова

режиссер ООО «Цивилицация Нео», член Академии российского телевидения

23 июля Александр Олешко

актер театра и кино, телеведущий, заслуженный артист России

24 июля Сергей Брилев

заместитель директора телеканала «Россия», руководитель и ведущий программы «Вести в субботу»

24 июля Елена Афанасьева

директор дирекции креативного планирования и интернет-вещания «Первого канала», ведущая радио «Эхо Москвы»

24 июля Юлия Корнева

заместитель программного директора «Национального телевизионного синдиката»

24 июля Юлия Варенцова

корреспондент НТВ

Мы в соц. сетях

Наша страница в Facebook Наша группа вКонтакте Наш Instagram Наш микроблог в Twitter Наш канал на YouTube Яндекс.Метрика
© МедиаПрофи. Все права защищены.

Войти или Зарегистрироваться

Зарегистрированы в социальных сетях?

Используйте свой аккаунт в социальной сети для входа на сайт. Вы можете войти используя свой аккаунт Facebook, вКонтакте или Twitter!

Войти