Теплица социальных технологий приглашает журналистов на мини-курс «Введение в журналистику решений».

Сегодня, в век технологий и засилья информации, каждый склонен выбирать тот источник, которому он больше доверяет.

Карельские медиаюристы намерены изменить закон «О СМИ»

Суд отказал замредактору «ТВР-Панорамы» Антонине Крамских в праве самостоятельно защищать свои профессиональные права, и карельские правозащитники решили довести до Госдумы законопроект, который позволит журналистам лично направлять официальные запросы. Впрочем, юристы считают, что в повсеместном молчании госорганов виноваты сами журналисты, которые не отстаивают свои интересы в суде.

Дело в том, что, несмотря на отказ пресс-службы карельского ЗакСа отвечать на запрос информации о размере выплат депутатам за съем жилья, 17 июня суд не встал на сторону Антонины Крамских. Мотивировал он это тем, что отказ затрагивает не права лица, подписавшего запрос, а только права редакции.

Не дождавшись ответа от Союза журналистов России (27 июля заявители обратились туда за поддержкой), представители Крамских (Юридическая служба по защите прав журналистов и блогеров) пошли дальше. Они решили воспользоваться тем, что Карелия остается одним из немногих субъектов России, где общественные организации имеют право законодательной инициативы, и совместно с Правозащитным Союзом Карелии подготовили законопроект.

Он должен дополнить закон «О СМИ» понятием «журналистский запрос», в то время как на данный момент запрос может быть только редакционным. Как считают сотрудники Юридической службы по защите прав журналистов и блогеров, это существенно уменьшает возможности защищать свои права журналистам.

Действующее законодательство, пояснила в разговоре с Лениздат.Ру директор организации Елена Пальцева, хоть и дает журналисту права на сбор информации, но требует оформлять все запросы только от имени редакции. Соответственно, если информация не предоставляется, предоставляется не в срок или не по существу, по закону это нарушает права не журналиста, а реакции. «Понятие «журналистский запрос», которое мы предлагаем фактически приравнять к редакционному запросу, даст журналисту возможность самостоятельно отстаивать свои права», — уверена Елена Пальцева. Это позволит журналисту действовать без доверенности от редакции, а в случае судебного разбирательства платить госпошлину не в качестве юридического (6 тысяч рублей), а в качестве физического (300 рублей) лица. По мнению юриста, крупный размер пошлины не всегда позволяет редакциям, особенно небольшим, лишний раз участвовать в судебных разбирательствах.

Скажут, но не то

Основных проблем с официальными запросами, сходятся во мнениях и юристы, и журналисты, несколько. Чаще всего ответы, которые приходят в редакции, оказываются «ни о чем», их заполняют ссылки на различные нормативные акты, но по существу ответов на вопросы в тексте не обнаруживается. Не менее регулярна и другая практика — когда в документе пресс-службы оказываются ответы не на все заданные вопросы, а только на часть из них. Реже, но тоже довольно регулярно, пресс-секретари присылают ответы позже установленного законом семидневного срока. Зачастую не удается добиться и выдачи конкретных документов.

При этом административная ответственность за подобные нарушения невысока: должностью чиновник, не желающий предоставлять данные, не рискует, а размер штрафа не превышает 2 тысяч рублей. «Проблема есть, потому что открытость органов власти хоть и прописана на официальном уровне, по факту остается очень низкой, — сетует Елена Пальцева. — У нас есть закон об открытости органов власти, и там все права и обязанности довольно четко прописаны. Вопрос только в личной ответственности чиновников».

В подобной инициативе, считает юрист Центра защиты прав СМИ Светлана Кузеванова, «толковое зерно» есть. «Проблема, с которой столкнулась в этом деле Пальцева со своей командой – это проблема, с которой регулярно встречаются журналисты», — отмечает юрист в разговоре с Лениздат.Ру. По ее словам, специалисты Центра защиты прав СМИ неоднократно сталкивались с ней, жалуясь на молчание госорганов в прокуратуру. Правоохранители ссылались в том числе на то, что запросы, ответы на которые так и не были получены, направлялись от имени журналиста, а не от имени редакции. «Безусловно, это серьезно ограничивает права журналиста, — уверена Светлана Кузеванова. — Если мы говорим о специфике профессии, то информацию собирает не редакция, а конкретный журналист. И оперативность ложится на журналиста, который публикацию готовит».

Законопроект может облегчить жизнь журналистам и в размерах пошлины, и в возможности подавать запрос, не дожидаясь подписи редактора, процесс станет оперативнее и от этого в конечном счете выиграют читатели, заметила Кузеванова.

