«Они взбесились»

Соцсети в июне: активность клириков и спекуляции на смерти Фриске

В первом месяце лета обилие скандальных тем позволило множеству СМИ нарастить популярность в социальных медиа. Памятка по Крыму и «патриотический стоп-лист», наводнение в Тбилиси и стихия в Сочи, легализация гей-браков в США и действия «Исламского государства». Это далеко не полный список событий, обсуждаемых в соцсетях в июне. Главной темой месяца стала смерть певицы Жанны Фриске, интерес к которой СМИ использовали для привлечения дополнительного трафика. «Лента.ру» публикует июньский рейтинг цитируемости СМИ в социальных медиа, составленный аналитическим центром Brand Analytics.

В первый месяц лета картина цитируемости СМИ в социальных медиа претерпела значительные изменения. Череда спортивных скандалов, позволивший профильным ресурсам увеличить цитируемость в соцсетях в мае, сменился торжеством общественно-политических и бизнес-изданий, а также тех, кто не стыдился спекуляций на теме смерти известных людей.

В верхушке рейтинга произошла рокировка. РИА Новости подвинуло русскоязычный сайт канала RT на второе место, «Газета.Ru» и «Лента.ру» удержали третью и четвертую строчки соответственно, пятерку замкнул сайт телеканала «Дождь», месяц от месяца набирающий цитируемость в соцсетях. На шестом месте портал LifeNews, ТАСС, в мае располагавшийся в пятерке лидеров, в июне сместился на седьмую позицию, восьмую строчку удержал Rbc.ru, топ-10 закрыли сайты канала «Звезда» и «Российской газеты» (плюс две строчки в рейтинге).

У агентства Regnum заметное падение. В то время как информагентства в июне преимущественно набирали цитируемость, Regnum упал на десять строчек (28 место). Три пункта сдал сайт «Эха Москвы», два — НТВ и Pravda.ru.

Бизнес-издания, напротив, отвоевали позиции. В рейтинг вернулся сайт газеты «Ведомости» — на 26 место, семь строк прибавил Kommersant.ru — 15 место. «Патриотический стоп-лист» НКО, арест российских активов по решению Третейского суда в Гааге, эмбарго на ввоз продуктов в Россию, экономическая катастрофа Греции, последствия санкций, саммит «Большой семерки», Петербургский международный экономический форум — актуальность, в частности, этих тем сказалась на результатах.

В десятку самых расшаренных в июне вошли два материала СМИ, посвященные Петербургскому форуму. Это статья «Новой газеты» «Инвесторы получили сигнал бежать» о смысле речи Владимира Путина, произнесенной на ПМЭФ (в Facebook записью поделились 12 тысяч пользователей), и видеозапись с Форума, где большинство иностранных бизнесменов на вопрос Германа Грефа, верят ли они в успешность реформы госуправления в России, ответили «реформы не будет — не хватит политической воли», чем на некоторое время озадачили главу Сбербанка.

В июне пользователи русскоязычного сегмента соцсетей следили за злодеяниями запрещенной в России террористической организации ИГ, наводнением в Тбилиси и потопами в российских городах, по-разному реагировали на легализацию однополых браков в США, обсуждали забастовки в Армении, назначение Саакашвили на пост губернатора Одесской области, право на забвение в интернете, скандал вокруг Uber, памятку по Крыму, патриотический стоп-лист, отъезд из России Жанны Немцовой, интервью Януковича «Би-би-си» и исчезновение из него некоторых фрагментов. Вспоминали Евгения Примакова и Джуну Давиташвили, скончавшихся в июне. Скандалом и сотнями расшаров в Facebook обернулся отказ Бориса Акунина и других медийных персон от сотрудничества с сайтом «Эха Москвы» после публикации помощницы главреда радиостанции записи о Михаиле Касьянове.

