А можно ли научить столь необходимой репортерской настойчивости? А умению интересно рассказывать историю? Время от времени я слышу, как журналист говорит, что нельзя, что эти качества «врожденные» и им «нельзя научить».
Меня беспокоит, когда я слышу эти вопросы и утверждения — в них уже отсутствуют те самые любопытство и настойчивость, к которым должны стремиться журналисты. И беспокоит не первый день.
Последний год я много думал об этих качествах и о том, как преподаватели должны преподносить эту тему, чтобы научить этим навыкам студентов и слушателей факультетов журналистики.
Итак, сегодня я представляю первую публикацию из серии статей, в которых исследую 7 качеств, без которых невозможна хорошая журналистика и хорошие журналисты. В ней я покажу способы, как эти качества (или навыки) можно поощрять и развивать.
ВОТ ЭТИ 7 КАЧЕСТВ:
• любопытство (включая воображение)
• скептицизм
• настойчивость / упорство
• сочувствие
• креативность
• дисциплина
• страсть
Первые четыре качества необходимы в первую очередь при сборе информации: они помогают журналистам видеть истории там, где их не видят другие, преуспевать в получении информации и обращаться с этой информацией должным образом.
Остальные три навыка больше связаны с подачей готовых историй: как рассказать имеющуюся историю наилучшим образом?
И никакой навык не существует сам по себе: от сочувствия, сдерживающего упорство, до дисциплины и творчества, дополняющих друг друга. Соответственно, и осваивать эти навыки нужно комплексно.
Итак, начнем. Как насчет самого фундаментального качества для любого начинающего журналиста — любопытства?
ПОЧЕМУ ХОРОШАЯ ЖУРНАЛИСТИКА НАЧИНАЕТСЯ С ЛЮБОПЫТСТВА (И ВООБРАЖЕНИЯ)
«Если говоришь, что хочешь увидеть мир, то не жалуйся, если тебя отправят в Джибути».
Одна из лучших вещей в журналистике — тот факт, что сегодня вы можете освещать одно, а завтра — совсем иное. С другой стороны, самая частая жалоба начинающих журналистов: тема не интересна.
Жалоба — это симптом недостатка любопытства.
Хорошая журналистика начинается с любопытства: желания познавать мир, задавать вопросы о том, как он работает. Это также попытка представить, чем дело может закончиться.
Но мы забегаем вперед. Почему хорошая журналистика — это результат любопытства?
Всю журналистику можно разделить на две большие категории: первая — это сюжеты, которые прямо реагируют на события и проливают свет на то, что мы хотим узнать. Вторая категория сюжетов основана на любопытстве (а активная журналистика не может существовать без любопытства) и начинается с вопросов: «Что происходит со спортсменами после выхода на пенсию?»; «На что Совет тратит деньги?»; «Почему у нас нет лекарства от рака?».
Конечно, и событийные материалы проигрывают, если там нет любопытства.
Возьмите стандартный репортаж: автокатастрофу. Все начинается с заявления местной полиции о том, что на определенной дороге в 23:15 разбился автомобиль, а водитель был арестован.
Нелюбопытный репортер может просто опубликовать эти факты — и ничего больше. У этого феномена есть термин: чурнализм (churnalism) — когда ничего не добавляется, ничего не ставится под сомнение и просто публикуется информация, полученная из одного источника.
Любопытный репортер, однако, захочет узнать больше:
• Что это была за машина?
• Как автомобиль разбился? Он съехал с дороги, столкнулся с другим автомобилем или с другим препятствием?
• Почему он разбился? Водитель заснул? Отвлекся? Может быть, он был под воздействием алкоголя или другого вещества? Это была чужая вина? Проблема с дорогой?
• Кто был в машине? Был ли это просто водитель?
• Был ли кто-нибудь еще задействован в качестве участников или свидетелей?
• Водитель ранен? Кто-нибудь еще?
• За что арестовали водителя?
• Ему предъявлено обвинение? Вышел? Когда полиция сможет что-то решить по этому вопросу?
• ДТП на этой дороге случаются редко или часто?
• Где именно на дороге это произошло?
Вы заметите, что многие из этих вопросов относятся к категории «Что-где-когда», которые часто обсуждаются в журналистике:
• Что?
• Кто?
• Где?
• Когда?
• Почему?
• Как?
СПОСОБЫ РАЗВИТИЯ ЛЮБОПЫТСТВА
На самом деле, подход «что-где-когда» в таком расширенном виде — это метод развития любопытства. Журналисты, начинающие карьеру, будут перечислять эти вопросы и пытаться ответить на них в своих репортажах.
Более опытные журналисты могут делать это не задумываясь: для них это стало привычкой.
Но есть и другие методы: подумайте о роли воображения в описанном выше процессе. Полиция предоставила очень мало информации, но в результате мы уже представляем себе части истории.
Например, мы могли бы уже представить, что водитель был пьян. Почему? Потому что полиция арестовала водителя: а это означает, что, возможно, водитель нарушил закон. Мы можем так подумать.
Кроме того, мы предполагаем, что наиболее вероятным законом в этом контексте будет закон о вождении в нетрезвом виде.
Использование таких подсказок полезно и важно: оно помогает инициировать вопросы, которые мы можем задать, но, вместе с этим, может быть опасным и ограничивающим. Не потому, что воображение — это плохо, а именно из-за недостатка воображения.
Рассмотрим другие объяснения, почему водитель был арестован:
• Он был под действием наркотиков, а не пил.
• Он не был пристегнут.
• Машина не подходила для дороги.
• Он напал на офицеров.
• Его разыскивали за другое, не связанное с этим, преступление.
Вот еще один недостаток воображения, который вы должны были заметить: в приведенных выше объяснениях использовалось слово «он». Разве полиция сказала, что водитель — мужчина? Нет, не говорила.
Чем больше информации предоставлено, тем больше придется «обрабатывать» нашему воображению, но тем более конкретными будут наши предположения.
Например, автомобиль определенной марки может побудить нас сделать больше предположений о событиях. Что, если бы машина была черным Порше? А если это какой-нибудь коричневый хэтчбэк? Розовый Фольксваген Жук? Белый Гольф?
«Дилемма хирурга» является хорошей иллюстрацией этого, и я использовал ее со студентами для изучения «бессознательной предвзятости»...
Любопытство и воображение помогают нам начать задавать вопросы, но есть еще один навык, который нам нужен для того, чтобы получить ответы... В следующей статье этой серии я рассмотрю его: это скептицизм.
Текст: Пол Бредшоу (перевод: Елизавета Александрова)
Андрей Курпатов