У журналистов свои пути

Но, по мнению юриста, подобная поправка если и упростит возможность защищать права журналистов, то только в теории, а не на практике. «Проблема того, что журналисты не получают доступ к информации, гораздо глубже и системнее, — считает Кузеванова. — Проблема в том, что само по себе законодательство не очень развито. Практика плоховата, да и журналисты — такой специфический народ. Они как люди творческой профессии редко заботятся о защите своего права. Им проще добыть информацию другими способами, но не добиваться правовым путем».

В целом судебные процессы по неисполнению пресс-службами государственных органов своих обязанностей инициируются только в 1-2% случаев, прикинула Светлана Кузеванова, да и в большинстве из них инициаторами выступают не журналисты, а юристы. А реальное решение проблемы, считает юрист, скрывается не в поправках, а в активности самих журналистов.

Нежелание редакций впутываться в подобный судебные процессы подтвердил Лениздат.Ру главный редактор петербургского «Коммерсанта» Андрей Ершов. По его словам, несмотря на частые формальные ответы не по существу или несоблюдение сроков, издание ни разу не пыталось привлекать недобросовестные пресс-службы к судебной ответственности. «Скорее всего, это не возымеет никакого действия, — уверен главред. — Лучше выстроить какие-то отношения, получить мобильный телефон первого лица, договориться, что он будет комментировать. Я считаю это более оптимальным путем, нежели такие формальные запросы. Если человек просит отправить официальный запрос, это косвенно говорит о том, что он говорить ничего не хочет». Как заметил Андрей Ершов, заставить чиновников говорить через судебные процедуры можно, хотя и очень сложно, но даже при удачном исходе отвечать по существу при этом они вряд ли станут.

Примеры есть

В противовес Светлана Кузеванова вспомнила пример совсем иного отношения к судебным тяжбам: воронежская районная частная газета «Пеленг», которая на любой отказ в предоставлении информации пишут жалобу в суд или прокуратуру. «Они выиграли все, — рассказала Лениздат.Ру юрист. — Как только они появляются на пороге какого-либо учреждения с очередным запросом, им готовы выдать буквально все, лишь бы не таскали по судам. Они воспитали тех, с кем работают. Но таких людей единицы, а большая часть не готова тратить свои деньги, время и силы на то, чтобы отстаивать право законным способом».

Светлана Кузеванова уверена, что регулярное оспаривание отказов — единственная возможность улучшить практику, и других вариантов нет. «Если бы каждая редакция обжаловала бы такие случаи, постепенно судебная практика сформировала бы и правоприменительную практику на местах, — предположила юрист. — Если бы госорганам несколько раз указали на то, что они неправы, они бы в следующий раз уже вели себя осторожнее и не допускали бы таких огрехов».

На скупую судебную практику по делам о непредставлении ответов на запросы жалуется и Елена Пальцева. «Журналист либо идет и получает информацию неофициальным путем, потом скрывая свой источник информации, либо просто не получает официальную объективную информацию, то есть страдает качество материалов», — рассказала она Лениздат.Ру. По ее мнению, новый законопроект может существенно улучшить судебную статистику по подобным делам, стимулировать журналистов обращаться в суды. Впрочем, если чиновнику нужно скрыть информацию, он скроет ее в любом случае, согласилась правозащитник.

Не там копают

Впрочем, управляющий партнер Коллегии юристов СМИ Федор Кравченко уверен, что законопроект, который разрабатывается в Карелии, не укладывается в логику российского медийного законодательства. «Журналист — это человек, который связан договором с редакцией конкретного СМИ, — подчеркнул юрист в разговоре с Лениздат.Ру. — Юридически фрилансеров не бывает. Соответственно, если есть журналист, то у него есть редакция, и никаких проблем с тем, чтобы отправлять запрос от редакции, у него быть не должно».

По мнению Федора Кравченко, на данный момент закон «О СМИ» достаточно хорош, и те изменения, которые вносятся в последние годы, только портят его. Лучшим вариантом сейчас, считает юрист, будет не трогать его лишний раз — неизвестно, какие изменение претерпит инициатива по пути к принятию закона.

Проблему же с размером пошлины Федор Кравченко считает надуманной, поскольку сумма не настолько высока, чтобы остановить редакцию. К тому же, заметил юрист, выигравшей стороне взнос возвращается.