Могильный трафик

Но вовсе не эти новости стали самыми массовыми в июне по количеству лайков, расшаров и публикаций в СМИ как таковых. Из десяти наиболее цитируемых в июне материалов СМИ в соцсетях — четыре (на сайте Первого канала, «Дождя», «Вести.ру» и РИА Новости и ) касаются смерти Жанны Фриске. «Лента.ру» уже писала о том, какими методами российские СМИ нагоняли трафик на волне сочувствия к трагедии Фриске.

В первые несколько дней некоторые СМИ выпустили до нескольких сотен сообщений, связанных со смертью Фриске. Обсуждались последние дни жизни певицы, ее отношения с Дмитрием Шепелевым, мотивы его отъезда за границу за пару дней до смерти гражданской жены. Журналисты выясняли новые подробности, искали зловещие предзнаменования, опросили, пожалуй, всех звезд шоу-бизнеса, телеканалы выдавали в эфир наспех снятые фильмы сомнительного качества.

Личный рекорд побила газета «Московский комсомолец», организовавшая онлайн трансляцию сначала с прощания с певицей, а затем и похорон. Онлайн с церемонии прощания в «Крокус Сити Холл» на сайте МК собрал около 1,5 миллионов просмотров, с Ново-Архангельского кладбища — больше 850 тысяч.

Однако даже рекордный по просмотрам онлайн не помог. До сих пор стабильно болтавшийся в конце списка сайт МК в июне из него выбыл. РЕН ТВ, также с большой пользой для трафика «отработавший» тему смерти Фриске, ворвался в рейтинг популярности в сосцетях сразу на 22 место.

Соцсети и сами провоцировали скандалы вокруг кончины Фриске. Оскорбительная шутка о смерти певицы в юмористическом сообществе MDK во «ВКонтакте» сначала навлекла на паблик гнев общественности (открытую петицию с требованием к Генпрокуратуре наказать администраторов MDK по закону подписали свыше 155 тысяч человек) и депутатов Госдумы, потребовавших закрыть сообщество. Не закрыли: «ВКонтакте» удалила шутку из ленты MDK и по требованиям рекламодателей отключила паблик от биржи рекламы, лишив гарантированного источника заработка.

«Мир сейчас, слава Богу, долгим тоже не будет»

В июне по количеству заявлений пика полугодовой активности достигла Русская православная церковь (РПЦ), главным транслятором позиции которой выступает протоиерей Всеволод Чаплин.

Все началось с апрельского призыва патриарха Кирилла к духовенству быть ближе к пастве и активнее использовать социальные сети для несения слова божия. С тех пор Церкви в пространстве медиа, в том числе и социальных, стало заметно больше. Не прошло и месяца, как во «Вконтакте» появился аккаунт патриарха Кирилла, который обсуждался и на других площадках.

Затем представители РПЦ сделали ряд громких заявлений, быстро распространившихся по соцсетям.

В мае церковь выступила с предложением ввести в школьную программу обязательный предмет «Большая семья». Вскоре, уже в июне, пообещала разорвать отношения с несколькими протестантскими церквями из-за одобрения ими однополых браков. Следом предложила объявить сторонников абортов врагами России, а потом «Лента.ру» опубликовала скандальное интервью протоиерея Дмитрия Смирнова, в котором он сообщил, что «последовательный атеист должен покончить самоубийством».

В середине месяца Чаплин предрек обществу скорую войну и фактически объяснил, что это — норма.

«Мир долгим не бывает. Мир сейчас, слава Богу, долгим тоже не будет. Почему я говорю "слава Богу"? Общество, в котором слишком много сытой, спокойной, беспроблемной и комфортной жизни, — это общество, оставленное Богом. Это общество долго не живет», — заявил протоиерей в программе «Особое мнение» на «Эхе Москвы».

Разумеется, представители РПЦ не могли не отреагировать на легализацию однополых браков в США и сообщили, что поможет исцелять геев через покаяние.

Казалось, о высказывании Чаплина на фоне стремительно развивающихся событий успели забыть. Дискуссия развернулась с новой силой спустя неделю, после речи Бориса Гребенщикова во время концерта в парке «Красная Пресня».