Однако с тем, что главная проблема неработающих официальных запросов — неготовность редакций вставать на защиту прав журналистов в суде, он согласен. «Возможно, это такое свойство национального менталитета, — предполагает юрист. — Ссориться не очень хотят, поскольку суд воспринимается именно как ссора». Кроме того, заметил Кравченко, суды зачастую — дело небыстрое, информация журналистам нужна сразу, а выиграв суд через полгода, они получат устаревшие и уже бесполезные сведения. «Но если пресс-служба понимает, что она может до бесконечности отфутболивать запросы и ей за это ничего не будет, естественно, она будет значительно хуже работать, — возмущается юрист. — На мой взгляд, это недальновидная практика, потому что она приводит только к ухудшению ситуации».

Частным порядком

Теоретически отправлять запрос как частное лицо журналист может и сейчас, но в таком случае ответ госструктура будет обязана предоставить уже не в недельный, а в месячный срок. Правда, некоторых это не пугает — к примеру, главный редактор «Канонера» Дмитрий Ратников давно принял решение посылать частные запросы вместо редакционных. Ответы на них, как он рассказал Лениздат.Ру, «оказываются интереснее».

Так, очень часто по итогам публикации ответов на подобные запросы, в ведомствах начинаются проверки, так как оказывается, что информация госструктурой была выдана не просто неполная, а ложная. «Нам говорят: «Мы такого не могли сообщить, есть такие-то документы», — ранее рассказывал Лениздат.Ру Дмитрий Ратников. — В итоге принимаются меры для того, чтобы граждан извещали нормальным образом вне зависимости от того, кто является автором обращения». Встречаются также ситуации, в которых на один и тот же запрос, посланный от физлица и от редакции, приходили разные ответы.

Больше гарантий

Так или иначе, Елена Пальцева надеется, что новая законодательная инициатива сможет стать стимулом для формирования судебной практики по такой категории дел. «Это закрепит права журналистов на получение информации и запрос информации, — считает юрист. — Журналист обязан по 47 статье закона «О СМИ» проверять информацию, а как он ее проверит, если он не может добиться от власти ответов, оперативно получить информацию?» Как заметила Пальцева, это не кардинальное изменение, но оно корректирует закон и дает журналисту больше гарантий для защиты своих прав при нарушении их представителями власти.

Кроме того, как рассказала юрист, исключительным правом законодательной инициативы карельские общественные организации пользуются нечасто. «Я думаю, нас должны поддержать, — считает Пальцева. — Это не политическое решение, оно просто немного подправляет закон».

Если карельский ЗакС одобрит инициативу в новой сессии (она начнется в сентябре 2015 года), законопроект направится в Госдуму. Это не первая попытка изменить условия работы запросов. Законопроект депутата петербургского ЗакСа Марины Шишкиной о праве СМИ направлять в органы власти запросы в электронном виде уже одобрен ЗакСом и внесен в Государственную думу.

Катерина Яковлева

Лениздат.Ру

Ежегодно почти 160 российских вузов выпускают около 30 тысяч молодых людей с дипломами, в которых в графе специальность значится «Журналистика». При этом в медиаотрасли по-прежнему наблюдается высокий спрос на профессиональных журналистов. В чем парадокс сложившейся ситуации, мы попытались разобраться с деканом факультета журналистики МГУ имени М.В. Ломоносова Еленой Вартановой и директором Института «Высшая школа журналистики и массовых коммуникаций» Санкт-Петербургского государственного университета Анатолием Пую

За год искусственный интеллект написал более 800 статей на разные темы

Венедиктов: Смартфон, который изменил аудиторию

Смартфон, который создает новый тип аудитории, журналистика мнений вместо информационной и методы приспособления к новой эпохе соцсетей – представители крупнейших СМИ обсудили жизнь медиа в эпоху смартфона на XV Международном форуме по коммуникациям Baltic Weekend 2015.

Гендиректор ИД РБК Екатерина Сон, гендиректор проекта «Сноб» Марина Геворкян, главный редактор Lenta.ru Алексей Гореславский и другие представители СМИ рассказали, как они используют интернет вообще и смартфоны в частности в качестве еще одного технического средства. Другой взгляд на новые технологии предложил главный редактор «Эха Москвы» Алексей Венедиктов. Он утверждал, что появление смартфонов необратимо изменило людей, пока еще неясно, как именно, и СМИ должны или измениться для нового читателя не только в форме, но и в содержании, или умереть.