«Церковь объявила, что страдания пойдут на пользу народу. По-моему, они взбесились. Много денег плохо действуют на мозг. Они считают, что имеют право говорить и решать за народ, от вашего имени. Они считают, что имеют право делать вас пушечным мясом», — заявил Гребенщиков, после чего исполнил песню Виктора Цоя «Безъядерная зона».

Видеоролик с антивоенным выступлением БГ, опубликованный на сайте «Дождя» спустя несколько дней после концерта, по данным Brand Analytics, стал одним из самых цитируемых материалов СМИ в июне. Счетчики на сайте канала указывают на то, что только в Facebook записью поделились больше 23 тысяч пользователей.

Видео, выложенные на сайте «Дождя», вообще пользовались особенной популярностью в июне. Кнопку «поделиться» под смонтированным Михаилом Перегудовым роликом, в котором герои советских фильмов «исполняют» песню Земфиры «Хочешь», нажали больше 37 тысяч пользователей Facebook.

Как составлялся рейтинг

Brand Analytics оценивает количество сообщений за месяц в социальных медиа, содержащих ссылку на тот или иной новостной сайт из топ-30. Источники для анализа сообщений — популярные социальные сети и сервисы, такие, как «ВКонтакте», Twitter, «Одноклассники», «Мой Мир», Facebook, Instagram, YouTube, G+, а также блоги, форумы, новостные статьи и комментарии к ним, тематические сайты и группы обсуждений.

Всего для расчета июньского рейтинга было обработано больше 730 миллионов русскоязычных сообщений. В них использовались свыше миллиарда ссылок на внешние ресурсы.

Лента
Светлана Поворазнюк

В рамках проводимого «Левада-Центром» исследования выяснилось, что относительно независимые СМИ в России остались только на уровне муниципалитетов. Как правило, это небольшие газеты в городах с населением в 30-50 тысяч жителей. Они не освещают федеральные темы, но есть ряд инфоповодов, которые могут появиться только на страницах таких СМИ. Например, новость о том, что сын местного прокурора сбил старушку, либо чиновники украли средства на ремонт школы и др. Таким комментарием снабдил выступление главного редактора журнала «Дилетант» Виталия Дымарского его коллега на конференции 27-28 июня в Барнауле Алексей Левинсон. ИА «Банкфакс» приводит сам текст доклада.

- Выживут ли в России независимые СМИ? Начнем с того, что СМИ являются не единственным, но основным каналом общественного мнения, поэтому я хотел бы представить скорее такой взгляд изнутри на эту проблему: что такое СМИ и как они зависят от госполитики? При такой формулировке - «выживут или нет» ответ достаточно очевиден. При нынешнем режиме, нацеленном на огосударствление всех форм жизни — нет не выживут, более того, я бы сказал, что уже не выжили. В настоящее время достаточно пальцев одной руки, чтобы перечислить более-менее независимые СМИ. Можно сказать, что за нулевые годы такое понятие оказалось изжито. Здесь необходима оговорка — что именно мы понимаем под независимыми СМИ. Конечно, в первую очередь независимые от государства, говорить же в целом об этом неоднозначном термине — тема для совершенно другой дискуссии. Правильнее в этом контексте рассуждать о состоянии свободы слова в России в настоящее время.

Есть три фактора, которые определяют нынешнее состояние СМИ. Это способы регулирования медиа-сферы, возможность управления, а также профессионализм и ответственность самих журналистов. Говоря об управлении СМИ со стороны государства, причем вне зависимости от формы собственности, следует признать, что государство старается максимально отрегулировать данную сферу. Все помнят крылатое выражение о том, что суровость российских законов компенсируется необязательностью их исполнения, но есть один очень хороший закон, действительно весьма либеральный и демократичный, это закон «О СМИ». Нужно признать, его пока не тронули, но либеральный характер этого закона компенсируется. я бы так сказал, множеством положений других законов, которые буквально обволокли медийное поле массой запретов, навязав свою интерпретацию запрещенных действий — от возбуждения ненависти и оскорбления религиозных чувств до клеветы и предвыборной агитации. Все это внешне правильно, но обставлено так, что СМИ постоянно чувствуют себя виноватыми, в том числе и отсюда происходит сужение свободы слова с каждым днем. А для того чтобы закон работал, нужен как минимум независимый суд. Что такое нынешний российский суд?.. Все здесь понятно.