Выступая перед журналистами 26 апреля 2015 года, глава медиахолдинга News Media Арам Габрелянов рассказал о том, каким видит будущее телевидения и журналистики. По мнению Габрелянова, смешанный формат вещания, какой превалирует сегодня в этой сфере, уйдет в прошлое через десять лет. Он уверен, что всё будет сегментироваться по форматам вещания — новостной, спортивный, культурный и многие другие.

Что касается печатных СМИ, то их перспективы, по мнению Габрелянова, видятся весьма сомнительными. Реальную угрозу для них, да и для журналистики в целом, представляют социальные сети, отметил он.

Отвечая на вопрос о необходимости государственного присутствия в средствах массовой информации, Габрелянов оказался категоричен и высказался против присутствия федерального влияния в этой сфере. Он подчеркнул, что 95% изданий должны быть частными.

Авторское право, по мнению главы холдинга News Media, в России, как и во всем мире, следует неукоснительно соблюдать. «Оно должно быть железно, стопроцентно утверждено в стране. Те же Google и «Яндекс» зарабатывают на наших с вами новостях. Посмотрите на их просмотры в новостных поисковиках, а они нам ничего не платят. Вы вкладываете в видео свои человеческие ресурсы, и за это должны платить», — уверен он.

Рассказывая о том, какими качествами должен обладать журналист дня завтрашнего, медиаменеджер сформулировал собственную формулу: «Будущий журналист должен быть человеком интегральных компетенций. Если он не будет таковым, то он уже не журналист, а блогер. Если вы не умеете грамотно добывать информацию, ее обрабатывать и если вы не умеете ее креативно подать, то будущего у вас никакого нет. Интегральная компетенция — это очень важно. Сейчас у нас есть телеканал, радио и газета. Так вот журналист должен уметь работать и на радио, и в газете, и на телевидении».

Поведал Габрелянов и о своей философии, которая, уверен он, нисколько не противоречит, а, скорее, совпадает с информационной политикой государства. Суть ее проста — играй на опережение.

«Если вы гонитесь за эксклюзивом, вы можете проиграть в этой гонке, — считает он. — Но если вы не гонитесь за эксклюзивом, вы уже проиграли. Против нас играют огромные западные проекты, и если в России мы не сможем ответить на их вызов, то есть шанс проиграть. Обороняющаяся позиция всегда проигрышная. У нас люди намного умнее. Я часто бываю за границей, я вижу, как они работают. По качеству людей мы намного сильнее». Однако, добавил он, наша страна не должна вставать на путь изоляционизма. «Скорее, наоборот: информационная экспансия в страны Европы и Америки» — вот какой путь обозначил для России Габрелянов.

Система работы западных СМИ выстроена таким образом, что выступление против интересов своей страны или же ее публичное оскорбление неминуемо станет следствием увольнения журналиста, отметил Габрелянов. При этом он добавил, что в России, напротив, подобные реплики средствах массовой информации, уничижающие собственную страну, если и не приветствуются, то уж точно не становятся причиной кадровых решений в отношении работника СМИ.

«Я не за голый патриотизм и не считаю, что нужно закрыться, поставить железный занавес, — сказал медиаменеджер. — Наоборот, надо осуществлять экспансию. У нас хватает сил, мозгов, людей. Надо продвигать свою идеологию».

Источник

На конгрессе новостных СМИ в Вашингтоне представили отчет Всемирного издательского форума «Тренды в редакциях»

Полная версия отчета размещена в платном доступе на сайте Всемирной ассоциации газет. Основные 9 трендов в редакциях по всему миру опубликован на сайте journalism.co.uk

1. Геймификация новостей и виртуальная реальность

Благодаря таким технологическим новинкам как 3D-шлем Google Cardboard и шлем виртуальной реальности Oculus Rift редакции все чаще используют игры и ВР в освещении новостей. Интерактивную игру Би-би-си Syrian Journey («Поездка по Сирии»), запущенную в этом году, раскритиковали The Daily Mail и The Sun за «превращение человеческой трагедии в детскую игру». Однако редактор отдела разработки The Guardian Кит Стюарт утверждает, что эти оценки вызваны «непониманием того, чем являются, или могут стать, игры». Менеджер проектов Европейского центра журналистики Антуан Лоран отмечает, что игровые элементы позволяют бороться с «недостатком интереса и недостатком инновационности в освещении тем, связанных с развитием и развивающимися странами». ЕЖЦ профинансировал создание игры Rebuilding Haiti («Восстановим Гаити»).

Среди других приведенных в отчете примеров геймификации новостей — #HungerProject филиппинского онлайн-СМИ Rappler и интерактивный фильм-игра Pirate Fishing от Al Jazeera.2. Сложности с защитой источников информацииВо многих странах в результате «эффекта Сноудена» данные, которыми обмениваются журналисты с истончниками с помощью Интернета, все чаще становятся объектом слежки со стороны властей и хакерских атак. В результате все больше информации передается при личных встречах, чтобы избежать какого-либо электронного следа. По словам бывшего редактора The Guardian Алана Расбриджера, заниматься журналистикой расследований в таких условиях будет сложнее.

В то же время, в Швеции законодательство настолько сильно защищает конфиденциальность источника, что за раскрытие тайны журналист может попасть в тюрьму.3. АвтоматизацияВыступая на конгрессе, вице-президент Associated Press Лу Феррара рассказал, что автоматизация новостей привела к тому, что у журналистов агентства стало на 20% больше времени, которое они могут посвятить более серьезным темам. Газета Los Angeles Times также использует автоматизацию при освещении определенных тем — например, первых новостей о землетрясении в Калифорнии в феврале 2013 года. В то же время, критики такого подхода утверждают, что роботы могут лишить журналистов рабочих мест.

4. Эффект Charlie Hebdo

Январское нападение на редакцию журнала Charlie Hebdo в Париже вернуло на повестку дня вопрос личной безопасности журналистов, тестирующих границы свободы слова. Кроме того, освещение последовавших за нападением терактов с захватом заложников вызвало вопросы, насколько журналист имеет право раскрывать информацию о том, что ему стало известно в ходе спецоперации. Бывшие заложники подали в суд на французский телеканал, который в прямом эфире раскрыл место, где они прятались от вооруженного захватчика.

5. Подкаст-революция

Одним из самых известных подкастов за последнее время стал Serial — серия подкастов о жизни американца, обвиненного в убийстве своей девушки. Это не единичный пример. «От Копенгагена до Чикаго люди собираются на совместное прослушивание аудиозаписей в театрах, церквях, парках и даже, как ни странно, кинотеатрах, где на экранах идут зарубежные аудиосериалы с английскими субтитрами», — говорится в отчете. По данным компании Pew, 17% американцев слушают подкасты хотя бы раз в месяц (в 2008 этот показатель составлял 8%).

6. Популярность чат-приложений

Все больше редакций используют мобильные приложения для чата, такие как WhatsApp, WeChat или Line. В апреле Би-би-си запустила «горячую линию» в Viber для помощи выжившим после землетрясения в Непале. Мобильные приложения хорошо работают там, где скорость мобильного интернета лучше, чем на стационарном компьютере. В некоторых странах более 70% пользователей мобильных телефонов используют WhatsApp: например, в Малайзии, Южной Африке или Сингапуре.7. Эволюция онлайн-аналитики

За последние годы система работы с данными Интернет-статистики «претерпела значительные изменения», — говорится в отчете. В качестве положительного примера по превращению онлайн-статистики в доступный ресурс и инструмент для редакций приводится система статистики Ophan, которой пользуется The Guardian. По словам директора отдела исследования аудитории The New York Times Джеймса Робинсона, в его газете большое внимание уделяется вовлеченности аудитории и ее мотивации, и меньшее — объему.

8. Стремление к гендерному балансу

Согласно исследованию, проевденному Международным женским медиа-фондом (IWMF), женщины составляют лишь 36 процентов от репортеров и 25% от менеджмента в СМИ по всему миру. Одна из самых эффективных стратегий по борьбе с этим неравенством, пишет сайт journalism.co.uk, применяется компанией Bloomberg, которая вводит новые показатели и цели работы, направленные на привлечение большего количества женщин на лидерские позиции. Кроме того, отчет обращает внимание на усиление тенденции «кибермизогинии» — женщины-журналистки чаще становятся объектом онлайн-атак от хейтеров, чем мужчины.

9. Больше инноваций в небольших СМИ

Небольшие СМИ стали больше экспериментировать с новыми технологиями. Des Moines Register добавляет к новостям виртуальную реальность, новостное агентство VietnamPlus привлекает молодую аудиторию с помощью рэпа, а сигнапурская газета Straits Times создала сразу три специальных ресурса, где читатели и журналисты могут обмениваться информацией и фотографиями на тему развлечений, образования и путешествий.

Текст и фото mediakritika.by

Издание Columbia Journalism Review попросило топовых американских журналистов поделиться самым полезным советом, который им когда-либо давали.