Свежий пример — закон о привлечении к уголовной ответственности за измену — в случае распространения данных о потерях Минобороны в мирное время. Конечно, любой мало-мальски мыслящий обыватель понимает, что это связано с событиями на Украине. Таким образом, власть оставляет нам только госканалы на этот счет: «Вот вам единственный верный источник того, что происходит на Украине». Другой пример - уход свободной журналистики в блогосферу тоже породил ответные действия по максимальному ужесточению этого пространства. Прекрасно помните один из последних скандалов с той же «Фабрикой троллей» как пример ответных действий государства на относительной небольшой островок свободы возникший ранее в Интернете.

Наконец, еще один способ регулирования со стороны государства, ранее такая модель кстати практиковалась в Польше, когда формально у журналистов вообще не было никаких ограничений, просто за кулисами сидел человек, который все время говорил, что нужно делать. В данном случае понятно, что имеется в виду некий коллективный образ. Вопрос — а можно ли его не послушаться - да, но тогда вам покажут зависимость от государства другими способами. Среди них - «финансовое удушение»: запрет для рекламодателей и так называемое организационное удушение — изъятие из оборота данного СМИ.

Здесь вспоминается история с телеканалом «Дождь» и тем самым злополучным опросом. Мне тогда директор СМИ Наталья Синдеева сказала - не переживай, нужно было просто найти повод. После чего моментально последовала реакция кабельных сетей — все прошло строго по закону, но на самом деле все мы прекрасно понимаем: человек за кулисами сказал закрыть «Дождь» и все. Государство освоило для себя практически все средства по управлению СМИ — власть их вписала в свою повестку дня с единственной целью — сохранение существующего положения, сохранение режима, а здесь любые способы хороши.
Второй фактор — качество управления медийными активами. Здесь у нас также общероссийская проблема — все общественно-политические СМИ не были задуманы как бизнес-проекты, то есть большинство просто используется как инструмент политических или экономических разборок. А это значит, что они не хотят бороться за потребителя информации, а следовательно и за рекламные поступления по той причине, что финансируются совершенно другими способами — прямыми вливаниями, доходами собственника, либо на выручку от «заказухи» - компроматами, либо скрытыми рекламными материалами.

Понимаете, такие СМИ совершенно не боятся проиграть информационно, потому что от этого ничего не зависит. Они просто финансируются по-другому — нет открытой конкуренции на информационном поле. Поэтому ряд тем можно просто не освещать под предлогом того, что нашу аудиторию это не интересует. Такую ситуацию, когда СМИ добровольно избавляется от выигрышного инфоповода просто невозможно представить в той же Германии или Франции, где идет очень жесткая конкуренция за зрителя к примеру между госканалами и частными. У нас в качестве оправдания, почему та или иная тема так и не получила огласки, можно услышать: «Мы госканал и поэтому обслуживаем власть». Это что за оправдание такое? Вообще-то власть и государство — это далеко не одно и то же.
Отдельная ремарка по поводу региональных СМИ. В тех тяжелых экономических условиях, в которых они вынуждены работать, когда практически отсутствует рекламный рынок, не остается другого выбора, кроме как идти за деньгами к местным властям, естественно в обмен на полную лояльность.

Теперь наверное самое сложное и субъективное: профессионализм и ответственность журналистов. Знаете, многих моих коллег можно упрекать за конформизм, хотя в душе они и остаются приверженцами либеральных ценностей. Но это этический момент в первую очередь, личный выбор каждого человека — идти или нет на компромисс. Это диктуется почти всегда определенной жизненной ситуацией и набором потребностей: можем ли мы требовать индивидуального подвига и самопожертвования. Скажу только, что любая корпорация, и журналисты здесь не исключение, не может быть хуже или лучше той социальной среды, где она находится, поэтому как ни крути, но это и есть срез общества. Давайте посмотрим в этой связи на последние опросы общественного мнения. Их результаты однозначно свидетельствуют, что по мнению россиян, усиление госконтроля за СМИ — благо, а защита религиозных чувств граждан важнее, чем свобода слова. Последнее обстоятельство, конечно, напрямую связано с событиями вокруг Charlie Hebdo.
Любопытны и следующие данные. В 2000-х годах многие россияне считали, что свобода слова есть, но она чересчур большая. Это значит только одно - фактически само общество отказывается от реальной картины мира, предпочитая вечный позитив в таком виртуальном пространстве. Да, все это не меняет того, что можно и нужно упрекать журналистов, особенно тех, кто променял свое призвание на профессию пропагандиста. Увы, но если смотреть с точки зрения историка на традиционные российские ценности, то свободы и человеческая жизнь всегда были внизу ценностной пирамиды.

В конце нужно задать вопрос, как будет развиваться ситуация дальше? Наша главная беда в том, что все реформы идут сверху, поэтому пока не придет новый Горбачев, условно говоря, перемен ждать не приходится, скажу больше — пока просматривается дальнейшее ужесточение режима, вплоть до массовых репрессий. Приведу и такой факт. Примерно 25 % россиян черпает информацию из Интернета, но половина из них с Yandex или Mail. Что это значит? Люди просматривают только 5-7 главных новостей с ленты и на этом потребление информации заканчивается.

Меня спрашивают, что сейчас преобладает в сознании журналистов - цензура или самоцензура? Я бы ответил, что это комбинация, нельзя однозначно сказать, что что-то превалирует. Если помните тот образ, который я использовал ранее, то к этому пресловутому коллективному цензору ходят главные редакторы, после чего, возвращаясь к себе в офис, доводят информацию до журналистов. В результате последние ограничены в своих действиях, хотя им даже и говорить-то уже ничего не надо, все и так все прекрасно понимают.

Здесь показателен пример с «Эхом Москвы», одним из немногих российских СМИ, которое еще можно отнести к независимым. Мы как-то попробовали сами себе ответить на вопрос, почему «Эхо» не закрывают? В итоге сформулировали три, пожалуй, главные причины. Во-первых, многие лидеры иностранных государств обязательно посещают «Эхо» при визите в Россию. Достаточно назвать Клинтона, Блэра, Меркель и др. Для них — это своеобразный бренд относительно независимого от государства СМИ. То есть здесь играет роль международный аспект — вроде как не удобно прикрывать такой известный проект. Во-вторых, «Эхо Москвы» не является электоральным ресурсом для власти, а поэтому им это не столь интересно, все-таки радио - не ТВ, большого влияния слушатели на выборы не окажут, исходя хотя бы из размеров аудитории «Эха». Ну и наконец, наиболее нетривиальная версия - сами слушают... Вы знаете, шутки шутками, но я хорошо помню, как в начале 2000-х годов тогда генпрокурор Владимир Устинов звонил в прямой эфир и говорил, ну вы что там вообще передали такое, ведь абсолютно не соответствует истине... Кстати, и Путин несколько раз признавал, что ему не нравится, то что звучало на «Эхе». Уж не знаю, слушал ли президент живой эфир или это была стенограмма, но факт остается фактом. Тем не менее не могу не признать, что в последнее время компромисса на «Эхе Москвы» становится больше, что вполне укладывается в текущую ситуацию вокруг наших СМИ.

ИА Банкфакс

Фото: colta.ru, профиль Виталия Дымарского в Facebook